Читать «Пробуждение троянского мустанга. Хроники параллельной реальности. Белая версия» онлайн

похожим на черта Березовским. Даже молил Бога, чтобы Береза сам передумал, не доводя простых русских газовиков до греха.

Было уже три часа ночи, когда Виктор Степанович и Олег Калугин добрались до кабинета посла России в Китае Игоря Алексеевича Рогачева. Он ждал их в своем кабинете, сидя за рабочим столом. Войдя в кабинет, премьер поначалу увидел только его. Пошел навстречу, подняв руки для объятий, облизнул пересохшие губы на случай дружеского поцелуя, как было принято со времен Леонида Ильича. Но не тут-то было! Рогачев вышел из-за стола и тоже шел к нему навстречу, подняв руки для объятий. В этот момент чья-то тень метнулась со стороны, и в объятиях Черномырдина оказался мелкий, сухонький Борис Абрамович. Он тихо сидел на диване, и премьер его просто не заметил. Пришлось сделать вид, что чрезвычайно ему рад. ЧВС крепко обнял БАБ, похлопал по спине и три раза смачно поцеловал в губы. Так он совершал акт бессознательной мести, чувствуя непреодолимое желание сжать этого сморчка с такой силой, с какой в молодости крутил пятикилограммовым гаечным ключом гайки на буровой вышке.

Береза ловко вывернулся. Достал из кармана носовой платок и тщательны вытер губы.

– Боря! Какими судьбами? – Черномырдин выдавил из себя радостное удивление и вновь распахнул руки для вторичного сжатия беса.

– Виктор Степанович, знаете ли, мимо ехал. Говорят, здесь Черномырдин! Как не повидать любимого человека?

– Да что вы, Борис Абрамович! Чего там говорить о Черномырдине и обо мне?

Березовский усмехнулся. Он знал эту особенность ЧВС прикидываться дураком и нести околесицу. Главным сейчас для него было не дать газовику войти в раж.

– Я тут поговорить хотел о делах наших скорбных. – Береза взял ЧВС за руку и оглянулся по сторонам.

Посол Рогачев, чьи веселые конопушки светились даже в плохо освещенном кабинете, прислонился нижней частью спины к краю своего стола и молча наблюдал за встречей старых друзей. За спиной премьера, так же молча, стоял и генерал Калугин.

– Здравия желаю, Борис Абрамович! – приветствовал Березовского Олег.

– Виктор Степанович, познакомьте. Кто это?

– Олега Даниловича директор ФСБ прикомандировал. Не оставляет ни на шаг. Такой регламент. Страна незнакомая. Тут американцы как у себя дома. А я сам знаешь кто.

– Хорошо, хорошо, хорошо, – пулеметной очередью выплеснул БАБ. – Он не помешает. – Березовский на миг задумался и обратился к послу Рогачеву: – Где тут у вас поговорить можно? Чтобы американцы не подслушали.

– Рядом с кабинетом спецкомната оборудована. Для переговоров. Свинец, как положено.

– Знаю я ваши комнаты. – Березовский вновь задумался. – Где у вас на территории гараж?

– Здесь, в двух шагах. Недалеко от въездных ворот.

– Вот и пойдемте туда. Чтобы без неожиданностей. Де-лов на пять минут!

БАБ не стал дожидаться согласия посла, повернулся и пошел из кабинета. Черномырдин и Калугин направились за ним. Посол Рогачев поднял трубку коммутатора и нажал кнопку «Гараж». На том конце ответил заспанный голос дежурного:

– Слушаю, товарищ Рогачев.

– Сейчас к вам в гараж придут трое и я. Отоприте двери, когда мы зайдем, покиньте гараж, пока я не скажу вернуться.

Рогачев положил трубку и догнал ночных гостей.

Черномырдин шел без всякого напряжения, БАБ ему чего-то говорил. Калугин следом за ними. Дверь в посольский гараж была открыта, и они вошли в помещение. Пахло бензином и резиновыми покрышками.

– Боря, я знаю, что ты чудила, но какого хрена потащил в гараж? Убивать, что ли, меня надумал? – Черномырдина так и подмывало произносить запрещенные слова.

– В этих свинцовых кабинетах такие товарищи, как ваш Олег Данилович, пишут все разговоры. А здесь точно никого нет. Итак, мой вопрос остается прежним. Я считаю, только я могу сделать многое для газовой отрасли, став председателем правления «Газпрома». Вы же меня давно знаете!

– Боря, ты же знаешь, надо контролировать, кому давать, а кому не давать. Почему мы вдруг решим, что каждый может иметь? – ЧВС недоуменно поднял брови.

Рогачев и Калугин стояли в нескольких метрах от них. Посол не понимал, что происходит, а генерал Калугин чувствовал, что продолжаются «терки» по теме, начатой в самолете. И сейчас премьер принимает окончательное решение – валить Березу или не валить?

– Виктор Степанович, золотые слова! Золотые слова!

Каждый «иметь» не может. Только каждого можно «поиметь»! Надо помнить об этом даже на территории древнейшего государства.

«А вот это уже перебор, – подумал Калугин. – Так откровенно угрожать можно только от полного отчаяния. Дела его плохи». Черномырдин же, наоборот, говорил все спокойнее.

– Дело хорошее, Боря! «Газпром» – сам знаешь – сверхъестественная монополия. Хребет нашей российской экономики. Все мы должны этот хребет беречь как зеницу ока.

– Кому, как не мне, это знать, Виктор Степанович. Я уже кадры подобрал. Экономисты, менеджеры. Парочка специалистов из Израиля и Франции. Зальем газом не только Западную Европу, начнем отгружать в США. Трубу протянем через Чукотку либо сжижать начнем, как на «Сахалине-2».

В этот момент Черномырдин принял решение. Упоминание Израиля и смена кадров в «Газпроме» поставили на Борисе Абрамовиче жирный крест. ЧВС повеселел.

– Боря, золотой ты мой! Чего ты раньше-то не приходил? – Он приобнял Березовского за плечи и прижал к себе. – Ты же знаешь, моя жизнь проходила в атмосфере нефти и газа. И я умею говорить на любом языке со всеми, но этим инструментом стараюсь не пользоваться. Только с тобой.

– Ты о чем, Виктор Степанович? – БАБ стряхнул руки премьера и вопросительно уставился на него.

– Меня всю жизнь хотят задвинуть. Все пытаются… Задвигал только таких еще нет. А ты другой! – Черномырдин смотрел на Березовского, как большой сытый кот с белой грудкой и белыми лапками на маленькую серую мышку.

– Так какой ответ? Поставишь на годовом собрании мой вопрос на голосование? – БАБ пошел ва-банк.

– Олег Данилович, ты в курсе. Что там в ФСБ об этом думают? – ЧВС не стал поворачиваться в сторону Калугина, лишь слегка склонил голову, ждал ответа.

– Такие вопросы в четыре утра не решают, – ответил ему Калугин. – Утро вечера мудренее.

– Вот и я о том. Боря, давай часиков в двенадцать. В двенадцать тридцать у меня встреча с председателем КНР. Успеем поговорить.

Он похлопал Березовского по плечу. Тот молча кивнул и быстрым шагом вышел из гаража. Послышался звук включенного мотора, и чей-то автомобиль покинул территорию посольства.

– Поехал в аэропорт. – Черномырдин зевнул, перекрестил открытый рот и засмеялся. – Вот идиот! Не знал, что здесь, где гараж построили, двести лет подряд был храм Успения Пресвятой Богородицы при русской духовной миссии. Сколько чертей и бесов здесь выправили! А он – пойдем в гараж прятаться!

Премьер