Читать «Слева Направо и Справа Налево» онлайн

всегда как удары ножа. А сейчас она как будто и вовсе хотела убить меня своим затянувшимся молчанием. Наконец, ее голос снова разрывает тишину: – У меня были планы на твою сестру. Как кстати, что ты до сих пор не уехала из Роквэй-Вотч.

В переводе: для осуществления своих планов ей нужна была молодая девушка, в идеале – собственная дочь. Я была идеальной кандидатурой.

– Уеду, как только окончу колледж, – безразличным тоном ответила я.

– Что ж, в этом мы с тобой похожи. Всегда завершаем то, что начали.

Я вспомнила, как зашивала Рори, и в горле встал ком. В ту ночь я сразу поняла, что она еще вернется, но Кэйли умерла, и отцу каким-то чудом удавалось сдерживать ее.

До сегодняшнего дня.

– Я никому ничего не скажу.

– О чем? – презрительно спросила мать.

Я не могла вот так просто сказать: «О том, что ты больна». Не могла произнести слово «рак» или хотя бы сослаться на закон о врачебной тайне. И я бы скорее отправилась в ад, чем произнесла: «Я никому не скажу, что видела тебя слабой».

– То-то и оно, – произнесла мать, прожигая меня убийственным взглядом. – Я доберусь до тебя, когда захочу, где бы ты ни была.

Я хотела ответить, но она вдруг начала кашлять.

Рак легких? Вслух я спрашивать не стала, а когда все же заговорила, голос мой звучал сдавленно:

– Ты выздоровеешь?

Я чувствовала себя ребенком, да и вопрос вышел каким-то жалобным. И почему я с такой тревогой ждала ее ответа? Мне нужно было заботиться о себе, и уж точно не о ней.

Проницательные глаза скользнули по мне взглядом, словно разбирая на части.

– Ты любила свою сестру. Не ожидала, что тоже вызываю у тебя теплые чувства.

Я не хочу испытывать их.

Мать продолжала испытующе смотреть на меня.

– У тебя острый ум, Анна. – Почему-то от такого комплимента по спине пробежал холодок. – Вот уж действительно, вся в меня.

Нет. Я не такая, как она. Нас уже давно ничего не роднило.

– Поверь, ты ничего не выиграешь от моего возвращения.

– Это угроза?

Я видела ее здесь, раскрыла ее секрет. А в семье Руни были и те, кому не нравилось, что ими командует женщина. Эти люди ни за что не упустят шанс воспользоваться ее слабостью.

Так что в ее же интересах было держать меня от них подальше. Но, конечно, я не сказала ей об этом.

– Раз я такая умная, стала бы тебе угрожать?

Мать усмехнулась.

– Да уж, как мы все-таки похожи. Все говорят это еще с тех пор, как ты была ребенком.

Я сразу вспомнила свой портрет. Вспомнила, какой живой изобразил меня Гарри. Нет, у нас с матерью не было ничего общего.

Мы были совершенно разными.

Собираясь покинуть палату, я все же остановилась на пороге, хотя знала, что этого делать не стоило. Однако она была моей матерью.

– Папа знает? – спросила я, не оборачиваясь.

– А ты сама как думаешь?

Я покачала головой.

– Думаю, мне пора.

И когда я уже вышла за дверь, она вдруг окликнула меня:

– Анна?

Я снова не стала оборачиваться. Просто стояла и ждала, что же мать скажет мне на прощание.

– Я тоже скучаю по ней.

Глава 30

Сколько себя помню, я всегда плакала только под душем. Ванная в моей квартире была крошечной, но сейчас меня это мало заботило. Я рывком отодвинула занавеску до самой стены.

Слезы были проявлением слабости, и только под струями воды я могла дать им волю.

Я повернула кран. Мое тело было напряжено, как натянутая струна. Не дожидаясь, пока вода нагреется, я залезла в ванну.

И поежилась.

Зато можно было больше не сдерживаться.

Я не плачу. Слезы смешивались с водой, как будто их и не было вовсе. Да и почему бы я стала плакать? Уж кто-кто, а моя мать вполне заслужила свой диагноз. Даже если она умрет, мне-то что?

Может сколько угодно твердить, что тоже скучает по Кэйли, плевать.

И плевать, что моя сестра тоже ее любила.

Разве мне не все равно?

И вот я уже рыдала взахлеб. Но я не плакала, я не собиралась поддаваться боли. Вскоре мое дыхание выровнялось, а в голове заглушая все остальное, начала крутиться только одна мысль: «Мне еще нужно выиграть пари».

– Ты чего так поздно? – Дверь в лачугу мне открыл Гарри. Внутри стояла кромешная тьма.

– А ты чего еще не спишь?

– Я никогда не сплю, – Гарри пожал плечами. – Сон для смертных.

И пусть было темно, я все равно ощущала на себе его проницательный взгляд.

– Ты плакала.

В небе висела полная луна, но ее света было мало, чтобы хоть что-то разглядеть. Как он узнал?

– У тебя галлюцинации. Кстати, правильный ответ – «uncopyrightable»[20].

Это было самое длинное слово в английском языке, не считая медицинских терминов, в котором не было повторяющихся букв. И это его я искала в интернете как раз перед тем, как мамино появление в больнице совершенно выбило меня из колеи.

– Где Джексон? – строго спросила я.

Сейчас мне совершенно не хотелось оставаться наедине с Гарри, я сама не знала почему. А может, знала, но боялась признаться себе в этом.

– Бородач все чаще оставляет меня одного. Думает, я сплю.

– Я думала, сон для смертных.

Я практически слышала, как искривились в усмешке его губы.

– Ты угадала слово, Анна Слева Направо и Справа Налево, а что насчет шифра?

Я переступила порог и включила свет, устав прислушиваться к его голосу в темноте.

– Какое это имеет значение? Я выиграла пари.

– Разве ты еще не поняла? Все имеет значение, иначе оно теряет смысл.

Все или ничего, третьего не дано. Внезапно я поняла, что приходить сюда сегодня было большой ошибкой. Но знала, что все равно не уйду.

На Гарри была старая рубашка Джексона, до того ветхая и тонкая, что бинты просвечивали сквозь ткань. Но сейчас мне не хотелось заниматься им.

Но и оставаться в одиночестве мне тоже не хотелось. Я предпочитала быть одиночкой, и возможно, это получалось у меня лучше всего, но я не хотела оставаться в одиночестве.

– Ты спрашивал про мою потерю, – голос у меня вдруг охрип. Мне нужно было излить душу, и Гарри как раз был рядом.

Он был здесь, со мной.

– Это разбивает мне сердце, Анна Слева Направо и Справа Налево, но вынужден признать: я проиграл это пари.

Другими словами, я могла ничего ему не рассказывать.

– У