Читать «Не хотите ли чашечку чая? Английские будни русских жён» онлайн
Елена Отто
Страница 35 из 56
Национальный фонд считается одной из самых крупных благотворительных организаций, патронируется принцем Чарльзом, большим любителем садов и исторических памятников. Фонд существует главным образом за счёт членских взносов, продажи билетов, доходов от кафе и сувенирных магазинов (не только магнитики и безделушки, но также одежда и продукты местного производства, например, джем, мёд и сыр) и пожертвований. Многие англичане настолько радеют о сохранении национальной культуры и истории, что совершают многомиллионные пожертвования или оставляют фонду в наследство своё состояние. Обслуживать огромное количество зданий и садов помогают тысячи добровольцев, без их помощи подобная инициатива была бы просто невозможна. Например, в одном из самых посещаемых поместий Аттингем Парк (Attingham Park) задействовано пятьсот волонтёров. Что движет людьми, которые в своё свободное время водят туристов по комнатам дворцов и замков? Большинство волонтёров – пенсионеры, иногда это бывшие слуги, которые провели годы, обслуживая владельцев поместья, а теперь живут по соседству. Они ищут общения, хотят быть вовлечёнными в активную социальную жизнь и приносить пользу людям. Людей влечёт на это поприще трепетное отношение к британскому культурному и историческому наследию, их искренний энтузиазм уже более сотни лет не позволяет проекту затухнуть.
По сути, объекты Национального фонда – это последняя возможность повернуть время вспять и посетить Британскую империю эпохи её расцвета.
Часть 3
Наши новые европейские реалии
Карантин страшнее вируса
Уроки локдауна
Я пригласила подругу встретиться в ближайшем парке – с первого июня как раз начались послабления карантина. И в ответ получила статью, серьёзное научное исследование о том, насколько быстро распространяется вирус, если рядом с вами кто-то чихнул или кашлянул. И двухметровая дистанция этому не помеха, так что бережёного бог бережёт. Поскольку подруга может себе позволить продолжать сидеть в доме с садом, работая из дома, и заказывать продукты по Интернету, я пришла к выводу, что локдаун её не сильно напрягает, по крайней мере, не так сильно, как угроза заболеть. Но поскольку я принадлежу к той категории людей, которая не очень подвержена риску умереть от коронавируса, для меня всё как раз наоборот.
На данном этапе жизни я тоже могу себе позволить сидеть дома круглосуточно, потому как нахожусь в отпуске по уходу за ребёнком. Собственно, локдаун никак не повлиял на моё профессиональное или финансовое положение, и у меня тоже организована онлайн-доставка продуктов. На самом деле, он не сильно снизил и мою социальную активность по сравнению с первыми месяцами декретного отпуска, но как раз в связи с декретным в какой-то момент я почувствовала, что моя самоизоляция началась на полгода раньше, чем у других людей, и до сих пор не закончилась. Ещё в начале марта, когда европейские страны стали призывать своих граждан оставаться дома, преподаватель курса по детскому массажу отметила, что предстоящий локдаун грозит обострением психических заболеваний. И я тогда удивилась, что она больше тревожится о психическом, нежели о физическом здоровье людей.
Под психическим нездоровьем она подразумевала обострение приступов тревоги и паники, депрессии, суицидальные настроения, которые всё набирают обороты в современном британском обществе. Но даже те, у кого в анамнезе не было психических заболеваний, вдруг прочувствовали «кабинную лихорадку» в полной мере. Причём, семейные люди столкнулись с возросшим уровнем конфликтов в семье и обнаружили, как мало у них общего, а одинокие ещё больше ощутили своё одиночество. Люди, которые привыкли проводить вечера в фитнесс-клубах, потеряли возможность выплескивать негативную энергию социально приемлемым и даже одобряемым способом, а те, кто проводил выходные на тусовках и вечеринках, осознали, что им невыносимо скучно в собственном обществе.
Психологические проблемы, с которыми столкнулись люди, оказались не менее серьёзными, чем проблемы финансовые. Когда я опросила ряд знакомых и родственников о том, как им сидится дома, поняла, что в подавляющем большинстве они восприняли локдаун тяжелее, чем пандемию.
