Читать «Ронни Джеймс Дио. Автобиография. Rainbow in the dark» онлайн
Ронни Джеймс Дио
Страница 26 из 70
После тура с Purple мы отыграли несколько шоу на разогреве у группы Элиса Купера, которая также наслаждалась лучшими годами своей карьеры, выпустив альбом School’s Out (и хит-сингл) проданный тиражом несколько миллионов экземпляров. Затем откатали небольшой тур по Штатам, выступая на разогреве у Uriah Heep, еще одной британской хеви-рок-группы наподобие Purple, чей первый альбом попал в хит-парад Америки.
Шоу с Элисом Купером были особенно поразительными. Группа называлась Alice Cooper, но Элис, фронтмен, уже был звездой шоу. Также мы впервые познакомились с глэм-роком и гораздо более театрализованным представлением на рок-шоу. На одном нашем с ним шоу Элиса повесили, а на другом группа пошла еще дальше, устроив казнь на электрическом стуле. Может быть, сегодня это звучит банально, но в 1972 году никто ничего подобного не видел. Именно эти незабываемые воспоминания и станут в 80-х катализатором сценических декораций группы Dio.
В результате всех этих выдающихся шоу и выхода альбома, которым мы теперь могли козырять, в некоторых городах США Elf обзавелись внушительной армией поклонников. Каждый раз, когда мы где-то играли, там продавались копии нашего альбома. Мы ощущали, как группа становится все лучше и медленно набирает ход.
Следующее большое событие и шоу состоялось в Лос-Анджелесе в известном клубе Whisky a Go Go на бульваре Сансет. Пять концертов в последнюю неделю декабря, включая выступление в канун Нового года на разогреве у женской группы Fanny. Мы и этому были рады: отчасти потому, что женские группы в принципе были чем-то неслыханным, а по большей части потому, что девочки были хороши, и вокруг них существовал ажиотаж, поэтому мы надеялись извлечь для себя выгоду.
Мы не могли позволить себе прилететь в Лос-Анджелес группой, да еще и с оборудованием, поэтому, как обычно, проехали почти 5000 км из Кортленда. Потребовалось три дня и ночи. Когда же мы наконец добрались до Лос-Анджелеса, сразу же отправились в отель «Хаятт Хаус». Это была большая высотка на бульваре Сансет с бассейном на крыше. Мы узнали, что здесь останавливались все легендарные группы. Место прозвали «Домом бунтарей» после похождений барабанщика Led Zeppelin Джона Бонэма, любившего выкидывать телевизор в окно, когда он не катался на своем мотоцикле по коридору, а Кит Мун из The Who любил наполнять ванну пираньями, когда не пытался заехать на «Роллс-Ройсе» в бассейн (это не так просто, когда бассейн на крыше, но Муни смог бы).
Whisky находился в конце бульвара, прямо рядом с отелем, и мы, как положено, притащили свое оборудование в клуб, чтобы подготовиться к концерту. Принесли все свои усилители и немного напряглись, когда увидели крошечную угловую сцену, но умудрились впихнуть туда все свои кабинеты и быстренько прогнали несколько песен. Владелец клуба, вскоре ставший легендарным Марио Мальери, вышел из своего офиса и сказал, что оборудования чересчур много и несколько стэков Marshall надо убрать. Мы, естественно, отказались, но после небольшой «дискуссии» согласились каждый убрать по одному.
Мы завели шарманку и принялись рубить следующую песню, и в этот момент Марио, держась за уши, потребовал убавить мощность. Все равно громко, сказал он с серьезным выражением лица. Мы же решили, что преодолели огромный путь, чтобы сюда попасть, поэтому не стали спорить. Нехотя убрали еще один кабинет и продолжили выступать.
И снова Марио возразил:
– Уберите еще один усилок!
Это было уже слишком. Мы позиционировали себя как мощную группу, а не какой-то попсовый фолк-рок, поэтому наотрез отказались.
– Иди на хрен, Марио, – сказал я ему. – Мы едем домой…
Марио посмотрел на меня, насупив брови, а затем спросил, не итальянец ли я. Когда я сказал, что итальянец, он засмеялся и сказал, что понимает мою вспыльчивость. Само собой, Марио оказался родом из Олд-Кантри, почти 50 лет назад родился в Сепино, бедной коммуне на юге Италии. Марио был серьезным парнем, но умным и забавным. Разрешил оставить оборудование и продолжать выступать. Так началась наша с Марио дружба, которая продлится всю жизнь.
Когда мы отыграли, Марио предложил выступить в другом его баре, буквально в двух шагах – Rainbow Bar & Grill. Место быстро станет главной сходкой всех рокеров в Лос-Анджелесе. Для любой приезжей группы и многих местных бар Rainbow станет в Лос-Анджелесе вторым домом. Ни у кого не было такого «родного» клуба как Rainbow. Спустя несколько лет Rainbow станет важнейшим местом в моей жизни. Но об этом позже.
В тот первый вечер мы сидели в одной из красных кабинок клуба, развалившись за одним из полукруглых столиков, пили и хвастались всем, кто слушал, о наших предстоящих концертах в клубе Whisky, и приглашали прийти и заценить лучшую новую рок-группу в Америке (говорю же, мы пили). Когда в 2 часа ночи заведение закрылось, мы выперлись на улицу и поехали на такси в гостиницу «Хаятт», где жили через стенку друг от друга.
Около пяти часов утра нас разбудил очень громкий стук в дверь. Мы открыли, с похмелья едва продрав глаза, и увидели несколько копов, наставивших на нас пистолеты. Они орали: «Морды в пол и руки за спину». Слегка нас помяли, но ничего серьезного – просто пугали и угрожали. Сказали, как только найдут, наденут на нас браслеты и отвезут в участок. А чего они искали? Мы не имели ни малейшего понятия. Что бы там ни было, они так и не нашли – потому что, как мы позже узнали, они ошиблись номерами! Добро пожаловать в Лос-Анджелес!
Первое выступление Elf в клубе Whisky прошло ужасно. Марио оказался прав. Слишком громкий звук. Но нашлись и те, кому понравилось. Местные завсегдатаи клуба оказались экспертами и ценителями хорошей музыки. Там выступила каждая великая группа в мире, поэтому мы подобрали крутую программу, и остальные шоу с каждым вечером проходили все лучше и лучше. Как и наши тусовки после концертов, когда мы зависали в Rainbow. Похоже, официантки, очень милые и дружелюбные, были по-своему связаны с рок-бизнесом, и единственным правилом для музыкантов было отсутствие каких-либо правил –