Читать «Хранители Тории: Город запретных желаний» онлайн
Дарья Верескова
Страница 61 из 106
Но потом взгляд зацепился за строчки. Это была…
Расписка об отказе от претензий на случай, если за воротами со мной что-то случится. В перечень входили увечья, заболевания, смерть…
Я не была сумасшедшей, я ценила свои права, и подобные бумаги всегда считала безответственной дуростью.
— Вы предлагаете мне другую должность?
— Ту же самую, но вы будете собирать данные в Приграничье.
Я продолжала вчитываться в строчки, но почти не разбирала написанного…. Согласие на приём ударной дозы препаратов, о которых я ничего не знала. Я понятия не имела об их последствиях для здоровья, не понимала, скажется ли это на моей возможности зачать и выносить здорового ребёнка. Казалось бы — безумная мысль в такой момент.
Всё это просто того не стоило, мне не платят таких денег, чтобы рисковать жизнью. Джин рискует, но он сам так решил, к тому же он живёт в роскошной квартире, разъезжает на «Порше» и инвестирует в собственное будущее.
— Думаю, подписывать это, с учётом увиденного мной за воротами, будет безумием. Подобные требования несовместимы с моей ролью и оплатой, — честно ответила я, отодвигая лист. В горле пересохло, ладони мгновенно вспотели.
Совсем скоро я окажусь за пределами особняка — без работы, без шансов на скорый переезд, с кучей долгов и в дурацких отношениях, но по крайней мере живая и здоровая. Наверное, здоровая…
— Сколько вы хотите? — с усмешкой спросил начальник, и я неверяще подняла на него глаза.
* * *
Шесть часов ушло на то, чтобы составить новый договор — безумное время, за которое я всё равно не получила никаких гарантий, но это давало хотя бы призрачную надежду. Я сразу заявила, что намерена обсудить все медикаменты с врачом и оценить риски, и если сочту их опасными, то предпочту уволиться.
Мне чётко дали понять, что остаться на прежней позиции с прежним кругом задач не получится при всём желании — либо я подписываю отказ от претензий и принимаю риски, либо ухожу. И да, я по-прежнему буду иногда появляться в лаборатории вместе с остальными, потому что для того, чтобы поддерживать нас двоих в приграничье нужно было намного больше ресурсов.
Но зарплата…
Я таких денег даже представить себе не могла — в три раза больше прежнего оклада, хотя и он казался мне пределом мечтаний. Только подумать, какие возможности теперь открываются.
Оказавшись снаружи, я подняла голову к небу и шумно выдохнула. Если подойти к делу с умом, я смогу обезопасить и себя, и Джина. Без подготовки меня туда в любом случае никто не бросит…
Я достала телефон, собираясь отправить Оскару сообщение, что скоро буду и что ЧП на работе не… не то чтобы полностью разрешилось, но ситуация перестала быть критической. И тут же наткнулась на сообщение от него:
«Надеюсь, ты не задержишься и не проявишь ещё большего неуважения к моим родителям. Возвращайся домой, нам нужно обсудить твою издевательскую ложь и почему ты считаешь её уместной в отношениях».
Глава 21
Разрыв
«Издевательскую ложь»?
По дороге домой я думала о том, почему он это сказал и о чём конкретно, но спрашивать ничего не стала. Только написала, что освободилась сейчас, после работы, и уже в пути.
Почему-то он прислал в ответ смеющийся смайл и замолчал. В чате с девочками было тихо, Наоми тоже больше ничего не писала — видимо, обидевшись на меня.
Про что Оскар говорил? Что могло показаться ему издевательской ложью?
Обычно бесконечная дорога пешком от станции до нашего дома показалась в этот раз слишком быстрой. Я входила домой с ощущением, что чужая в этом месте, несмотря на то, что квартиру мы искали, одобряли и украшали оба. Из-за быстрой ходьбы я вся вспотела, но футболка и спортивные штаны оказались невероятно дышащими и удобными — вещи явно стоили дорого.
Всё самое лучшее для Джина Робертсона?
В дверь я не звонила и не стучала — это мой дом. Открыла своим ключом и сразу же окунулась в потрясающий аромат домашней готовки Сумису. Оскар не раз говорил мне, что я готовлю хуже его матери, и, если честно, это было абсолютной правдой. Готовить я не любила, не особо хотела, и у плиты мы стояли по очереди. Оскара это вполне устраивало, потому что он, в отличие от своего отца, не являлся тонким ценителем высокой кухни.
Никто из них меня не встретил, хотя звук поворачивающегося ключа они, конечно, слышали, зато когда я вошла в уютную кухню-гостиную, Оскар сразу поднялся. На лицах его родителей застыло вежливое, отстранённое выражение, подсказавшее мне, что он уже успел сказать им что-то, что настроило их против меня.
— Пойдём, — бросил он, решив поговорить в нашей спальне, хотя я подумала, что лучше, наверное, выяснить всё вне квартиры, где нас случайно могли услышать его родители.
Одновременно очень хотелось спать — в автодоме мы с Джином, конечно, проспали несколько часов в перерывах между сексом, но этого было недостаточно после такой долгой смены.
Я молчала, даже не представляя, о чём он хочет поговорить, да ещё и с таким серьёзным видом. Его красивые черты исказились, будто я предала его или совершила что-то ужасное, он явно горел от праведного гнева, хотя и старался сдерживаться при родителях.
— Не собираешься мне ничего объяснить? — начал он спокойно, слишком спокойно — так разговаривают, когда решение уже принято и изменить чужое мнение невозможно.
— Объяснить что? Я вообще не поняла твоё смс, — честно ответила я.
— Ты трахалась с кем-то, пока врала мне про ЧП на работе… У нас, вообще-то, открытые отношения, и я всегда был с тобой честен, и я не понимаю, о каких вообще отношениях может идти речь, когда доверия больше нет.
Неужели я случайно ответила ногой на звонок? И после этого он слышал… в основном стоны и крики, пока телефон не разрядился? Сколько он услышал?!
— Побледнела? Я чего угодно от тебя ожидал, но не того, что ты начнешь врать про работу и потом осознанно заставишь меня слушать твои наигранные стоны. И это пока мои родители здесь, дома, ждут тебя и относятся к тебе почти как к дочке! — он всё-таки не сдержался и немного повысил голос, отчего я резко оглянулась на дверь.
— Тише! — прошипела я змеёй.
— Так хотелось меня уязвить? Нашла с кем переспать именно сегодня, и именно сегодня врала мне, хотя могла бы просто честно сказать, и я