Читать «Сиротский дом» онлайн
Лиззи Пэйдж
Страница 76 из 130
Дети, которых явно недокармливали, ели САХАРНУЮ ВАТУ.
Более пятидесяти лет «Шиллинг Грейндж» считался серьезным детским учреждением, во главе которого стояли монахини-девственницы. Теперь же им руководит этакая гламурная доброжелательная кошечка, которая и сама еще недавно была подростком. Обитатели «Шиллинг Грейндж» всегда раньше жили простой честной жизнью, помня о тех ужасах, которые вынудили их оказаться в приюте – теперь же они проводят полгода в мечтах, планируя свой летний отдых на море.
А кто же за все это платит? Да вы, дамы и господа! Вот на что тратятся налоги с наших доходов, обретенных тяжким трудом.
На наши деньги эти дети отдыхают на морском побережье.
Эта статья уничтожала разом все на свете – и ее, Клару, и Грейндж, и Совет, и лейбористское правительство… А дальше автор слегка пнул даже Майру Кёртис.
У Клары сердце в пятки ушло.
Мисс Бриджес тяжко вздохнула. Настроение у нее было куда хуже, чем в тот день, когда Клара подала заявление об уходе.
– Я не знаю, Клара, как это вы умудрились так подставиться!
– Я тоже не знаю.
– И о чем вы только думали?!
А о чем я тогда думала?
– Они же используют любой повод, чтобы нам навредить.
– Кто?
– Люди. Публика. Закон о детях популярностью в народе никогда не пользовался. Люди же считают, что родители должны хоть из могилы встать, но сами о своих детях позаботиться… Вы ведь, конечно, об этом знаете?
– Да, конечно. Просто я… как-то не поняла, что дополнительная забота о детях может вызвать… некие… некие вопросы. Мне казалось, что это нечто само собой разумеющееся – как можно лучше заботиться о детях.
– Да большинство скорей перешагнет через ребенка, умирающего от голода в канаве, чем пожертвует ради него своим временем и средствами!
– О, Господи!..
– Помните, во время войны всегда находился кто-нибудь, готовый украсть или донести? Вот и теперь примерно так.
– Я поняла. Но ведь кто-нибудь мог бы и раньше все это мне разъяснить.
– А разве это не очевидно? Все на свете пронизано политикой.
– Мне очень жаль… Но я как-то не сознавала, что… забота о сиротах может быть расценена как нечто плохое или неправильное.
– Забота о сиротах – это вовсе не плохо. Плохо, когда кто-то замечает, что ты этим занимаешься. Ведь об этом никто и знать не хочет.
– Отлично, я непременно позабочусь, чтобы впредь дети выглядели на публике жалкими оборванцами. – Клара злилась в основном на себя, но и на «публику» у нее злости тоже хватало.
Мисс Бриджес нахмурилась.
– Я совсем не это имела в виду, и вы, Клара, прекрасно меня поняли. Тем более что для некоторых детей это еще и может создать угрозу их безопасности. И об этом вам тоже известно.
– Известно, – кивнула Клара. А что, если кто-то, прочтя эту статью, решит поохотиться на одного из ее детей? Вряд ли, конечно, – там ведь не указаны ни имена, ни возраст, – но все же внешность ребенка по этой фотографии вполне можно идентифицировать…
– Ну, ладно, с этим вопросом мы пока покончим, – сказала мисс Бриджес. – А что там с вашими золотыми рыбками? Где они? Что с ними случилось?
– С рыбками? С какими рыбками?
Но мисс Бриджес лепет Клары ничуть не смутил. Она решительно постучала ногтем по фотографии в газете, так что даже смяла ее, и теперь этот искореженный снимок полностью соответствовал тому смятению, которое охватило Клару.
– Вот с этими рыбками, Клара. Вот они на фотографии. Разве вы не знаете, каковы правила относительно домашних питомцев? Никаких исключений!
– Так все рыбки умерли, – солгала Клара. – Как дронты.
* * *
История со статьей всю неделю не давала Кларе покоя. Она утратила аппетит. Даже поедая великолепные произведения кулинарного искусства, созданные Анитой, она испытывала не удовольствие, а чувство вины. Она отодвигала тарелку, не доев до конца, и все думала: Проклятый Морис Селби! Нет, ну каков ублюдок! Она без конца прокручивала в памяти события того вечера на ярмарке и понимала, что сама вела себя на редкость глупо. Обычно она была более осторожна. Как же она могла допустить, чтобы с ней случилось нечто подобное?
Как-то раз она проходила мимо мастерской Айвора, и он окликнул ее, но отнюдь не для того, чтобы обсудить ту статью или объявление о ее помолвке с Джулианом. Просто ему показалось, что Алекс снова подцепил вшей. Он давно заметил, что мальчик чешется.
– Ты только это хотел мне сообщить? – Клара нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Она вдруг почувствовала присутствие у себя на пальце бриллиантового кольца, подаренного Джулианом; теперь она носила его постоянно. Интересно, заметил ли это Айвор?
– Ну, да-а…
Клара только плечами пожала. С наслаждением повернулась к Айвору спиной и, нарочито громко топая, двинулась к своему дому.
* * *
Днем в пятницу, во время ланча, Джулиан неожиданно пригласил ее в паб. Оказалось, что кто-то из клиентов отменил назначенную встречу, и у него высвободилось какое-то время. Клара уже поела вместе с детьми, но сказала, что с удовольствием посидит с ним и что-нибудь выпьет, думая, что «выход в свет» пойдет ей на пользу. Однако она никак не могла избавиться от назойливых мыслей о той статье.
– «Доброжелательная кошечка»? – все повторяла она. Эти слова словно обжигали. – Хотя нечто противоположное было бы, наверное, еще хуже. Как это могло бы звучать? Зложелательница? Злодейка?
– Не расстраивайся! Есть клички куда хуже, чем «гламурная киска», – утешил ее Джулиан, строя глазки. – Мяу!
Он явно не желал воспринимать эту историю всерьез – с другой стороны, на кону ведь стояла не его репутация.
– Да не в кличке дело. – Клара с унылым видом болтала вино в бокале.
– А ведь он, пожалуй, прав насчет летнего отдыха у моря для бедных сироток, тебе не кажется?
Клару прямо-таки пронзила яростная вспышка гнева.
– А тебе кажется, что сироты, находящиеся на попечении у государства, никуда на каникулы ездить не должны?
– Я этого не говорил. – Джулиан преспокойно продолжал разделывать лобстера.
И Клара вдруг с ужасом почувствовала, что и у нее, похоже, голова чешется именно так, как это было ей даже слишком хорошо знакомо. Значит, насчет Алекса Айвор был прав! Возможно, и у нее тоже «гости», как выражаются дети. Черт бы все это побрал!
Джулиан, видимо, заметив, как изменилось ее лицо, быстро наклонился к ней и сказал вполголоса:
– Не надо портить нам ланч, Клара.
Его собственное лицо при этом осталось непроницаемым.
* * *
К