Читать «Космический инженер 3» онлайн

сжала кулак, и образы рассыпались искрами.

— В те дни я верила, что понимаю. Что вижу дальше других. Что моё знание делает меня мудрее. — Горькая усмешка исказила её лицо.

Она начала медленно ходить между колонн, и Алекс с Вереной невольно следовали за ней взглядом.

— В архивах я узнала правду о нашей цивилизации. О том, что вся наша технология, все наши достижения покоились на фундаменте, заложенном десятки тысяч лет назад. Гипердвигатели, энергетические ячейки, даже простейшие дроиды — всё работало на принципах, которые мы не можем воспроизводить. Точнее мы могли, но не должны были. Технологии Раката были построены на мидихлорианах, которые они насильно извлекали из разумных существ. Во всех наших технологиях содержатся компоненты, которые стоили триллионов жизней когда-то в прошлом. И запас этих компонентов конечен.

Она остановилась у разбитой колонны, провела рукой по холодному камню.

— Я узнала о ситхах. О древнем вирусе сознания, который передавался через поколения, превращая своих носителей в марионеток чужой воли. Я изучала отчёты о встречах с заражёнными, датированные различными эпохами. Джедаи сталкивались с этой заразой снова и снова.

— И я об одном крупном проекте Ордена. О проекте, который готовился столетиями. О мандалорцах.

* * *

— Большинство в галактике считало мандалорцев дикарями, — продолжила Крея. — Варварами с окраин цивилизованного пространства. Но я знала правду. Их возвышение готовили несколько тысяч лет. Джедаи — те самые джедаи, которые проповедовали мир и ненасилие — тайно направляли развитие их культуры, формировали их традиции, их технологии. Создавали культурную и технологическую машину.

Она подняла руку, и в воздухе возникло изображение воина в характерной броне.

— Мандалорцы обладали двумя уникальными преимуществами. Первое — их технологическая база не зависела от наследия Раката. Они понимали принципы своих машин, могли совершенствовать их. Джедаи отправляли к ним миллионы ученых и инженеров, на протяжении тысяч лет. Второе — бескар, мандалорское железо. Этот металл мог экранировать сознание от воздействия Силы, создавать поле, непроницаемое для ментального вторжения.

Крея сжала кулак, и изображение исчезло.

— План был прост и гениален. Мандалорцы должны были завоевать галактику и обновить её технологическую базу. Заменить угасающие технологии Раката своими собственными. Создать цивилизацию, независимую от древнего наследия и защищённую от древних угроз.

— Но почему война? — не выдержала Верена. — Почему нельзя было сделать это мирно?

Крея посмотрела на неё с чем-то похожим на жалость.

— Потому что инерция общества непреодолима мирными средствами, дитя. Корпорации, построившие своё богатство на монополии раката-технологий, никогда не позволили бы новым технологиям вытеснить старые. Правительства, чья власть основывалась на контроле над древними артефактами, не допустили бы перераспределения сил.

Она отвернулась.

— Это можно было сделать только силой. Быстро, решительно, не оставляя времени для сопротивления старых элит. Всё было рассчитано. Соотношение сил. Продолжительность кампании. Даже места, где республиканские войска должны были отступить или сдаться. Были тайные договорённости. Гарантии. План должен был сработать с минимальными жертвами.

Крея замолчала, и тишина давила на уши.

— Но Совет не учёл одного фактора, — её голос стал почти шёпотом. — Это не входило в планы паразита, который сумел подчинить многих джедаев, в том числе моего ученика.

Крея подняла руку, и в воздухе возникла фигура молодого человека. Высокий, с тёмными волосами, горящими глазами. Даже в голографической проекции от него исходила невероятная харизма.

— Реван, — произнесла Крея, и в её голосе впервые прозвучала настоящая боль. — Мой ученик. Блестящий, харизматичный, полный огня и жизни. Он мог зажечь надежду в сердцах людей одним взглядом. Мог вести за собой армии силой своего убеждения.

Она медленно обошла вокруг голографической фигуры.

— Я взяла его в ученики, когда увидела в нём потенциал, который редко встречается даже среди джедаев. Он схватывал знания на лету. Понимал сложнейшие философские концепции, на освоение которых у других уходили годы. Владел Силой с такой лёгкостью, которая недоступна большинству одаренных. Я обучила его, довела до звания рыцаря и была кем-то вроде его научного руководителя.

Крея коснулась голографического изображения, и оно рассыпалось.

— Но в нём была… трещина. Потребность быть в центре внимания. Жажда признания. Желание быть героем, спасителем, тем, кого будут помнить века. Я видела это. Я знала об этом. И я думала, что смогу направить эту энергию в правильное русло.

Она закрыла глаза.

— Я ошибалась.

Крея снова начала ходить, её шаги эхом отдавались в пустоте.

— Когда началось вторжение мандалорцев, Совет объявил о невмешательстве. Для рядовых членов Ордена это было непостижимо. Республика была в опасности. «Дикари» наступали. Приходили сообщения о зверствах, о разрушенных мирах, о миллионах беженцев.

Она остановилась.

— Большая часть этих сообщений была преувеличена. Пропаганда режима, пытающегося заставить джедаев вмешаться. Но многие верили. И Реван верил. Или хотел верить.

В воздухе снова возникли образы — горящие города, толпы беженцев, разрушенные корабли.

— Он начал тайно собирать единомышленников среди молодых джедаев.

Крея сжала кулаки.

— Десятки присоединились к нему. Затем сотни. И всё под носом совета. Молодые, идеалистичные, полные праведного гнева. Они видели в нём лидера, которого заслуживала галактика. Героя, который не побоится действовать, когда старые и трусливые мастера прячутся за своими догмами. Темная сторона скрыла всё это от совета и от меня.

Она повернулась к Алексу и Верене, и её лицо было искажено болью.

— Даже я… я не заметила изменений в нем. Не почувствовала, что им кто-то манипулирует… Я была слишком увлечена своими исследованиями. Пока не получила послание.

Крея подняла руку, и в воздухе возникла голографическая проекция — послание, записанное четыре тысячи лет назад.

Реван стоял в полный рост, его лицо было серьёзным, решительным. За его спиной виднелись силуэты других джедаев — его последователей.

— Учитель, — начал он, и даже через тысячелетия в его голосе чувствовалась сила убеждения. — Я записываю это послание, зная, что оно может стать последним, что вы услышите от меня. Я прощаюсь с вами. Не потому, что перестал уважать вас. Не потому, что забыл всё, чему вы меня научили. Но потому, что больше не могу оставаться частью Ордена, который предал всё, во что, как я думал, мы верили.

Реван сделал шаг вперёд, и его глаза горели праведным гневом.

— Как вы можете сидеть сложа руки? Как вы можете медитировать в своих храмах, пока галактика горит? Каждый день приходят сообщения о новых мирах, павших под натиском мандалорцев. Каждый день миллионы умирают, взывая о помощи, которая