Читать «Четыре сестры» онлайн
Малика Ферджух
Страница 81 из 117
Они стояли, бессильно опустив руки, перед «фордом мондео», как будто ждали от него разгадки тайн человечества.
Танкред снова вышел из башенки. Все метнулись к нему.
– О! Э-э… вы здесь, – сказал он.
И он тоже говорил вполголоса. Он положил последние коробки в багажник. Внутри характерно звякнуло.
– Ты пришлешь нам образец духов, которые изобрел? – спросила Беттина.
– Обещаю.
– А как он будет называться, этот крем из тины и моллюсков? – поинтересовалась Гортензия.
– Это еще не решено.
– Танкред…
– Да?
– Мы рады, что ты приехал сюда.
– Даже очень рады.
Он растянул губы в чем-то среднем между улыбкой и гримасой. Вздохнул.
– Я тоже.
– Ты продолжишь свои исследования в Париже?
– Я закончил. Этот запах оказалось легко найти. Благодаря этому месту.
Он сделал глубокий вдох и огляделся.
– Здесь все чем-нибудь пахнет. Это дает миллион идей.
Повисло молчание.
– Будешь в Париже, передай привет мордатому хряку и его фее.
– Обязательно.
– Мне очень понравилась песенка, – сказала Дезире. – Ветхий есть квартал, где я коротал дни когда-то…
Он расцеловал всех крепко и долго. Тут прибежала Энид, видно, сработало шестое чувство. Она бросилась Танкреду на шею.
Наконец он сел в машину. Женевьева наклонилась к дверце:
– До свидания.
Она хотела было добавить, что ей жаль и что он ей очень нравится. Но промолчала.
Базиль ей тоже очень нравился. И его было тоже жаль.
Танкред подмигнул ей и тронул машину с места.
* * *
В конце Тупика, перед самым шоссе, маленькая фигурка вынырнула из зарослей и встала на дороге у «форда мондео». Танкред затормозил.
– Гарри! Так выскакивать опасно!
Гарри шагнул к нему с коробочкой из-под мятных леденцов в руке.
– Держи, – сказал он. – Я собрал их специально для тебя. Самые красивые.
Танкред открыл коробочку. Она была наполнена землей, и в ней томно извивались три червяка. Он посмотрел на них и мягко покачал головой.
– Спасибо, Гарри. Это замечательный подарок, я очень тронут, но…
– Ты говорил, что любишь земляных червей.
– Это правда. И потому предпочитаю их на свободе. Верни их туда, откуда взял, Гарри.
– Их зовут Лулу, Эрнест и Рауль.
– Очень красивые имена, но они ведь предпочтут хорошим именам хорошую землю, как ты думаешь?
Гарри молчал. Танкред вышел из машины и присел рядом с мальчиком.
– Верни им свободу. Они там в тесноте, задыхаются. Им плохо.
Гарри кивнул.
– Шарли тоже так говорила про Ксавье-Люсьена.
У Танкреда нервно дернулось веко.
Гарри протянул руку и забрал у него коробочку из-под леденцов. Он опрокинул ее на поросшую цветами обочину. Червяки, извиваясь, уползли. Танкред улыбнулся и обнял мальчика.
– Но это был самый лучший подарок, какой я когда-либо получал, – прошептал он ему на ухо.
Он задумался ненадолго и встал. Гарри вытаращил глаза, когда он открыл багажник и достал клетку, в которой сладко спала Миледи.
– Держи, – сказал Танкред. – Я знаю, что ты наведывался к ней с Май крофтом, когда меня не было дома.
– Как ты узнал?
– Майкрофт не умеет держать язык за зубами, – ответил Танкред. – И главное, он очень влюблен в Милену. Я полагаюсь на тебя, пусть они встретятся, ладно?
– Хорошо.
Гарри открыл клетку и взял крысу в руки. Она не проснулась. Танкред сел в машину.
– Пока! – сказал ему Гарри, очень гордый собой.
– Пока! – ответил Танкред и захлопнул дверцу.
– Эй…
– Да?
