Читать «От чести и славы к подлости и позору февраля 1917 г.» онлайн
Иван Касьянович Кириенко
Страница 83 из 87
Вышеизложенное является смирительной рубашкой для полковника Кириенко, так как на самом деле от своих 26 человек поднялся только до Георгиевской роты в 60 человек, как и у всех.
После смотра 5-й роты генерал Алексеев переименовывает ее в 1-ю роту, которая разворачивается в батальон в 200 человек, и командиром батальона назначается полковник Борисов. В батальоне было четыре роты.
К этому времени в Ростове полковником Симановским был сформирован партизанский, чисто офицерский, батальон имени генерала Корнилова в составе четырех рот из 500 человек.
Я, полковник Левитов, после ранения в тылу у красных, попал в 3-ю роту этого батальона.
В это же время и полковник Кириенко, по его словам, имеет три роты малого состава и занимает участок у Матвеева Кургана.
Теперь же генерал Кириенко вспоминает об этом так: «На душе становилось все более и более смутно. Ни генерал Алексеев, ни генерал Деникин, ни генерал Романовский, ни генерал Корнилов, приехавший в разгар боев моего Георгиевского полка у Матвеева Кургана, не сочли своим долгом посетить маленький, но уже с начала ноября дравшийся мой 1-й Георгиевский полк и этим показать, что и они прибыли для борьбы, спасать Россию». (Генерал Корнилов прибыл в Новочеркасск 6 декабря ст. ст.)
Протрите глаза, Ваше Превосходительство, вспомните зарождение Белого Движения и не расточайте перлы ефрейторского красноречия по адресу тех вождей, на зов которых и Вы с остатками Ваших георгиевцев сюда прибыли! Здесь, как и всюду, генерал Кириенко умышленно искажает действительность. 1) Тогда 1-го Георгиевского полка у полковника Кириенко не было, 2) его утверждение, что его полк ведет бои с начала ноября, – сплошная ложь. Только в конце ноября действия его роты, и то без потерь, отмечены при наступлении на Ростов.
Даже два орудия из Лежанки похитили добровольцы генерала Алексеева с Донцами, а не георгиевцы. 3) Нет, Ваше Превосходительство, дело борьбы за честь России в 1917 году не Вы начали и, если Вы тогда не могли отдать себе отчета в сложившейся обстановке, то теперь, в эмиграции, Вы имели достаточно времени, чтобы разобраться и не кричать на вождей за то, что они, мол, по прибытии на Дон не нашли нужным явиться к Вам!
Это гадко: Вы умышленно зачеркиваете все их усилия до переезда на Дон по борьбе за честь России с призывами к русскому народу поддержать их. Вы от Киева до Дона ехали спокойно, а генерал Корнилов с боями и большими потерями пробивался к нам, к месту сбора, им же намеченному, во главе Текинского полка. И генерал Алексеев с добровольцами своей организации первыми приехали. Вы блестяще служили в Императорской Армии на всем готовом, а когда нужно было все самому создавать, то чего-то не хватило у Вас и Вы неосновательно озлобились и незаслуженно, ложно подтасовывая, вините во всем наших вождей. 4) Почему гвардии полковник Кутепов или генерал Черепов не заявляли тогда таких претензий? Значит, они выше Вас стояли и нормально думали, что не дело вождей руководить действиями рот. Полковник Кириенко и в генеральских чинах не меняет своего мнения и продолжает: «Они прибежали на Дон спасать свои жизни и присматривались, не пора ли им бежать к морю и дальше или, может быть, что-либо и выйдет из попыток моего 1-го Георгиевского полка».
Вопль митингового оратора, на клевете и лжи разжигающего ненависть черни к нашим вождям, в надежде, что мы, участники тех событий, больше не существуем, а слушатели его ничего никогда не читали.
Пусть помнят верные долгу георгиевцы, что в своих возражениях их командиру, генералу Кириенко, так низко павшему под старость, я никоим образом не имею намерения как-либо очернить их жертву в борьбе за честь России в описываемое здесь наше смутное время.
Врете Вы, Ваше Превосходительство, цинично и в нижеприводимом Вами: «А почти весь Георгиевский полк в открытой борьбе (за Веру, Царя и Отечество) сошел в могилу и никто не преклонит перед ним голову и теперь не желает признать за ним заслуженную им благодарность. Нет, ни генерал Алексеев, ни генерал Деникин, ни, тем более, генерал Корнилов, не были основоположниками и создателями Добровольческой Армии. Этими основоположниками были мы, георгиевцы и я, их командир. И никаким непредрешенцам не удастся в освобожденной, восстановленной тысячелетней. Царской, самодержавной России обманом прикрепить героический ореол изменникам и предателям. Божия Правда восторжествует!»
Да, она обязательно восторжествует! Но до тех пор, пока Вы и Вам подобные не поймете, что историческая Россия была и строилась на морали христианства, – России не бывать. Ее тело будут терзать чекисты диктатуры пролетариата. Какие же вы ходатаи за «Веру, Царя и Отечество», когда обвиняете без доказательств в самых ужасных преступлениях лиц, за которыми шли и сотнями тысяч сложили свои головы за честь Православной России? Обвиняя других, сами Вы, по собственному Вашему признанию, были в том же виноваты. Почему же Вы одних обвиняете, а себя за то же оправдываете? Не является ли все это только тактическим приемом нашего общего врага для нашего разложения? Знайте и то, что русский патриот любит правду, а всякого рода подтасовки, приправленные митинговой бранью, с презрением отбрасывает. Какой особой благодарности для своего 1-го Георгиевского полка и для себя, как его командира, Вы требуете? Из Ваших трудов по формированию его видно, что из этого ничего не вышло, в Киеве он ушел к большевикам. Приказа о признании Вашего формирования полком не было. Оставшихся же Вам верными 25 человек никто, конечно, не имеет права признать за полк. Для сравнения Вам необходимо ознакомиться с материалами Корниловского Ударного полка Генерального штаба капитана Неженцева, где Вы найдете начало и конец формирования полка, с отдачей об этом в приказе по Армии, с парадом и вручением полку знамени и шефства. И дрался он на фронте Великой войны так, что под конец все его солдаты имели Георгиевские кресты. А штат его был нормальным для солдат и офицеров пехотного полка Русской Армии.
Обвинение генералом Кириенко Корниловского Ударного полка в том, что он в своем боевом гимне первое время пел: «Царь нам не кумир…»
Нельзя отрицать, что о Монархии тогда мало кто думал; этот образ правления самоуничтожился с позором для всех. Это большевики подметили