Читать «Штрафбат Павла Первого: Штрафбат Его Императорского Величества. Спецназ Его Величества. Диверсанты Его Величества. Заградотряд Его Величества» онлайн

хоть Царство Небесное на земле строй, хоть коммунизм. Существует, правда, опасность зарождения комчванства… не сейчас, в будущем. Но мы же большевики-интернационалисты, не так ли? Это к тому говорю, что есть у моей партии серьёзный конкурент, который и не даст расслабиться. Понимаете, о ком?

Ладно, что мы всё о делах и о делах? Кто обещал поэтический вечер? Где Державин с его поэмой? Ах да, поэма в камине… но это же не повод молчать?

– Гавриил Романович, теперь твоя очередь.

– Государь, мне, право слово, неудобно.

– Это почему?

– Осознавая всю ничтожность потуг… И вообще, я принял решение навсегда оставить поэтическую стезю.

– А если Родина прикажет?

– Родина?

– Император.

– Тогда придётся подчиниться.

– Считай, что приказ уже получен.

Беда с этими талантами! Ей-богу, легче сражение выиграть, чем успокоить обидчивого и ранимого писателя. Ну чисто дети!

Державин вышел к роялю и прокашлялся:

– Дамы и господа! Друзья мои! Извините, читать буду по памяти, так что, может быть, чего-нибудь и позабуду. Не судите строго скромного пиита.

Горит Восток зарёю новой.

На перекрёстках, площадях

Грохочут пушки. Дым багровый

Родит смятение в умах,

И на врага наводит страх.

Полки ряды свои сомкнули.

На крышах залегли стрелки.

Летят кулибинские пули,

Нависли хладные штыки.

Гонимы англами к победам,

На баррикады рвутся шведы,

Шотландцы строем в бой летят.

Все чужеземные язЫки

Под пушек рёв, под звук музЫки

Своё стремление крепят

Служить владычице морей.

Но стойкость русских егерей

Для англов – слово роковое.

Гремит, пылает тут и там.

Но явно счастье боевое

Служить уж начинает нам.

Огнём небесным супостаты

Поражены. И сожжены.

Вгоняет вражеских солдатов

Во прах могучий бог войны.

Тесним мы англов рать за ратью;

Темнеет слава их знамён.

И бога браней благодатью

Наш каждый шаг запечатлён…[3]

Вместо эпилога

– Поберегли бы себя, Александр Фёдорович. – Капитан Ермолов осуждающе покачал головой, когда Беляков сбросил с плеча тяжёлый кожаный мешок. – Рёбра-то ещё толком не срослись, да и вообще…

– И что же в этом вообще?

– Не к лицу государеву министру чёрной работой заниматься.

– А кто будет, они? – Фёдорыч пренебрежительно плюнул в сторону кривой берёзы, под которой уложили связанных по рукам и ногам пленников. – Нет уж, лучше я сам.

Так получилось, что срочно отбывающий в Петербург император подчинил егерей подновскому купцу, оставив грозную бумагу, в которой назначал того министром несуществующей золотодобывающей промышленности. Наверное, более в утешение, чем надеясь на что-то, потому как после сильной контузии в грудь Беляков и сам не чаял остаться в живых. Но выжил. Мало того, кипучая энергия и предприимчивость не позволили долго разлёживаться в постели. И закрутилось-завертелось…

Золото… проклятый металл… жёлтый дьявол… Безжалостная и бездушная машина смерти, всегда сопровождающая его появление, в очередной раз провернула своё колесо, перемалывая обильные жертвы, не разделённые на правых и виноватых. А первыми стали многочисленные скиты, прятавшиеся в заволжских лесах от пристального государева внимания. Ниточки золотой паутины, тянувшиеся к Керженцу и Ветлуге с Урала и Сибири, обрезались решительно – ночными пожарами, стрельбой по бегущим от огня старцам и старицам, допросами проклинающих собственное спасение пленников.

И наносились на карту новые отметки, плескала угрюмо вода лесных озёр и рек, принимая ставших ненужными свидетелей. Страшно… жестоко… и необходимо. Страна требует золото. Это новые ружья и пушки, это корабли, это жалованье, это свобода… Всё то, что поможет выжить новой стране, только что родившейся в муках Ревельского разгрома и крови Петербургской осады.

Новое солнце встаёт над Россией.

– Готовы, Алексей Петрович? – Беляков показал на поднимающееся над кромкой леса светило.

– К новым подвигам? – вымученно улыбнулся Ермолов. – А они у нас будут?

– С нашим государем? Кто бы сомневался!

– Тогда вперёд?

– Вперёд!

Спецназ Его Величества

Пролог

Документ

«Первые опыты Фултона с самодвижущимися судами относились еще к 1793 году, когда он, исследуя различные типы гребного колеса, пришел к заключению, что наилучшим будет колесо с тремя или шестью лопастями. В 1794 году, побывав в Манчестере, он убедился, что наилучшим двигателем для самодвижущегося корабля может быть только паровая машина Уатта двойного действия. В последующие годы Фултон много думал над формой, проекциями и очертаниями судна. Прежде чем приступить к строительству, он уехал на воды в Пломбьер и здесь проводил опыты с метровой моделью, приводимой в движение пружиной.

Весной 1803 года Фултон приступил в Париже к строительству своего первого парохода. Он был плоскодонным, без выступающего киля, с обшивкой вгладь. Паровая машина Уатта была взята напрокат у одного знакомого, но схему передаточного механизма придумал сам Фултон. Построенный корабль оказался недостаточно прочным – корпус не выдержал тяжести машины. Однажды во время сильного волнения на Сене днище проломилось, и взятая в долг машина вместе со всем оборудованием пошла ко дну. С большим трудом все это удалось достать на поверхность, причем Фултон жестоко простудился во время спасательных работ. Вскоре был построен новый, гораздо более прочный корпус судна, имевший 23 м в длину и 2,5 м в ширину. В августе 1803 года было проведено пробное испытание. В течение полутора часов пароход двигался со скоростью 5 км/ч, что являлось хорошим результатом даже против 40 км/ч у русской канонерки “Гусар”, и показал сносную маневренность.

Первым делом Фултон предложил свой пароход Наполеону, но тот не заинтересовался этим изобретением. Весной 1804 года Фултон уехал в Англию. Здесь он безуспешно старался увлечь английское правительство проектом своей подводной лодки и одновременно следил за изготовлением паровой машины фирмой Боултона и Уатта. В том же году он отправился в Шотландию, чтобы ознакомиться с построенным там Саймингтоном пароходом “Шарлотта Дундас”. (Саймингтон был едва ли не первый европейский механик, успешно справившийся с постройкой самодвижущегося парового судна. Еще в 1788 году по заказу крупного шотландского землевладельца Патрика Миллера он построил небольшой корабль с паровым двигателем. Пароход этот был испытан на Дэлсуинтонском озере в Шотландии и развил скорость до 8 км/ч. Спустя полтора десятилетия Саймингтон построил второй пароход – упомянутую выше “Шарлотту Дундас” для владельцев Форс-Клайдонского канала. Он предназначался для транспортировки грузовых барж.) Пароход Саймингтона был, несомненно, удачной моделью. Средняя скорость его без груженых барж составляла около 10 км/ч. Однако и этот опыт не заинтересовал англичан. Пароход вытащили на берег и обрекли на слом. Фултон присутствовал при испытаниях “Шарлотты” и имел возможность ознакомиться с ее устройством.

Дальнейшая судьба Фултона печальна: летом 1805 года он