Читать «Арт 3» онлайн

Таких отдыхающих, к слову, было уже четверо.

Ждать пришлось долго. Клиент вышел из кабака только в два часа пополуночи. Постоял немного озираясь по сторонам, словно собираясь с силами и наконец побрёл вдоль по улице при этом шатаясь, как и подобает пьяному.

— Настёна, держись позади, но сильно не отставай. Если начнётся драка, не лезь, я сам разберусь, — прошептал я, едва ли не в ухо.

— Но… — хотела было возразить она.

— Вмешаешься только если он начнёт меня давить. Поняла? — одёрнул я подругу.

— Поняла, — кивнув, согласилась она.

Я скользнул следом за Хариным, стараясь пока не приближаться слишком близко. Время позднее и если есть возможность нарваться где-то на свидетелей, то поблизости от кабака. Поэтому я решил дать ему отойти подальше, держась при этом в сорока метрах от него, практически на пределе действия моего «Кошачьего зрения».

Стоило ему отдалиться от кабака на сотню шагов, как его походка тут же выровнялась. Не исключаю, что он был пьян и воспользовался рунами, чтобы прогнать хмель. Как впрочем, могло быть и так, что он использовал руны за карточным столом, и лишь изображал пьяного, намереваясь выиграть. Но совершенно точно то, что пропойцы так себя не ведут. Не для того они пьют, чтобы потом разом выветривать из себя хмель. Если речь о похмелье, то ещё понятно, но не тогда, когда воздействие алкоголя как раз на той стадии, ради которой мы собственно и пьём.

Я продолжал его преследовать, двигаясь бесшумно, в лучших традициях наставлений Харитона. Чему способствовали мягкие поршни* на ногах. С некоторых пор эта обувка всегда при мне, уж больно удобна для бесшумного передвижения.

*Поршни — старинная кожаная обувь у славян, изготавливавшаяся из кожи, стянутой на стопе ремешком, продетым через множество отверстий по краю.

Мы достаточно отдалились от кабака когда он повернул в переулок. Признаться, неожиданно. Памятуя о том, как меня подловил киллер, я начал обходить угол забора по большой дуге, придерживаясь противоположной стороны улицы. Получалось не так далеко как мне хотелось бы, всего-то одиннадцать метров, а до затаившегося там Харина не больше двенадцати.

В меня метнулось голубоватое свечение «Ловчей сети», но я без труда увернулся от неё, атаковав в свою очередь тем же плетением. Миг…

И я промахнулся. В смысле Харин увернулся от атаки и в свою очередь разразился каскадом плетений. Веера «Ледяных» и «Огненных стрел», которые частью простучали по забору за спиной, и прожгли в нём аккуратные дырочки, а частью осыпались о выставленный мною «Щит». Уж больно сложно было увернуться от множественных снарядов прошедших по двум уровням.

Воспользовавшись моей заминкой он метнул в меня с двух рук «Огненное» и «Ледяное копьё», которые осыпали мой первый «Щит», второй я тупо не успел активировать, и изрядно просадили мой «Панцирь», в котором осталось заряда едва ли на десяток единиц. Я поспешил развеять остатки одновременно с этим ударив по Харину двумя «Плетьми».

Видать то обстоятельство, что он не сумел пробить мою защиту его сильно озадачило. Что ни говори, а «Копья» это самые мощные боевые плетения, усиливающие вложенный в них заряд втрое. И суммарная атака составила порядка ста восьмидесяти единиц. Но я выстоял, хотя за малым и не схлопнулся. Вот он и растерялся, на миг зависнув, чем я и воспользовался.

Послышался хруст сминаемого тонкого стекла и фигура Харина окуталась искрящейся голубоватой взвесью. Сам же он совершил короткий полёт и крякнув грохнулся оземь. Не позволяя ему прийти в себя я набросил на него «Сеть» и атакующей коброй метнулся к копошащемуся на земле противнику.

Он ещё успел разок воздействовать на охватившее его плетение «Плетью», но не сумел разрушить его. Не с его силёнками тягаться с седьмым рангом, и уж тем более при моей способности вливать в руны Силу мощным потоком. А вот лишнее дёрганье не прошло даром и через пару секунд он не мог пошевелить даже мизинцем.

Последний штрих. Подбежав, я сходу опустил на его голову кожаную дубинку набитую песком. Привычка действовать тихо избегая лишнего шума сейчас сыграла с ним злую шутку и с этим убийцей. Когда же он решил-таки привлечь внимание и поднять шум, всё что ему удалось это издать короткий вскрик. Мгновение и вокруг бесчувственного тела рассыпался лут. В смысле содержимое его пространственного кармана, конечно же.

М-да. Как-то не тянет это на спившегося и опустившегося дворянина. Отличное четырёхствольное гибридное ружьё, патроны как россыпью, так и в подсумках. Такие же пистолеты, пороховница, рунные сабля и кинжал, а так же сбруя, чтобы носить всё это добро. Парочка характерных мешочков с брякнувшим внутри металлом, и что-то мне подсказывает, что не серебром, пухлый бумажник с ассигнациями. Набитый вещами саквояж и кожаный кофр средних размеров, очень походящий на походную косметичку матушки. Пальто, плащ и повседневный костюм приличного качества из добротного материала, крепкие сапоги, две пары туфель.

Впрочем, на это всё я взглянул лишь мельком, так как сразу же разжал ему челюсть и заглянул в рот. Ну прямо поветрие какое-то. И у этого капсула с ядом, и пломба с перворанговой «Котомкой» на том же зубе. А вот на руках никаких амулетов я не обнаружил. Получается, передо мной волхв, которого нужно как-то грамотно стреножить, чтобы не получить ворох проблем.

Вопрос, как это сделать? С другой стороны, чего это я туплю. Мне ведь не составляет труда держать его спелёнатым «Сетью». Вот пусть так и остаётся. А чтобы не орал, уже проверенный кляп. Всего дел-то!

Закончив пеленать пленника, наконец осмотрелся по сторонам. Рядом уже стоит и оглядывается Настя. По улице разносится разноголосица собачьего лая, который никак не тянет на беспричинный брёх. Хорошо ещё, что Харин не ударил «Огненным шаром», который взрывается и производит слишком много шума. Перестук стрел по забору тоже не бесшумный, но всё же не так страшно.

— Ты как? — спросила Настя.

— Порядок. Уходим, — взваливая на плечо спелёнатого «Сетью» пленника, распорядился я.

— Какой у него ранг? — идя рядом со мной, спросила подруга.

— Близко к шестому. И боец он отличный. Мне не всегда удавалось за ним поспевать, — на ходу ответил я.

Улицы были тёмными и безлюдными, очень надеюсь, что нас никто не видел. Нам только не хватало разборок с полицией. Как ни крути, а убийство, оно и есть убийство. А законы тут, как уже говорилось, простые и суровые…

— Пришли в себя, Эдуард Петрович. Вот и