Читать «Арт 3» онлайн

Поэтому волхвы прибегли к моему сценарию и развеяли просаженные руны, что сопровождается соответствующим спецэффектом. Не один я такой умный, использовать два плетения вместо одного. Просто, местным приходится пользоваться своим даром в условиях жёсткой экономии Силы. Потому-то, такая тактика и является редкостью несусветной.

Потом притворились ранеными, и сунув руки в снег, под его прикрытием извлекли из «Котомок» сабли, оставшиеся нами незамеченными. Дождались когда мы приблизимся вплотную и атаковали.

Наука мне на будущее, лучше не жадничать и лишнюю пулю вогнать с риском лишиться возможности подрастить дар. Чем рисковать нарваться на внезапную плюху. А если бы этот урод решил обождать пока Талызина не приблизится, чтобы добить? Даже думать об этом не хочу. П-придурок! Это я о себе, если что.

— Ты как, готова? — управившись с трофеями и трупами, спросил я Настю.

— Да. Я в порядке.

— Вот и ладно. Слушай, а ты не знаешь как эти уроды умудрялись бегать по сугробам и не проваливаться? У волхвов какое-то особое умение?

— Ты серьёзно не знаешь? — шмыгнув носом, и всё ещё отворачиваясь от меня, спросила она.

— Не знаю чего? — помогая девушке взобраться в седло, спросил я.

— Есть два плетения «Заморозка» и «Твердь» которые используются на ходунках ратников, чтобы те не проваливались в снег, грязь или песок. Но их можно использовать и как набойки на каблуки. Главное обеспечить постоянный контакт пятки с соединяющим её с амулетом. Поэтому ходунки носят с ботинками на высокой шнуровке, чтобы зафиксировать стопу. Просто это затратно по Силе, поэтому считается излишеством.

— Но эта парочка так не считала, — спрыгивая обратно на дорогу, хмыкнул я.

— Ты куда?

— За амулетами.

— Но волхвам не нужны амулеты, они могут использовать плетения напрямую.

— Эти предпочитали именно амулеты, — возразил я.

Просто припомнил стальные набойки на каблуках убитых. Ещё и удивился, какого эти ребятки обуты в ботинки с высокой шнуровкой, вместо сапогов, что при верховой езде куда практичней. А тут вона чего. Я заглянул в карету, нашёл нужные ноги и срезав шнурки, стянул обувку. Потом разберусь что тут и к чему. У меня-то никаких проблем с запасом Силы ведь нет…

Глава 18

Пограничный конфликт

— Рома, а зачем нам лошади? Их ведь нужно где-то пристроить, а ты хотел чтобы нас никто не видел. Даже маскировочные костюмы с этими шапочками сшил, — спросила Настя, когда мы начали движение.

Хорошая девочка. В том плане, что не доставляет проблем истериками. Всё же у аборигенов психика крепкая. Не представляю подобную реакцию у девиц и большинства мужчин моего мира. Да, она уже видела смерть, вернее сама же и убивала. Но подскажите, много ли найдётся готовых вот так, можно сказать, походя зарезать человека.

Однако, несмотря ни на что, она уже взяла себя в руки и задаёт вполне практичные вопросы. М-да. Что ни говори, а среда накладывает на нас свой отпечаток. Вот и она воспринимает произошедшее как должное. Некоторая рефлексия присутствует, но связано это скорее с телами двух детей и убитой изнасилованной девицы, пусть последнюю она и не видела.

Да и во время драки, пусть и испугалась, но сумела вогнать в волхва-разбойника четыре пули из семи возможных. С одной стороны, расстояние между ними было в десяток шагов. Но с другой, я видел войну и знаю точно, что пальба в упор далеко не всегда бывает результативной и уж тем более у новобранца.

— Лошади и сёдла это деньги. Не вижу смысла от них отказываться. Предложу долю человеку, что встретит нас, и он позаботится об этом. Уверен, что у него есть для этого возможности.

— А если нет?

— Тогда заберём сбрую и животных отпустим, будет кому-то счастье. Светиться я и впрямь не собираюсь.

— Понятно.

— Настёна, а что у тебя с даром? Или пока не разбиралась?

— Разобралась, — вздохнула она, как видно вновь вспомнив об убитых.

— И? — не дал я ей придаться грустным мыслям.

— Прибавила девять единиц, и теперь моё вместилище выросло до тридцати одной.

— О к-как! Молодца́! Ещё девять и получишь четвёртый ранг. Эх, жаль ты того волхва прибила. У него шестой ранг на перстне был нарисован.

— Рома…

— Отставить хандру, Настасья Дмитриевна. Помочь погибшим мы уже не могли. Только посчитаться. И мы это сделали.

— Но та девица.

— Баба. Служанка, — соврал я.

Оно конечно тоже живая душа, но чисто эмоционально гибель молоденькой девицы и пожившей женщины воспринимается по-разному. И уж тем более той, кто сама всего лишь девчонка.

— Но по голосу…

— Я могу показать тебе многих, чей голос не соответствует внешности. Не веришь мне, можешь вернуться.

— Не буду я возвращаться.

— Тогда вперёд и не оглядывайся…

Проскакали по дороге ещё километра четыре до развилки, с приметным валуном. Здесь от большака отворачивала менее наезженная дорога. А вскоре слева появились заросли камыша. Всё как и описывал Светлаков. Я остановился и свистом подал условленный сигнал.

— Чего свистите? Денег не будет, — появился вскоре в зарослях тот, и махнул нам рукой.

Мы сразу же направились к нему и вскоре потерялись в зарослях. За нами остался довольно внушительный след, но это не имеет значения ведь погони нет.

— Я гляжу вы добирались с приключениями, — кивнув на трофейных лошадей, заметил Светлаков.

— Шляхта распоясалась. Четверо напали на почтовый дилижанс. Всех пассажиров убили. С-сволочи, — ответил я.

— Увы, но сейчас подобное в этих местах скорее норма, — вздохнул дознатчик.

— Вы это к чему? — не смог я удержаться от вопроса.

— Обычное дело. Очередной пограничный конфликт. Магнаты Закше́вский и Сави́цкий тайком собрали ополчение и решили предъявить свои претензии Киевскому княжеству. Ну, и как это водится в начале любого конфликта, пока пользуются своим преимуществом внезапного нападения. Первый претендует на некоторые земли Ко́пецкого уезда, второй на Ра́динские. А под шумок через границу потекли и свободные шляхетские отряды. Ну или по-простому, те кто решил половить рыбку в мутной водице, ведь всех собак спустят на магнатов. На одну из таких ватаг вы и набрели. Поэтому, о том, чтобы посчитаться с Долги́х теперь нечего и думать. Самое время вернуться.

— А трофейных лошадей мы где-нибудь пристроить сможем? — поинтересовался я.

— Кстати, каретных-то куда дели? — в свою очередь поинтересовался он.

—