Читать «Прозревая будущее. Краткая история предсказаний» онлайн
Мартин ван Кревельд
Страница 18 из 76
Холлоуэй отличается от всех прочих толкователей сновидений тем, что она сообщает только хорошие новости. Например, «трагедия» во сне не обязательно предвещает «неудачу в отношениях, браке или карьере. Ваше предприятие не обречено на провал, скорее ожидания, которые вы с ними связываете, грозят затмить ту радость, которую вы вправе чувствовать». Сны о неотвратимой смерти родственника могут быть «глубоко огорчительными» – не потому, что осуществятся, но из‐за «скрытого чувства враждебности», которое они выносят наружу. Однако Холлоуэй просит не терять спокойствия: «Вопреки нашим худшим опасениям, смерть во сне зачастую служит символом изменений, а не буквального ухода из жизни». «Сон о смерти родителя не всегда предвещает такие же события наяву или говорит о скрытых желаниях, как считал Фрейд. Он просто предвещает конец эпохи и установление новых отношений между родителем и ребенком в будущем». Тревожные сны – например, о том, что забываешь собственного ребенка, – «служат предупреждениями о реальных событиях»[151].
Один самопровозглашенный юнгианец вслед за Абу аль-Фазл Хусейном составил алфавитный список снов[152]. Аборт во сне означает «решение избавиться [от чего-то], чтобы дать дорогу новому», а бездна означает, что сновидец подошел к краю познаваемой реальности и от него требуется мужественно встретиться с неизвестностью. Несчастный случай «может значить, что нужно посмотреть на цели под другим углом», а желудь означает «семя, которое в конце концов превратится в могучий дуб». Тот же автор пишет: «Ребенок, скорее всего, символизирует новую главу в жизни, которая только начинается и которой еще только предстоит раскрыться». И так далее.
Таким образом, уже в Древней Греции были мыслители, которые, предвосхищая современных нейрофизиологов, отрицали, что сны каким-либо образом могут предсказывать будущее (или вообще говорить что-то достоверное). Самый выдающийся из них – Аристотель. Однако еще раньше, по меньшей мере в Древней Месопотамии, появились те, кто верили снам и придумывали причины, по которым их содержание следовало принимать в расчет. Считалось, что сны не были ни бессмыслицей, ни отражением в символах того, что происходило в спящем сознании, а посланием свыше. Их порождали боги или, в случае евреев Ветхого Завета, единый Бог. Иногда они были ответом на вопрос сновидца, иногда приходили против его воли. Но существовали и такие христианские и мусульманские мыслители, которые полагали, что некоторые сны посылает дьявол.
В мусульманских странах до сих пор сильно убеждение, что сны посылаются Богом и имеют провидческий потенциал. Напротив, верящие снам европейцы склонны видеть в них отражение личных качеств и внутренней жизни сновидца. Во-первых, на протяжении всей истории считали, что сны свидетельствуют о влиянии внешнего мира на душу сновидца. Во-вторых, как начали думать в XIX веке и как полагал Зигмунд Фрейд, в снах видели проекцию внутренней жизни человека во внешний мир. Так или иначе, мы убедились, что большинство сновидцев обращались за помощью к специалистам, которые зачастую формировали собственное сообщество, однако находились и те, кто предпочитал самостоятельно трактовать свои сновидения.
Состояние сна, дающее почву для различных видений, – это измененное состояние сознания. Однако специалисты по снам всегда подходили к предмету своего изучения рационально и расчетливо. Они следовали правилам, на освоение которых уходили годы. И Артемидор, и современные психоаналитики зачастую принимают в расчет не только сами сны, но и обстоятельства, в которых они возникали, и личность сновидца.
Что же еще «нового» существует?
5. РАЗГОВОРЫ С МЕРТВЕЦАМИ
Со стародавних времен одним из самых распространенных методов прозрения в будущее было общение с людьми на смертном одре и с умершими. В основе идеи некромантии (от греч. nekros – «мертвый» и manteia – «гадание») лежало представление, что люди, принадлежащие к двум перечисленным категориям, либо подходят к определенному рубежу, либо уже пересекли его; в любом случае им известно больше, чем простым смертным.
В Книге Бытия 147-летний старец Иаков, лежащий на смертном одре, говорит следующее: «Соберитесь, и я возвещу вам, что будет с вами в грядущие дни; сойдитесь и послушайте, сыны Иакова, послушайте Израиля, отца вашего» (Быт. 49:1–2). Но, должно быть, старец разочаровал своих слушателей, потому что его речь была скорее благословением, нежели предсказанием и не содержала никаких подробностей относительно будущего кого-либо из присутствующих. Однако традиция «публичных последних слов», в которых предрекается будущее, жива до сих пор. Интернет полнится примерами такого рода, выдуманными или реальными[153].
Самый ранний случай некромантии описан в уже упомянутом «Эпосе о Гильгамеше» примерно в 2100‐х годах до н. э.[154]. Нергал (он также упоминается в Библии, в 4‐й Книге Царств, 17:30), бог солнца и подземного мира, заставляет мертвого Энкиду подняться из отверстия в земле «подобно дуновению ветра» и говорить со скорбящим героем. В магической литературе Месопотамии на протяжении последующих двух тысячелетий, вплоть до новоассирийского периода (ок. 900–600 до н. э.) встречается еще множество рассказов о встречах с обитателями загробного мира. В одной таблице, сохранившейся с тех давних времен, говорится о «мертвой королеве», которая славится своей «правдивостью». Она, по всей видимости, обещает принцу, вероятно своему сыну, что его потомки будут «править Ассирией».
Из табличек также можно сделать вывод, что общение с умершими считалось опасным. Если ритуал совершал несведущий и неосторожный человек, все участники могли погибнуть. В нововавилонских письмах, которые хранятся в Британском музее, можно найти его описания. Прежде всего, понадобится череп. Затем следует покрошить затхлую древесину и свежие листья евфратского тополя в воду, масло, пиво и вино; перемолоть и просеять змеиную слизь, львиный жир, мясо краба, белый мед, лягушку, собачий волос, кошку и лису, щетинки хамелеона, щетинки красной ящерицы, левое крылышко кузнечика и костный мозг гуся. Перемешать это с вином, водой, молоком и растением amhara. Получившуюся жижу нужно намазать на веки. Затем наступает время произнести трижды магическую фразу: «Я призываю тебя, Череп черепов: Да ответит мне тот, кто пребывает внутри черепа».
Несмотря на опасность, которую навлекали на себя все занимающиеся некромантией, она распространилась из Месопотамии по всему древнему Ближнему Востоку[155]. В одном тексте сообщается, что хетты заставляли мертвых говорить, вырывая яму и совершая жертвоприношения. Затем следовало произнести заклинание: «Дух велик. Дух велик. Чей дух велик? Бессмертный дух велик. Каким путем он идет? Он идет великим путем. Он идет невидимым путем». С некромантией были знакомы и другие народы, включая население городов Эбла, Угарит и Мари (все располагались на территории современной Сирии), а также жителей Ханаана до его завоевания Израилем[156].
Как это часто случалось,