Читать «Земля заката» онлайн

один, чуть слабее. Потом опять более сильный. Затем еще один послабее.

Младший представил себе стену воды. Высокую, как цунами. Такую, словно в море упал метеорит, вроде того, что прикончил динозавров. Вот только тут этих стен было много, и они шли одна за другой, будто исполняя безумную мелодию или отбивая морзянку.

Но и «обычная» качка не прекращалась. Просто рядом с этими ударами она почти не ощущалась.

Может, в реальности стена была не настолько высокой. В иллюминатор не посмотреть, он закрыт стальной крышкой. Один удар был особенно сильным. В соседнем кубрике со стуком упали какие-то вещи. Кто-то ругнулся. Как ни старались они всё привязать, нашелся идиот, оставивший на высоте незакреплённые предметы. Хорошо, если они упали не на чью-то голову.

Но это у соседей. У них в каморке такого не произошло.

Младший понимал, что снаружи идёт настоящий бой. Стихия проверяет на прочность изготовленное руками людей. Да, на совесть сделанное. Но уж очень, очень давно!

И сразу корабль, который еще недавно смотрелся таким могучим, стал казаться ему слабым и хрупким. Вспомнились и пятна ржавчины, и места неровной сварки на корпусе, и какие-то склёпки и заплатки, наложенные в каком-то доке, будто пьяным портным, чинившим поношенный пиджак.

При каждом звуке со стороны обшивки, при каждом потрескивании Юхо заковыристо матерился. Фамилия Юхо заканчивалась на -лайнен и была труднопроизносима для славян. Младший никак не мог ее запомнить. Но матерился он по-русски, хоть и с акцентом.

– А почему раньше я от него не слышал столько русских слов? – шепотом спросил Саша у Скаро. – Тоже что-то против наших имеет?

– Нет, – усмехнулся молдаванин. – Просто произношения стесняется.

Фонетические особенности речи Юхо Младший давно заметил. Иногда в начале слов Финн заменял звонкие согласные глухими: не «знаю», а «снаю», не «город», а «кород». И растягивал первый слог, будто удваивая в нем гласную.

Дискомфорт вызывало и то, что одна из стен их кубрика (Младший уже не звал его каютой, помня, что каюты только у начальства) была частью внешней обшивки. Александр не знал, сколько там слоёв и каких материалов, но за ними – сталь корабельного «бока», в который бьют и бьют волна за волной. Хоть и не на их высоте. Он физически ощущал, как подвижна масса воды, которая находится вокруг корабля.

Глупо будет погибнуть здесь, уйдя на дно Северного моря.

Младший пытался вспомнить, где лежат спасжилеты и удивлялся, почему спасательных кругов на «Короле Харальде» раз, два и обчелся.

Но ему сказали, что можно не суетиться. Если потонет судно, никакая лодка на поверхности не удержится. Всех затянет воронка. И даже если выберешься без лодки – спасжилет только продлит мучения в ледяной воде. Вся надежда на эту старую посудину. И на Всевышнего.

Только тот, кому легко жилось на свете, ни разу ничего у Высшего не просил. Тут нет ничего постыдного даже для агностика. И Младший просил, не раз. Дать ему немного спокойной жизни. А если уж послать смерть, то легкую и быструю.

Бог… или боги не отвечали. Но всё обходилось.

В этот раз он не стал их тревожить. Уверил себя, что опасности нет.

В кубрике было темно. Но от щелчка выключателя слабый свет не зажегся. Ему объяснили, что так и должно быть. Обесточено всё лишнее. В коридоре свет есть. Хоть лампы и горят в полнакала.

Слышно было бубнеж из-за переборок. В соседних кубриках кто-то молился. Кто-то ругался. Кто-то храпел. Спиртное было запрещено, но некоторые могли и наплевать, отрубиться, сняв напряжение водкой, или разведенным спиртом.

Ещё было слышно какое-то гудение. Возможно, это ветер снаружи всё-таки проникал в вентиляционные шахты корабля. Иногда казалась, что слышны звуки отлетающих где-то заклепок или других важных частей. И плеск волн совсем рядом. Уже внутри.

Паранойя.

И в этот момент, когда ему казалось, что судно уже погружается к Нептуну, он уснул.

И проспал самые напряжённые полтора или два часа. А когда открыл глаза, интенсивность пляски волн снизилась. Судя по часам, к тому времени снаружи уже ночь.

Но вставать еще не скоро. И никто не будит, значит, аврала нет.

Но Младший был уверен, что люки по-прежнему задраены, удвоенные наряды дежурят у помпы. Где-то там следующая вахта скоро сменит уставшую. Но даже те, кто не нужен для обеспечения живучести корабля, спят в такие часы плохо.

А он перевернулся на другой бок на жесткой койке и… проспал без снов до самой вахты.

Только утром узнал, что шторм продолжался всю ночь. У суперволн случилось еще несколько «заходов», хоть и не таких сильных. А уж сколько было «обычных» – со счета сбились.

Рано утром, когда они выбрались на палубу, а навстречу им шла уставшая «штормовая» смена, Младший услышал тихий голос молдаванина:

– Капитан – верующий протестант. Двое его знакомых подобную стену воды не пережили. Он принял все меры, а дальше решил вверить нас в руки Создателя и не осквернять Его волю суетой. Поэтому нас и не подняли. Команда сделала всё, что могла, а на остальное была Его воля! Провидение нас вытащило. Значит, нам ещё не пора. Я тебя не хотел пугать, но такую хрень вижу первый раз в жизни. А тебе «везёт»… Надеюсь, нам не встретятся…

Он осёкся на середине фразы, по суеверной привычке не произносить вслух нехорошее.

*****

На корабле не было лазарета. Если заболел чем-то пустяковым – будь любезен работать. Если это похоже на заразное заболевание, но ходить можешь – переселят в изолятор и будешь какое-то время выполнять «нерыбные» наряды подальше от коллектива (с вычетом из зарплаты). Если за неделю болезнь не проходит – спишут на берег при первом заходе, даже если там совсем чужие для тебя места.

А вот если «русский кашель» с кем-то приключится и он пластом лежит… тут всё гораздо хуже. Заболел один член команды и не приняты меры – через неделю сляжет весь корабль. И превратится в плавучий филиал чумного барака.. А судно, чья команда еле держится на ногах, горит в лихорадке и выкашливает свои легкие, налетит на скалы, сядет на мель или иным образом погибнет – к гадалке не ходи. Лет тридцать назад, когда симптомы ходивших по Европе респираторных заболеваний были ещё тяжелее, с этим было даже строже.

Значит, изоляция, но уже вообще без выхода. Ведро тебе дадут и в окошечко на двери еду и воду будут подавать. Да ещё чеснока и лука побольше в рацион.