Читать «Время вестников: Законы заблуждений. Большая охота. Время вестников» онлайн

Шотландец говорил истинную правду, но отравленный поцелуй девицы, которая никогда не была Изабель Уэстмор, сладким ядом горчил на губах – отныне и навсегда.

Глава одиннадцатая

Паруса на горизонте

20 октября.

Марсель, побережье Средиземного моря.

По приблизительным подсчетам отца Томмазо, приходского священника в небольшой церкви Святого Духа, что стоит в Римском квартале шумного приморского города Марселя, за минувший год он освятил больше браков, чем за десять лет своего предыдущего служения. Оно и неудивительно – с января месяца Марсель стал местом сбора крестоносного воинства. Паладины воинства Христова здраво полагали: отправляясь в долгий и опасный путь через Средиземное море, будет нелишним озаботиться заключением брачного союза. Ежели по воле Господней паломник не вернется обратно в Европу, его подруга по крайней мере будет обеспечена доходом, полагающимся вдове крестоносца. Марсельские дамы и девицы всех сословий тоже не теряли времени, стремясь заполучить в семейство рыцаря познатнее и побогаче. На худой конец, сойдет и оруженосец или даже просто воитель из хорошей семьи.

Поскольку церковь Святого Духа стояла ближе всех к Старому Порту, где шла погрузка воинства на корабли, то в ее двери то и дело стучались воины Господни со своими избранницами, повторяя на разные голоса и наречия одну и ту же просьбу: «Святой отец, обвенчайте нас!»

Будь на то его воля, благодушный отец Томмазо охотно повенчал бы всех мужчин и женщин мира и окрестил их отпрысков.

Очередная компания, топтавшаяся на крыльце церкви Святого Духа, вызвала у отца Томмазо легкое удивление. Смазливый парень-итальянец, высокий тип варварско-воинственного обличья, широкоплечий блондин с лошадиной физиономией уроженца Британских островов и, само собой, девица. Невеста, сказать по правде, была какая-то… диковатая. Темные волосы обрезаны слишком коротко для женщины, нарядное платье наверняка прикуплено в лавке на соседней улице, агатовые глазищи блестят из-под дешевой красной вуали нехорошим огнем. Не простолюдинка, хоть и старается прикинуться скромницей. Мавританка из-за Пиренеев, недавно принявшая истинную веру? Крещеная еврейка? Или, не приведи Господь, беглая монашка, не устоявшая перед соблазнами мирской жизни? И кто из троих намерен взять эдакое сомнительное сокровище в спутницы жизни?

Отец Томмазо поначалу решил, что избранник девицы – лохматый верзила, но ошибся. Женихом оказался мальчишка-итальянец. Странно, что он не повел свою ненаглядную в итальянский квартал, где тоже есть приходская церковь.

Однако деньги у диковинной пары водились, за проведение обряда они заплатили без малейшего возражения да еще добавили щедрое пожертвование в пользу храма. Посему старый священник не стал проявлять излишнего любопытства, ограничившись обычными вопросами, предварявшими таинство. Парочка охотно подтвердила, что верует в Господа нашего и святую Троицу, что ранее ни в каких в браках не состояла, вручила святому отцу пару тонких золотых колечек (тоже наверняка приобретенных считанные часы назад) и представилась. Англичанин, заменявший на церемонии отца невесты, назвался шевалье Гаем Гисборном. Лохматый головорез, представлявший родителя жениха, на вопрос о своем имени проворчал нечто невразумительное. Молодого человека звали Франческо Джованни Бернардоне, родом из Ассизи, что в Умбрийской провинции Италии, девица коротко бросила сквозь зубы: «Я Бланка».

– Бланка, а дальше? – терпеливо уточнил отец Томмазо.

– Просто Бланка, – взгляд черных глаз стал угрюмым, не вязавшимся с обликом цветущей молодой девушки. – Я бастардка, незаконнорожденная. У меня нет фамилии.

Что ж, это кое-что проясняло. Вряд ли соотечественникам мессира Франческо пришлось бы по душе намерение сего молодого человека связать свою жизнь с безродной девчонкой. Весьма симпатичной девчонкой, надо признать. Отец Томмазо поразмыслил, жуя высохшими губами и вспоминая подходящие места из Библии. Итальянец, девица и их спутники выжидающе глядели на старого священника, и тот принял решение. Пусть лучше эти двое станут в глазах Всевышнего законными супругами, чем будут и далее грешить да прятаться от посторонних глаз.

– Голубочки, – с отвращением процедил Дугал по завершении церемонии венчания, когда новобрачные и свидетели вновь оказались на улице. – Молитесь теперь, чтобы семейство Транкавель не прознало о вашей выходке. Имейте в виду, это последняя авантюра, в которую я позволил вам себя втянуть. Довольна?

– Конечно! – Бланка Бернардоне крепко держалась за руку Франческо. После передряг на болотах Камарга она наконец-то впервые улыбнулась. Золотое колечко ярко блестело на пальце, снедающий ее внутренний холод постепенно отступал, и бывшая девица де Транкавель была почти счастлива. Пускай венчание происходило не в Сен-Серпене, главном соборе Тулузы, и на празднество не явилось две сотни гостей со всей округи, зато она вышла замуж за человека, избранного ею самой. И никто не сумеет испортить ей хорошее настроение!

Они шагали по горбатым, извилистым улочкам Марселя вниз, к морю. Несмотря на близящийся сезон штормов марсельская гавань была переполнена – купеческие суда торопились забрать или выгрузить товар, остатки крестоносного воинства и желающие к ним присоединиться спешили отплыть к Мессине. Крестовый поход опять задерживался – ибо Ричард Английский испытывал изрядные денежные затруднения. Такой новости никто не удивился, ибо подобное положение дел давно стало привычным.

Однако недавно вернувшиеся из Сицилии корабельщики доставили весьма прелюбопытные известия. С неделю тому Ричард от большого ума повздорил с союзниками-сицилийцами. Крестоносцы попытались взять Мессину штурмом с моря и суши, но были отброшены.

Что произошло затем – вестники терялись в догадках. Львиное Сердце, подобно вращающемуся флюгеру, внезапно прекратил военные действия, поклялся Танкреду в вернейшей дружбе до конца времен и смертно возненавидел правителя Кипра. То ли подданные Комнина подожгли крестоносный флот в гавани, то ли отказали Ричарду в очередном кредите, то ли распустили о нем какие-то порочащие слухи. Англичанин наспех обвенчался со своей «вечной невестой», наварркой Беренгарией, и ринулся к берегам Кипра. Сейчас, должно быть, он где-то в пути между двумя островами.

Говорили также, якобы в Марсель скоро прибудут вдовствующая королева Иоанна, супруга предыдущего правителя Сицилии, и госпожа Элеонора Пуату – хотя насчет последней слухи разнились. С решительной старой дамы вполне сталось бы повторить подвиги молодости и отправиться вслед за воинством ее сына далее, к Святой земле. «Ведь Ричард без матушкиной помощи собственную голову отыскать не в силах, а то и меч хватает не за тот конец», – изощрялись острословы, будучи недалеки от истины.

Новоиспеченное семейство Бернардоне и его спутники обосновались в одном из многочисленных припортовых кабачков. Свадьбу, какой бы скромной бы она ни была, все же требовалось достойно отметить – а потому приткнувшийся в углу стол быстро заполнился кувшинами и деревянными тарелками с разнообразными дарами моря. Вокруг бурлила жизнь богатого торгового города – заключались и расторгались сделки, кто-то в полный голос спорил, стараясь переорать собеседника, шныряла туда-сюда прислуга