Я никоим образом не умаляю угрозы, связанной с коронавирусом. Тем, кто заразился и попал в больницу, не повезло. И тем, у кого коронавирус унёс родных и близких, конечно, пришлось нелегко. Но таких около 0,5% (официально зарегистрированных заболевших на момент написания статьи – 306 тысяч и умерших – 43 тысячи на 66-миллионное население). А вот остальные 99,5% пострадали гораздо больше от карантина, чем от вируса. Причём разные категории людей пострадали по-разному.
Например, старшее поколение в большинстве своём от локдауна почти не пострадало, если не считать существенного сокращения социальной активности. Несколько улиц в нашем районе, к примеру, засели в больших домах с садами. Работу они не потеряли, потому как пенсионеры. Доход их не уменьшился – пенсии всё равно будут платить исправно. Для онлайн-доставок продуктов они в приоритете как самая уязвимая категория. В общем, если исключить риск заражения, то главная печаль – нельзя повидаться с детьми и внуками. Хотя я не удивлюсь, если многие больше по партнёрам по гольфу скучают.
Другая категория – работающие люди. Во-первых, некоторые потеряли работу или живут под угрозой её потери. Это в основном касается тех, кто задействован в сфере туризма и общественного питания. У кого-то бизнес на грани банкротства. Для них это стресс похуже вируса. Во-вторых, тем, кто работает из дома, пришлось осваивать технический процесс ускоренными темпами, а нюансов и сложностей очень много – не каждая работа сводится к написанию электронных писем. В-третьих, дети-школьники претендуют на те же комнаты и компьютеры для дистанционного обучения что и взрослые, да ещё и организовать это обучение нужно. Дети стоят на ушах. Объяснить им, почему они не могут встречаться со своими друзьями и играть на детской площадке – очень трудно, почему знакомые и незнакомые люди шарахаются от них и не хотят взаимодействовать – ещё сложнее. Многие англичане вообще обнаружили, что они никогда в жизни не проводили так много времени с собственными детьми, потому как в годик сдали их в ясли и вышли на работу.
Те, кто остались без работы временно, как мои коллеги-преподаватели, оформили себе государственную финансовую поддержку в размере 80% от зарплаты, но все, с кем ни общалась, кричат, что лучше бы работали. Говорят, скоро всё обучение переведут в режим онлайн, но им такая перспектива не нравится: преподавать по скайпу намного труднее, чем вживую, хотя, безусловно, удобнее и экономнее. Например, тратить по три часа на дорогу не нужно, платить за проезд тоже. А когда курсы возобновились через онлайн-платформы, типа скайпа и зума, обнаружилось, что и глаза болят, и спина болит, и горло, и очки новые понадобились, и ноутбуки. Я сама не люблю из дома работать – одинокое это занятие. Ну и физическая активность резко снизилась, а потребление пищи повысилось – сразу набрали по несколько килограммов. Некоторые вообще не смогли продолжать работать, потому что детей девать некуда, и ушли в неоплачиваемый отпуск.
Поскольку я сейчас принадлежу к категории молодых матерей, меня, как было уже сказано, рабочие перипетии не коснулись. Но зато я и мои знакомые мамочки столкнулись с другой проблемой: дома все сидят друг у друга на голове, и без того ограниченное общение стало вообще невозможным, а помощь в уходе за ребёнком прекратилась – детские сады и ясли закрылись, няни и частные воспитатели засели по домам, а бабушка с дедушкой помогают только советами, по скайпу. А ребёнок-то по-прежнему орёт. Колики у него, зубки режутся, настроение плохое. Прогулка всего час в день – хорошо хоть дистанцию не ограничивают. Очень быстро уговорила себя, что серфинг по пустым улицам с коляской – это и есть самый настоящий спорт, потому что занятия спортом на свежем воздухе разрешили, в отличие от праздных прогулок. Порадовалась, что моему ребёнку ещё не нужны детские площадки и разминки в парке, хватает ползания по манежу. А муж при этом работать из дома пытается. Он думал в офис выходить через пару месяцев после рождения ребёнка, но вот пустуют нынче