Читать «Китаец на дереве» онлайн

зерно, а другой, наоборот – в зерне ищет "г".

Мне за его спиной было легко работать, ведь представленные мной материалы иногда содержали порой, на мой взгляд, наглядные нарушения в использовании лесных материалов не по назначению, а на строительство объектов, рудничная стойка не для шахты, а для других целей и т.д.

Но мой начальник никогда не раскручивал на полную катушку штраф, а лишь частично, помня и наставляя меня, что область и так обижена. Имея собственные ресурсы, и не может в полной мере ими распоряжаться. Так посещая одно предприятие, за другим, объезжая многие районы области, мне удалось познать с помощью моего шефа в тонкую работу инспектора-контролера, не влезая в "г" как ревизор, или петух.

Не прошло и полгода как меня уже пригласили работать в Главснаб при облисполкоме, но я отказался. Неудобно было уходить с нового места работы, подводить шефа, у него были на меня надежды, что я его заменю впоследствии, так и случилось, но самое главное я еще полностью объехал Сахалин, а сидеть опять в кабинете, работая с фондами и выписывать наряды, мне не хотелось. А зря!

Там был более молодой коллектив, частенько мы собирались на вечерах, устраиваемые Госснабом, да и людей там было больше, чем у нас.

Здесь же в Лесснабсбыте больше было свободного времени, ведь «название предприятия как-то соответствовала моему профилю ученика в институте. Все это меня заставляло держаться за работу, пока она меня удовлетворяла, как "петуха".

10.02.04.– 26.01.05г.

Это не камень, а переплетение сосудов

Наступил 1967 год, вместе с ним первая экзаменационная сессия, первый курс в январе месяце. Почему зимой? Потому, что все сельхозяйственные работы, как правило, проходят от ранней весны до поздней осени, и экзамены в сельхозинститутах проводятся с декабря по февраль, согласно графиком факультетов и курсов.

Первую сессию сдал успешно, не надо ехать в Уссурийск, здесь в Южно- Сахалинске была возможность при УКП пройти практику и сдать экзамены, всего

1 раз за год. Это было очень удобно.

В мае месяце нового года брату должно было наступить 14 лет. Хоть, он и находился под опекой Матери и меня, но уже появились трещины в нашей дружбе. Однажды попробовал его воспитать "по-отцовски“ ремнем, но получил такую отдачу, что и впредь не прикасался к нему. Он был гораздо выше меня, весь в отца, ершист. Поэтому смирившись, я пробовал давать советы из своей жизни, он только усмехался:

– Была бы сестра рядом, её бы слушал, а от твоих советов толка нет.

Кажется, в последний раз мы его отправили в лагерь. Летом приехала сестра погостить на две недельки, и вот в один из воскресных дней мы решили вместе отдохнуть на реке, порыбачить. Там меня схватил приступ, везет же мне на Лютоге, кое-как добравшись до дома, на следующий день оказался в горбольнице. Рентген показал камень в почке, с этим диагнозом я провалялся 10 дней, затем меня перевели в областную больницу, но оперировать так и не стали, были сомнения.

Лишь в Моршине, спустя 4 месяца, установили, что это был не камень, а переплетение сосудов от ушиба, а приступ произошел от переохлаждения почки. Кажется, так и было, когда прыгал во время отдыха и загорал на сырой траве. После возвращения из больницы я продолжал работать, отношения с братом более, менее наладились, видимо сестра все-таки добралась до него.

За месяц до 50-ти летия Октября по всей области была организованы дежурства на всех предприятиях, в том числе и в нашем Управлении. Это была принудиловка, многие не хотели дежурить, тогда я предложил свои услуги. Вечерами через день буду дежурить, за что возьму отгулы для учебы.

В то время научился печатать на машинке и, оставаясь дежурить, я некоторые контрольные, где много текста, печатал на машинке. Один экземпляр отправлял в институт, а второй оказывался у меня, это было удобно при сдаче экзаменов.

За неделю, до праздников меня вызвали в Госснаб, наша вышестоящая организация, где Кадина предложила мне горящую путевку в Моршин. В свое время, работая в Гипропроме, она помогла мне в материальной помощи,

когда пришел из армии, кажется, выделили 100 рублей. Теперь мне пришлось ее выручать, быстро оформив медицинскую карту, тем более у меня был диагноз соответствующий профилю санатория.

Перед самым праздником впервые пересек Советский Союз, с востока на запад, это более 12 тыс. километров. Успел кратковременно побыть в Москве, у родственников мужа сестры, посмотрел салют и побывать в Кремлевском дворце съездов на Ленинградке к 50 летию Октября. Там впервые увидел черную икру, однако она мне не понравилась, да и в голове у меня отложилась информация, что ученые смогли ее приготовить из нефти.

Через недельку, накатавшись в метро, я оказался в Моршине, всего в 100-150км от знаменитых Карпат, где проживали знакомые гуцулы по леспромхозу, с которыми я работал до армии. Те, которые нарушили спящую жизнь лесозаготовителей своим весельем и раздорами, что повлекло за собой появление замков на дверях в поселке, в то время.

02.02.04-27.01.05г.

Граница на стыке трех государств

Оказавшись в знаменитом санатории, я, конечно, решил в первую очередь, узнать, что у меня с почками. Хотя диагноз – наличие камня не подтвердился, но сомнения, так и живут по сей день. Несмотря на то, что в 1980 году мне удалили аппендицит, а попал в больницу с тем же диагнозом, провалявшись с острым приступом целых 3 дня, во время празднования дня Победы, а ведь мог бы уйти и на тот свет, если бы продолжал настоять на камне в почке.

Но возвращаясь к Львовской земле, до сих пор помню, садясь в автобус до Ивано-Франковска, много путешествовал во время пребывания в санатории, я впервые столкнулся с необычайным обращением ко мне пожилой женщины, которая пропуская меня в салон и указывая на место, сказала:

– «Прошу, Пане!»

Я очень удивился и хотел извиниться перед ней, но что-то меня остановило, и, не закрыв рот, я задумчиво сел на предложенное ею место. Впоследствии, узнал, это были отголоски старинных Карпат, а может и прошедшей Отечественной войны. И как больно вспоминать "отцовскую усмешку", когда он рассказывал мне во время войны, он с друзьями обнаружил закопанное сало в польском доме, буквально под калиткой двора. Два разных эпизода жизни и что они значили для меня.

Успокоившись, что диагноз в почках не подтвердился, мне все-таки пришлось принять весь цикл оздоровительных мер. Пил водичку "Рапа",