Читать «Жена на продажу, таверна на сдачу» онлайн
Константин Фрес
Страница 39 из 81
Но мне не хотелось предавать шкафчик, который принес нам столько радости. Он был мне словно боевой товарищ. Да я с ним сроднилась! И привязалась к нему.
Так что если и продолжать пользоваться Даром, то только через шкаф!
— Нам вина, — заговорщически прошептала я в его дверцы, уткнувшись по привычке лбом в его створки. — Хорошего! Красного! Мы сегодня гулять будем всю ночь!
Шкафчик ответил мне знакомым морозным дыханием. В нос ударил характерный запах винного погреба.
Раскрыв дверцы, я обнаружила много-много бутылок из темного стекла, как в погребе. Они были запечатаны пробками, некоторые залиты красным сургучом.
Часть бутылок была новенькой, ну вот только что с конвейера. Даже этикетки еще не наклеены!
А часть была старой, из помутневшего, пыльного стекла. Будто из старого-старого подвала. И этикетки были на этих бутылках старые, блеклые, выцветшие.
— О, вот это улов! — с восторгом прошептала я, рассматривая одну из таких бутылок. — Прекрасное вино… Да оно стоит целое состояние! Интересно, найдется ли ценитель на этот вкус, кроме меня и Дубровского?
На это мне шкафчик ответить не мог.
— Может, и ты хочешь кружечку? — почему-то спросила я.
Ответа я не ждала. Просто шалила; настроение хорошее было.
Но шкаф вдруг снова дохнул холодом, сверкнул светом холодильника сквозь дощатые дверцы.
Я осторожно его приоткрыла, и внутри, на пустой тарелке, обнаружила записку: «Праздник для всех!»
— Справедливо! — весело ответила я.
Я откупорила самую древнюю, самую прекрасную бутылку, щедро плеснула вина в кружку и поставила ее в шкаф.
— Спасибо! — шепнула я ему. — Ты нас просто спас в трудный час! Испекутся гуси — получишь самый вкусный кусочек!
И на этом я отправилась на кухню.
***
На запах из нашей таверны сбегались все наши веселые музыканты, люди, полюбившие шумные праздники.
Зря я переживала, что вкус вина никто не оценит.
Оценили, да еще как!
И музыканты, и Карл!
Предвкушая жареную гусятину, доброго винца выпили и посетители.
Я только успевала откупоривать бутылки одну за другой, разливать по кружкам и разносить по залу!
Когда я в очередной раз выставляла кружки на столы, одна из посетительниц вдруг ухватила меня за руку, и я с удивлением глянула на нее.
— Чего вам? — произнесла я и осеклась.
На меня смотрела и не знакомая, и до боли знакомая женщина!
В этом мире я, Адель, никогда с нею не встречалась. Ни разу не видела ее огненно-рыжих прекрасных волос и белой кожи. Не знала ее тонких и прекрасных черт.
Но вот эти одержимые глаза…
Ох, я бы узнала их из тысяч других! И потеки размытой слезами туши были бы им так кстати!
— Ты!.. — ахнула я, так и плюхнувшись на лавку напротив этой странной и пугающей посетительницы. — Ка… Катька!
Та самая озлобленная девица, что проиграла мне конкурс!
Конкурентка, что переехала меня на машине и оправила сюда, в этот мир!
Ошибки быть не могло, она тоже меня узнала. И теперь разглядывала, кривя в недоброй усмешке красивые губы.
— Вот и встретились, подружка, — произнесла она. — Только не Катька, а Катарина. Не забывай, где мы с тобой сейчас живем. И не ори так! Не то примут за ведьму и поджарят на костре, как вот этого гуся.
— Подружка?! — взвилась я. — Да ты меня на машине переехала! Ты меня убила!
— Так ведь было за что, — все так же недобро усмехаясь и щуря глаза, ответила она. — Ты дорожку мне перешла… в неположенном месте.
— Я выиграла в честном поединке! — отрезала я. — И у тебя ничего не одалживала, чтоб быть обязанной тебе уступить!
— Я так не считаю, — беспечно ответила Катарина. — Могла бы и уступить. Мне всегда все приходится добывать с боем, а тебе все достается на блюдечке.
— На блюдечке?! Хорошо блюдечко! Пока ты развлекалась и бегала на свидания, я вкалывала в кафе, училась у разных поваров, не высыпалась! Я!..
— Не я ж тебя заставляла, — небрежно ответила старая знакомая. — Уж конкурс и ресторан-то ты могла мне уступить? Тебя б все равно взяли хоть куда-нибудь. А мне этот ресторан был вопросом жизни и смерти.
— Только почему моей?! — огрызнулась я. — Завистливая злобная дура… Не умеешь проигрывать достойно? Это из-за тебя я очутилась здесь! И знаешь что? Тут мне все дается намного труднее! А еще тут меня чуть в вечное рабство из-за тебя не отдали!
— Я-то ведь тут тоже из-за тебя.
— Как так?
— Не справилась с управлением, вмазалась в стену, — почти весело ответила Катарина. — В лепешку.
— Криворукая, — прошипела я. — Ничего толком сделать не можешь! Ни готовить, ни человека переехать!
Катарина озлилась. Благостная гадкая ухмылочка сползла с ее лица, зеленые глаза почернели от злости.
— Я, — рыкнула она яростно, — получила второй шанс! Тут! Без тебя! Чудом я попала сюда на семь лет раньше тебя! Обрадовалась, что не увижу никогда твоей мерзкой рожи! Пахала, как лошадь! Думала, хоть среди этих темных людишек найду уважение и почет! А тут являешься ты, и все у меня снова отнимаешь!
— Да что я у тебя отняла, а! — зашипела я ей в ответ. — Можно подумать, мне тут красную дорожку расстелили! Да и фора у тебя была! Первая здесь очутилась! Кто же тебе виноват, что ты за семь лет не можешь сделать больше, чем я за семь дней!
Тут она вообще взбесилась.
Вцепилась в край стола так, что пальцы побелели.
— Феланора моего сманила, курица! — зло выдохнула она.
Я только руками всплеснула.
— Так это ты?! — воскликнула я. — Ты его кинула! Я-то тут причем?! Ты сама виновата!
— Если б не ты, — рычала она, — он бы помыкался и снова мой был! Еще б обрадовался, что я к нему вернулась! А тут я вдруг слышу, что эльф мой отирается вокруг чужой таверны! Девку какую-то сторожит и защищает! У меня прям кольнуло! Но я убеждала себя, что это не можешь быть ты! И вот, что я вижу! Снова ты, подруга, дорогу мне переходишь!
Я поднялась, свысока, холодно, осмотрела Катарину с головы до ног.
Она выглядела не очень.
Мордашка свежая и красивая, огненные