– Ее зовут не Милена, ее зовут Миледи!
– Миледи? Как это?
– Майкрофт не умеет держать язык за зубами.
Танкред улыбнулся и включил зажигание.
– Будешь в Париже, – крикнул Гарри, – передай привет мордатому хряку и его фее!
– Грубое слово – евро, – ответил Танкред.
И машина умчалась.
21
Ингрид, Роберто, Майкрофт, Миледи и другие
Женевьева слышала, как Шарли плакала большую часть ночи. Утром она принесла ей поднос с завтраком. Шарли спала. Или притворялась. Женевьева поставила поднос и на цыпочках вышла.
Она уехала в город за покупками с Энид, Гортензией и Беттиной, а когда они вернулись, Шарли в холщовом переднике и косынке на голове красила ставни западного фасада.
– Сорок пять минут на ставень, – сказала она. – А всего их двадцать четыре. Кто мне посчитает, сколько времени это займет?
– Мы слишком тебя любим, чтобы выдать тебе такой печальный итог, – ответила Женевьева, обнимая ее за плечи.
Тут появился Гарри.
– Я выпустил Розетту! – торжественно сообщил он.
Пять голосов испуганно вскрикнули:
– Выпустил?
А потом еще:
– КУДА?
Мальчик переминался с ноги на ногу. Ну вот, в общем, он искал, искал, а потом – сюрприз! – увидел двух или трех Розеттиных друзей, которые играли в футбол горошиной в раковине.
– Тараканы устроили футбольный матч в нашей раковине? – возмутилась Гортензия.
Все кинулись в дом, к раковине, где матч, очевидно, уже закончился, а игроки, надо полагать, принимали душ в раздевалке, то есть в сточной трубе.
– Божемойбожемойбожемойбожемой, – простонала Женевьева. – У нас была крыса…
– А теперь еще и тараканья ферма.
– Кстати о крысе… – начал Гарри.
– ЧТО?! – взвизгнули все.
При виде всех этих устремленных на него глаз Гарри понял, что говорить о Миледи было бы ошибкой. И закончил фразу иначе:
– Э-э, что-то давно не видно Майкрофта.
– Я по нему не скучаю! – фыркнула Беттина.
Сказать по правде, скучала немного. К огда-то Мерлин предложил ей вместе поохотиться на Майкрофта в парке.
– В следующий визит тети Лукреции, – мрачно сказала Шарли, – предлагаю запустить тараканов в шерсть Делмеру.
– Не очень-то хорошо по отношению к Делмеру.
– Да и к тараканам тоже.
Вдали затрещал мотор. Пять сестер переглянулись. Нет. О неееет…
Оцепеневшая Энид выдохнула:
– Кто первая произнесла ее имя?..
– Та ведьма! – закончила Шарли.
И они завопили хором:
– ТРЕВООООГА!
– На абордаж! – гаркнул Гарри, который не видел тетю Лукрецию с трех лет (и давно ее забыл).
«Твинго» приближался.
Энид подхватила Роберто за шкирку. Женевьева унесла Ингрид, которая вылизывалась на буфете. Их закрыли в кладовой.
– Гарри, – шепнула мальчику Шарли, – если ты подобрал или спрятал еще какую-то живность, о которой нам не сказал, самое время сказать сейчас.
– Какую живность? – простодушно спросил он.
– Не знаю, я тебя спрашиваю. Уверен? Нигде нет пауков, мух, крабов, палочников…
– Палочников? – повторил Гарри, и глаза его заблестели. – Это кто?
– Ох, ладно, – вздохнула Женевьева, потерянно озираясь, – все равно здесь бардак, как всегда…
«Твинго» затормозил, описав круг у крыльца. Раздался голос тети Лукреции:
– Ау, ау! Мои милые!
У всех вырвался вздох. Они приготовились к штурму. Беттина открыла дверь.
Вошла тетя Лукреция, через ее правую руку был переброшен палантин, а на палантине лежал Делмер.
– Бедняжка мой, – объяснила она, расцеловавшись с племянницами. – Ему