Читать «Поле мечей. Боги войны» онлайн

входа в гавань. По высоте с ней не могло сравниться ни одно здание в Риме. Юлий опять ощутил тоску по тем дням, когда для него не было ничего страшнее розог его наставников. Фаросский маяк представлялся легендарным и недосягаемым. Юлий в жизни не думал, что увидит это чудо так близко, и теперь, завороженный, как и остальные, не мог оторвать от него взгляд. А где-то в городе находится величайшая в мире библиотека, в которой хранятся все труды по философии и математике, какие только есть на свете. Казалось непристойным везти сюда, в город науки и роскоши, грубую солдатню. Но скоро Юлий доведет до конца свое мщение и сможет спокойно любоваться волшебной землей Египта.

Вокруг двигалось огромное множество торговых кораблей, собравшихся чуть ли не со всего мира. Капитанам судов, везших легионеров, пришлось потрудиться, чтобы избежать столкновения, на подходе к длинной косе. Здесь была отличная природная гавань, которая и привлекла в свое время Александра.

Юлий оторвался от маяка, повернулся к городу и нахмурился. Далекие фигурки людей на пристани оказались вооруженными солдатами – он увидел луки и копья. Стоящие в передних рядах держали длинные щиты, но доспехов на них не было, из одежды – только набедренные повязки и сандалии. Сразу видно, что это не римляне. Они совсем другие.

Впереди стоял высокий человек в пышных, сверкающих на солнце одеждах. Сила его взгляда ощущалась даже на таком расстоянии, и у Юлия пересохло во рту. Для чего здесь солдаты? Приветствовать гостей или воспрепятствовать высадке? Первые уколы тревоги Юлий испытал, когда заметил у них блестящие, как золото, бронзовые мечи.

– Позволь, я пойду первым, господин, – прошептал сзади Октавиан.

Легионеры, увидев выстроившихся на пристани египтян, замолчали и внимательно слушали.

– Нет, – сказал Юлий, не поворачивая головы.

Он не должен показывать чужакам, что боится. Римский консул может пойти, куда ему угодно.

Солдаты бросили на причал мостки, и Юлий стал спускаться. Октавиан шел следом. Сзади раздался стук железных подков: на берег двинулись легионеры. Юлий неспешно, с достоинством приблизился к поджидавшему его высокому человеку.

– Мое имя – Порфирис, я приближенный фараона Птолемея Тринадцатого, – произнес египтянин со странным пришепетыванием. – Птолемей, сын солнца, владыка Верхнего и Нижнего Египта…

– Я ищу здесь своего соотечественника, римлянина, – перебил Юлий, повышая голос и не обращая внимания на гневное удивление Порфириса. – Он здесь, и я хочу, чтобы его доставили ко мне.

Порфирис наклонил голову, подавив раздражение:

– Нас уже известили о твоих целях, консул. Да будет тебе известно – Египет желает дружбы с Римом. Мой повелитель удручен мыслью о том, что твои войска могут разрушить наши прекрасные города, и он приготовил для тебя подарок.

Юлий прищурился, а вооруженные воины расступились, и вперед размеренной поступью вышел крепкий раб. В вытянутых руках он нес глиняный сосуд. Юлий увидел на сосуде искусно вырезанные фигурки редкостной красоты.

Положив сосуд к ногам Цезаря, раб отступил и опустился на колени. Консул смотрел царскому посланцу в глаза и не двигался. Ему не ответили, и он рассердился. Чего они добиваются?

– Где Помпей? – нетерпеливо спросил Юлий.

– Прошу тебя, открой, – сказал Порфирис.

Резким движением Юлий открыл сосуд. Вскрикнул от ужаса, и крышка, выскользнув из его руки, упала на камни и разбилась вдребезги.

Из сосуда, полного благовонных масел, на него смотрело бледное лицо Помпея. На щеке лежало, блестя, кольцо с печатью. Юлий медленно протянул руку и вынул кольцо, прикоснувшись к холодной коже.

Впервые они с Помпеем встретились в старом здании сената, когда Юлий был почти мальчишкой. Он припомнил свой благоговейный трепет перед такими прославленными людьми, как Марий, Цицерон, Сулла и молодой полководец по имени Гней Помпей. Всего за сорок дней Помпей очистил внутренние воды от пиратов. Он подавил восстание Спартака. Юлий связал свою карьеру и свою семью с Помпеем и вступил в триумвират, чтобы править Римом. А потом они стали врагами.

Теперь имя диктатора в списке мертвых. А список и так слишком длинный. Гней Помпей был гордым человеком. Он заслужил участь более достойную, чем смерть от руки чужаков, вдали от родины.

И Юлий плакал перед стоящими на пристани людьми.

Часть вторая

Глава 24

Двери зала бесшумно открылись, и от того, что увидел Юлий, у него перехватило дыхание. Он ожидал небольшого приема, но в огромном зале теснились сотни человек; только в середине оставался проход к трону. Собравшиеся обернулись к дверям, и консула поразило зрелище пестрого людского водоворота. Настоящий царский двор – все и вся раскрашено и усыпано драгоценностями.

Сверху свисали лампы на толстых цепях; от легкого сквозняка огни колебались. Юлий перешагнул порог, стараясь не выказывать волнения. Это давалось с трудом. Везде, куда падал взгляд, над головами придворных возвышались черные базальтовые статуи египетских богов. Были тут и греческие божества, и, узнав у одной из статуй черты Александра Великого, Юлий изумленно покачал головой.

Во всем сказывалось греческое влияние – в зодчестве, украшениях, одежде смешались обычаи Греции и Египта, создавая неповторимый александрийский стиль.

Густой запах ладана одурманивал, и Юлию пришлось сделать усилие, чтобы собраться с мыслями. Римлянин надел свои лучшие доспехи и плащ, однако среди пышно разряженных придворных казался себе неряшливым простолюдином.

Сотни устремленных на Юлия взоров действовали на нервы. Консул сердито вздернул подбородок. Он побывал на самом краю света, и его не смутить обилием золота и гранита.

Трон фараона находился у противоположной стены – туда и направился Юлий. Подкованные сандалии гремели на весь зал; замирающие при его приближении придворные напоминали каких-то разноцветных насекомых. Он скосил глаза на Порфириса – тот совершенно бесшумно шагал рядом. Юлию приходилось слышать, что царям Востока прислуживают евнухи, – быть может, Порфирис из них?

Долгий путь, казалось, никогда не кончится. Трон стоял на каменном возвышении. Досадно, но придется смотреть на царя снизу вверх, словно Юлий явился к нему просителем. Двое стражников скрестили перед консулом золотые, богато изукрашенные жезлы, и он остановился, недовольный. Наверное, сейчас Птолемей разглядывает гостя с любопытством – на фараоне был золотой убор и маска, позволяющая видеть одни глаза. Сверкали затканные золотом одежды. Трудно даже представить, подумал Юлий, каково сидеть в подобном одеянии в душном зале.

Порфирис шагнул вперед.

– Здесь Гай Юлий Цезарь, – произнес он, и его голос подхватило эхо, – консул Рима, Италии, Греции, Кипра и Крита, Сардинии и Сицилии, Галлии, Испании и африканских провинций.

– Приветствую тебя, – ответствовал Птолемей, и Юлий изумился.

Так странно сочетался высокий мальчишеский голос с богатым нарядом могущественного властелина и с тем, что рассказывали о красоте и разуме царицы. Юлий растерялся.