Читать «Влюблённый жнец» онлайн

чувствовала этого так сильно, как сейчас. За несколько минут он заставил меня отчаянно захотеть стать той, для кого он использует прозвище.

— Куда? — пробормотала я, прижимаясь к его груди.

— До состояния полного подчинения.

Он отпускает меня прежде, чем я успеваю сопротивляться. Небрежно положив нож обратно на стойку, он тепло улыбается, отходя назад.

И вот так он снова становится нормальным, притворяясь, что всего этого, что привело меня под его чары, не было.

— Больше никаких наркотиков, Пич. Не говори, что я тебя не предупреждал.

Я моргаю ему вслед, когда он исчезает в дверях.

Ублюдок.

Я устремляюсь за ним, но к тому времени, как я возвращаюсь в бальный зал, его уже нигде нет. Я оглядываюсь по сторонам в поисках своих девушек, в то время как мое сердце грозит разорвать грудную клетку, а губы щиплет от его поцелуя.

— Пич!

Я откидываю голову в сторону, и Элайджа останавливается рядом со мной, наблюдая за тем, как сходятся его брови.

— Что случилось?

Он изучает мое лицо, улавливая все подсказки.

— Твой брат — гребаный психопат, — шиплю я. — Вот что не так. Как вы, ребята, связаны — ума не приложу.

Его лицо опускается, и беспокойство просачивается из его голоса, когда он спрашивает:

— Что он сделал?

— Ничего. — Я стискиваю зубы и смотрю на бар. — Давай выпьем.

Заметки

Колледж

Пич

● Металл — это не то же самое, что панк.

● У нее все еще аллергия на моллюсков и кошачью шерсть.

● Всегда оставляй ей зеленые оливки.

● Мы больше не любим металл.

● Шампунь с чайным деревом и мятой

● Не забывай о порошке peri-peri для ее картофеля фри.

● Выпечка и шейк каждый первый вторник месяца.

● Больше никакого сахара в кофе. От него ее тошнит.

● НЕ беспокой Пич на женском вечере

● Мед со специями на пицце пепперони

● Часто проверяй треугольные веснушки на ее правом плече. Дерматолог посоветовал следить за ними.

● Новые результаты по зрению: Правый глаз -2,75. Левый глаз -3,25

● Если она попадет в ежегодный сентябрьский выпуск EEAJ, то объявление будет в августе следующего года.

● Брекеты должны снять через неделю.

Глава 9

Ре

н

Nightmare — Halsey

Ахиллес не сводит с меня глаз, затягиваясь сигаретой. Он щурится сквозь облако дыма, и его не впечатляющий взгляд говорит мне все, что мне нужно знать, еще до того, как он откроет рот.

Он все видел. То, как я разговаривал с Пичем. Какие именно угрожающие слова я использовал.

Я не обязан давать тебе выбор.

И этот гребаный нож для мяса на ее шее.

— Насколько ты был близок к тому, чтобы сорваться?

Я хриплю, наблюдая, как мое горячее дыхание превращается в конденсат в холодном ночном воздухе.

Я все еще чувствую ее губы на своих.

На мне уже нет пиджака от смокинга, я сижу на металлической лестнице у входа для персонала в задней части ратуши Стоунвью. Ахиллес стоит передо мной, несколькими ступеньками ниже.

Когда я не отвечаю, мой лучший друг дает мне еще минуту.

Она была такой податливой в моих руках.

Он медленно затягивается сигаретой, затем выдыхает. И снова его глаза не отрываются от моих, несмотря на то, что его лицо частично скрыто облаком дыма, образовавшимся вокруг нас. Я ненавижу запах сигарет, но ему на это наплевать.

— Как близко? — повторяет он, прежде чем его губы снова обхватывают палочку смерти.

Я провожу рукой по лицу, прежде чем развязать галстук на шее. Он душил меня всю гребаную ночь. Я оставляю его висеть, смотрю на колени Ахилла, медленно поднимаюсь.

— Так близко, — прохрипел я, когда мой взгляд достиг его. — Я был так чертовски близок.

Он бросает сигарету, и я внутренне закатываю глаза. Обычно я бы проучил его за то, что он мусорит, но я ничего не говорю, когда мы говорим о том, что я чуть не сорвался и не убил кого-то сегодня вечером.

— Пич? — спрашивает он.

— Я бы никогда не причинил Пич вреда. Не будь идиотом.

Он фыркает, доставая из пачки еще одну сигарету.

— Скажи это тому парню, в которого ты превращаешься, когда мы тебя теряем, Рен.

Должно быть, он поймал мой взгляд на свою руку, потому что его брови поднимаются, и он кладет сигарету обратно.

— Хорошо.

Он кивает сам себе, убирая пачку в карман брюк от смокинга.

— Я никогда не причиню вреда Пич, — повторяю я про себя.

Я знаю это так глубоко в душе; сейчас это почти часть меня. Точно так же, как кровь течет по моим венам, когда бьется сердце, это естественный инстинкт — защищать ее. Ахиллес никогда не мог этого понять. Он никогда ни к кому не испытывал таких чувств. По мне, так это то, что отличает ее от всего остального мира.

Я могу в любой момент переключиться, и тому, кто окажется на моем пути, свернут шею. Кроме нее.

— Значит, это Конан подвел тебя так близко к краю. Потому что он дал ей наркотики?

Проведя языком по зубам, я киваю.

— Бедняга и не подозревает, как близок он был к смерти сегодня.

Мой друг хихикает. Но через долю секунды его внимание возвращается, его острые глаза смотрят на меня, и юмор полностью покидает его.

— Вот только ты не был таким, когда разговаривал с Пич. Ты не был тем Реном, которого она знает. Я не должен давать тебе выбор? Из-за такого дерьма у тебя будут неприятности. И у нас будут неприятности.

— Я знаю.

— Ты не можешь позволить себе оплошности.

— Я знаю. — Я чувствую, как скрежещут мои челюсти. — Я не причинил вреда Конану, хотя должен был, но самое главное — я не причинил вреда ей.

Я стою, возвышаясь над своим другом. Я и так самый высокий парень в округе, а тут еще и на пару ступенек выше него.

— И это все, что меня волнует.

Он смотрит на меня, не обращая внимания на то, что в долю секунды я могу толкнуть его достаточно сильно, чтобы он рухнул с лестницы и, возможно, сломал позвоночник. Или ударился головой. Что-то достаточно серьезное, чтобы убить его.

Он знает, что я вполне способен на это, что я могу вот так переключиться.

Но он не боится меня. Никогда не боялся и не будет бояться. У него свой извращенный разум, и, в отличие от меня, он полностью его контролирует. Это делает нас идеальной командой, лучшими друзьями.

— Если, не давая ей выбора, ты