Читать «Кликуша» онлайн

Алиса Медовникова

Страница 25 из 68

в руках.

– Помощь? Моя? Не имею права отказать? А что ж ты мне тогда отказала, когда ЕЕ надо было спасти?! – повысил голос Максим.

Катерина все еще не понимала, к кому он обращается.

– Так надо было? Вот раз тебе надо – ты ее и спасай. А с меня хватит! И вообще, отвали! У меня теперь новые друзья, – Максим протянул руку и подхватил стоящую на окне бутылку, к которой тут же приложился. – Пошла ты к черту! Буду пить сколько захочу. Да, пока не сдохну! И очень надеюсь, что это скоро произойдет.

В таком состоянии мужчину не стоило оставлять одного, потому Катя направилась к нему.

– А я не просил меня спасать! – выпалил он. – На кой мне жизнь, в которой ее нет?!

– Максим? – Катя аккуратно дотронулась до него.

Он дернулся как от удара. Тело его потеряло опору, но он оперся о столешницу и смог удержаться на ногах. Недовольно пробубнив, что дотрагиваться до себя не позволял, он развернулся.

Снова посмотрев на Катерину почерневшими глазами, он спросил:

– Ты еще тут?

Пугающий взгляд заставил Катю отшатнуться, но покидать дом она передумала. Чувствовала, что этот странный мужчина может помочь, а значит, уходить было рано. Она хотела выведать хоть что-то, потому ответила:

– Как видите. Вы в порядке?

– Разве не видно, что у меня все замечательно? – Максим указал на свое помятое лицо и одежду, а после обвел рукой запущенную кухню.

– Вы такой же, как и я? – осторожно поинтересовалась Катя. – Тоже слышите их? Голоса, которые мучают.

– Не такой. Меня мучает всего одна дамочка, которая вечно за мной таскается. И когда ей лень наряжаться и в свет выходить, она в голову мою забирается и там вещает.

– А вы знаете, как от нее избавиться?

– О! Я выиграл джекпот, – печально усмехнулся Максим и снова приложился к бутылке. – Сам ее позвал, так что никак.

– А от моих?

– Я же ответил! Послушай их. Выясни, что надо. Помоги. И все, они отстанут.

Внутри Кати закипела злость, которую она не стала подавлять.

– Послушай?! Не хочу я их слушать! И тем более помогать им. Они меня в прошлое утаскивают, где меня то ведьмой называют и в бок стреляют, то колдуны какие-то ритуалы жуткие провести предлагают.

– О как! – На лице Максима появилась тень заинтересованности. – Сказал же, отвали!

– В смысле? – смутилась Катерина.

– Это я не тебе, – отмахнулся он. – Да все я почувствовал, когда она в меня вцепилась. Все, умолкни! Дай девчонку выслушать. Будешь меня отвлекать – будешь ее дерьмо сама разгребать.

– Какое дерьмо? – прищурились Катя, чуть наклоняя голову.

– Твое. Свое я выгреб, – сообщил Максим, а потом скривился. – Я сказал выгреб, так что умолкни! Они все взрослые, сами справятся. Да мало ли что я пообещал?! Хватит и того, что я в Краснодар переехал!

«Попутчица» Максима продолжала с ним беседовать, так что Катерина замолчала.

– Что-то я у тебя прям всем и вокруг должен! И тем, и этой. А мне вот никто не торопится помочь.

Голос явно ответил Максиму нечто важное, ведь с его лица спала краска, и он обратился к гостье:

– Катя… Ты же Катя, верно? – Девушка кивнула, и Максим скомандовал: – Садись!

Дважды просить не пришлось. Она тут же плюхнулась на рассохшийся табурет, который противно скрипнул под ее весом. Кате не хотелось стать его жертвой, ведь он был готов развалиться в любой момент, еще и покачивался, потому что одна ножка была короче остальным. Но попросить другой табурет она не решилась, тем более соседний был не лучше.

– Сейчас кофе нам сделаю. Хотя нет, ты ж его не пьешь. А почему? – Максим прислушался к себе. – О! Не верь такой ерунде. На панические атаки, если они не в фазе обострения, одна кружечка слабенького кофе никак не влияет.

– Но…

– Да понял я. Чай. Но волшебный не заварю. Трав у меня нужных нет, да и меда тоже. Только дрянь одна пакетированная из магазина.

Поставив на плиту чайник, Максим достал из шкафчика две чашки. Одну подвинул ближе к Кате и сообщил:

– Сахара нет. Но ты все равно без него пьешь.

– Вы всегда так?

– Как так? Сахаром не угощаю?

– Ну… заранее знаете имя, проблемы человека и прочее.

– Нет. Раньше я мог только что-то мелкое считывать. Больше по психологии был. Да и дар у меня болезни в теле человека видеть и помогать их исцелять. Как у бабушки. А вот эта «энциклопедия» в голове – бонус от моей подружки. Прости, что напугал тебя этими беседами сам с собой. Я же один живу, привык с ней вслух разговаривать.

– А она откуда все знает? Она ангел или…

– Ни то ни другое. Если я скажу тебе правду, ты все равно не поверишь. А на то, чтобы объяснять, как именно устроен мир на самом деле и какую роль занимает в нем моя подружка, уйдет слишком много времени. У нас столько нет. Да и не надо тебе этого знать. Спокойнее жить будешь, поверь. Я вот узнал, и радости это не принесло никакой. Ограничимся тем, что она древнее магическое существо, которое знает про людей все.

– И про меня?

– И про тебя. И про меня. И про бывшего мужа твоего. Про всех, короче. Кстати, она передает, что никакая ты не одержимая. А бабушка твоя так себя вела, потому что переживала за тебя. Помочь тебе хотела, только не знала, как правильно. И двигала ею любовь. Она вообще всю жизнь тебя любила, но не умела это показывать.

Слова повисли в воздухе, задев Катю за живое. Внутри нее все сопротивлялось. Десятки воспоминаний о побоях и изгнании бесов возвели высокую стену, не пропуская болезненную правду. Но глубоко внутри что-то дрогнуло, и по стене пошли трещины, а Катерина оцепенела. Все это время бабушка ее… любила? И хотела только помочь? Но не знала как…

Из-за этого осознания Кате захотелось разрыдаться и убежать. Скрыться от этого болезненного знания и пронзительного взгляда Максима. Но сделать это она не могла, потому прижала кулак ко рту и закрыла глаза.

– Поплачь, – тихо предложил Максим. – Станет легче.

Он поднялся из-за стола, поставил чайник, перед Катей – коробку с салфетками и вышел из комнаты. А она лишь сильнее прижала кулак к губам, пытаясь сдержать рыдания. Но тело ее предало. Плечи затряслись, а слезы полились из глаз. Они текли ручьями, смешиваясь с тушью и оставляя темные дорожки на щеках. Дыхание Кати стало прерывистым, но она и не пробовала его выровнять. Впервые за много лет