Читать «Седьмое правило дворянина» онлайн

этих слов лежавшее на моей ладони кольцо начало мне нравиться намного сильнее. Если так, то значимость этого артефакта сложно переоценить. Что может быть лучше возможности избежать опасности и остаться в живых? Как сказал Бахрам, главное просто вовремя это сделать.

Я решил не надевать кольцо прямо сейчас — все-таки какие бы слова не говорил султан, не думаю, что ему и его брату будет приятно видеть одно из своих родовых сокровищ на моем пальце. Поэтому я бережно положил кольцо обратно в мешочек и спрятал его в карман.

— Еще раз благодарю, господин султан, — сказал я и он благосклонно кивнул в ответ.

— Ну, что же… Теперь, когда главное дело сделано, могу вам сказать и еще вот что, — Мухаммадкарим внимательно посмотрел на меня и его взгляд сделался острым, как лезвие меча. — Хочу, чтобы вы знали еще кое-что, граф. В жизни бывают всякие ситуации и если вам когда-нибудь понадобится моя помощь… Не будьте глупцом — не постесняйтесь обратиться ко мне. Я не самый богатый и могущественный человек на Земле, но кое-что могу.

— В этом я даже не сомневаюсь, — улыбнулся я.

— В таком случае, пообещайте, что не побрезгуете моей помощью.

— Обещаю.

— Между прочим… — он покрутил головой по сторонам и посмотрел на Бахрама. — Я не вижу ни одного кувшина вина. Распорядись, чтобы нам принесли несколько. Насколько мне известно, по древнему русскому обычаю требуется выпить на дорожку, верно, граф?

— Так и есть, господин султан, — кивнул я.

— Ну, значит Романов меня не обманывает. Так что, не откажете мне в чашке вина, выпьете со стариком?

Вообще-то мне хотелось отдохнуть перед полетом — за день я порядком устал от бесконечных путешествий по Бухаре и прилегающим территориям. Но отказывать Мухаммадкариму после всего, что произошло — это было бы, как минимум, некрасиво.

— С удовольствием, господин султан. Кому хоть раз вредила чаша вина в хорошей компании?

Глава 8

Испанское королевство.

Где-то недалеко от Валенсии.

Бывшая резиденция рода де Линьола.

Барон Леонор де Линьола сидел в тени старого дерева напротив фамильного склепа своей семьи, размышлял и отдыхал.

Давным-давно, в те далекие времена, когда его род крепко стоял на ногах и бесчисленные родовые войны еще не подкосили его, здесь бурлила жизнь.

Резиденция напоминала пчелиный улей, в котором все время что-то происходило. Ежедневно кипели страсти, бросались угрозы и давались клятвы, столовая никогда не пустовала, так как всегда находился гость, которого следовало накормить по правилам этикета.

Теперь же все было иначе. Великолепное в прошлом здание, на строительство которого ушел не один килограмм золота, выглядело несколько заброшенным. Хотя впечатления полного запустения не возникало.

Собственно, так оно и было. С тех пор, как его род был вынужден перебраться в Российскую империю, резиденция оказалась заброшенной. Формально земля осталась во владении их рода, но средств на поддержание всего этого хозяйства все время не хватало.

Да и особого смысла в этом не было. Какой прок ежемесячно тратить огромное количество денег, если по сути это никому не нужно? Барон никогда не был жадным, но разбрасывать деньги просто так тоже не входило в его правила. Родовые склепы в норме, остальное тоже более-менее, а что еще нужно, чтобы ему было не стыдно?

Именно поэтому де Линьола держал здесь всего несколько человек прислуги, которые старались поддерживать в этом месте хоть какую-то видимость порядка. Иначе все давно развалилось бы окончательно.

Слуги жили в небольшом домике, который когда-то был выстроен специально для этих целей и, по крайней мере в этом, с тех пор ничего не изменилось.

Сам барон редко бывал здесь, даже с учетом того, что неподалеку от Валенсии у него имелась собственная вилла. Лишь только в те моменты, когда ему нужно было о чем-то основательно подумать и принять непростое решение, которое могло изменить его жизнь. Это было своего рода местом силы, помогавшем ему набраться энергии и выбрать правильный путь.

Сейчас как раз был один из таких моментов, когда в его жизни возникли обстоятельства, требующие от него принять очень важное решение. Возможно даже самое важное за всю его жизнь, а значит здесь нужно подумать очень основательно. Взвесить все за и против, тщательно проанализировать и главное — не ошибиться.

Он оказался в ситуации, когда с него, по сути, вымогают деньги, которые он не должен отдавать. Его вины не было в том, что орден «Люди Браво» потерял своих людей и все, что говорил ему магистр — это полнейшая ерунда.

Де Линьола не знал, почему это произошло. Разные могут быть варианты. Возможно, Хавьер Рабадан и в самом деле считал, что барон обманул его и не стал говорить всего, что ему следовало знать перед этой операцией.

Может быть Кардинал просто пытался свалить на него вину за произошедшее и выйти из игры достойно. Не исключен и тот вариант, что с него просто решили взять как можно больше денег, поступив как разбойники с большой дороги.

Ничего из перечисленного нельзя исключать, а как было на самом деле он все равно никогда не узнает. Да и на самом деле ему было на это плевать. Какая разница, если лично для него это абсолютно ничего не могло изменить?

Магистр требует от него деньги, граф Соколов по-прежнему жив и это все, что ему нужно знать. Собственно, на эти два вопроса он искал ответ, глядя на холодные камни надгробий, возвышавшихся над останками его предков.

Несколько дней назад, в тот момент, когда он выходил от магистра, ситуация казалась ему более очевидной, и он хотел лишь одного — сделать все возможное, чтобы Кардинал как можно скорее скончался в ужасных корчах. Как и все его приспешники.

Он уже даже начал размышлять как поскорее ему достать денег, чтобы нанять побольше наемников. Если нужно, он был готов отправить к магистру всех своих людей, лишь бы стереть гаденькую улыбку с лица Кардинала.

Но нахлынувшее на него чувство бешенства и ярости довольно быстро прошло. С одной стороны, горячая испанская кровь призывала его к немедленным решительным действиям, но вот с другой — был некоторый плюс от того, что он так долго прожил в России.

За долгие годы он научился не горячиться, а действовать более осмотрительно и расчетливо. Как правило, это приносило ему большую пользу. Именно поэтому он заставил себя не совершать звонков в порыве гнева, о которых в