Читать «Охота за полярными конвоями. Скандинавский плацдарм Третьего рейха.» онлайн

Границы деятельности Административного совета были точно определены немецким командованием. Совет занимался исключительно вопросами, касающимися внутреннего положения оккупированных областей. Его основная задача — налаживание снабжения населения, организация торговли, организация восстановления разрушенных в результате боевых действий населенных пунктов и промышленных предприятий. Так, например, город Нарвик был почти полностью разрушен, в ряде приморских городов были разрушены портовые сооружения, железнодорожные пути и жилые здания. Немецкое руководство полагало, что Административный совет будет утвержден королем и Стортингом и станет «правительством», с одной стороны защищающим интересы оккупационных войск, а с другой — выступающим против движения Сопротивления.

Со своей стороны, оккупировав Норвегию, немецкое командование начало проводить кампанию по привлечению норвежцев на свою сторону. Были оставлены в силе норвежские законы, конституция, сохранена административная власть на местах. Немецкие власти в Норвегии разрешили всем беженцам и добровольцам, находящимся в Швеции вернуться домой[278]. Легально действовали все политические партии. Поэтому не случайно 14 апреля 1940 г. лидеры буржуазных политических партий, профсоюзов и различных общественных организаций обратились к норвежскому народу с совместным призывом воздержаться от любых актов саботажа и диверсий, которые могут принести лишь несчастья стране и народу[279]. Таким образом, реальное сопротивление оккупационным войскам на этом этапе практически отсутствовало.

Отстранение В. Квислинга от руководства страной не привело к уходу с политической арены его фашистской партии «Нашунал Самлинг», которая целиком поддерживала оккупационный режим. Дальнейшая «фашизация» всей страны привела к резкому недовольству всего населения Норвегии, что вызвало рост сопротивления оккупантам, хотя и пассивного по своему характеру. Выступления учителей, школьников, студентов, священников, спортсменов против такой политики начали принимать массовый характер, тем более что значительно ухудшилось положение с обеспечением продовольствием населения Норвегии. Например, по сообщению британского информационного агентства «Рейтер» из Осло, муниципальные власти объявили, «что молоко будет отпускаться только детям и больным. Потребление сахара и кофе будет нормировано». Было запрещено покупать в крупных количествах мясо и хлеб, ожидалось введение карточной системы по всей стране[280]. В результате этого участились случаи неповиновения властям, нападения на немецких военнослужащих, отказ населения продавать продукты питания и т. п. Появились лозунги с протестами против оккупации[281].

В конце сентября 1940 г. обозначился перелом в движении Сопротивления. Немецкое командование было вынуждено распустить Административный совет и заменить его «уполномоченными» (комиссарами), непосредственно подчиненными Й. Тербовену. Из 13 «уполномоченных» 10 были представителями партии В. Квислинга «Нашунал Самлинг»[282]. В новом Государственном совете не предусматривалось министерство обороны и министерство иностранных дел. Было объявлено, что оба этих министерства будут восстановлены, «когда Норвегия вновь получит полную свободу и самостоятельность», а до тех пор соответствующие функции в целом брала на себя Германия[283].

Норвежский парламент был распущен, отменена конституция, объявлено о реорганизации профсоюзов, школ, университетов, спортивных и общественных организаций по типу нацистской Германии. Все это вызвало значительный рост сил Сопротивления.

Движение Сопротивления постепенно приобрело военный характер. Боевые операции норвежского подполья (получившие название «Милорг» — «Военная организация»), начавшись в 1942 г., сыграли особенно важную роль в последний год войны[284].

Разведывательная деятельность, осуществляемая местными силами или агентами, засылаемыми из-за рубежа, внесла крупный вклад в борьбу с оккупационными войсками. В связи с ростом движения Сопротивления возникла необходимость координации его деятельности. Такое руководство появилось в 1941 г. под названием «Кретсен» («Кружок») в Осло. Затем был создан координационный комитет («КК»), Ими совместно руководили деятели крупных общественных организаций во главе с председателем Верховного суда П. Бергом. В 1943 г. этот орган был признан норвежским правительством в Лондоне и с 1944 г. именовался «Руководством Внутреннего фронта». Одновременно было сформировано руководство военным Сопротивлением, подчинявшееся главнокомандующему (министру обороны) в Лондоне. С конца 1944 до начала 1945 г. в «Руководство Внутреннего фронта» входили как гражданские, так и военные лидеры[285].

С целью отвлечения населения от политики оккупации была широко развернута пропагандистская кампания, направленная против советско-норвежских отношений, тем более что факты взаимного недоверия между Норвегией и Советским Союзом возникали еще в начале января 1940 г. Так, 5 января 1940 г. советский посол в Норвегии В.А. Плотников вручил правительству Норвегии заявление советской стороны по поводу ведения некоторыми влиятельными кругами и прессой кампании против Советского Союза в связи с Советско-финляндской войной. В заявлении указывалось, что в Норвегии открыто организуются вербовочные пункты добровольцев, через территорию Норвегии, в нарушение политики нейтралитета, идет транзит вооружения. Подчеркивалось, что к этому причастны такие высокопоставленные деятели Норвегии, как президент Стортинга К. Хамбро, генерал Офлит и другие[286]. В свою очередь, правительством Норвегии были заявлены ноты протеста против нарушения норвежской границы советскими самолетами 12 и 14 января 1940 г[287]. Тем более что такие нарушения воздушного пространства Норвегии отмечались еще в октябре 1939 г., что подтвердил министр обороны Норвегии на пресс-конференции в декабре 1939 г.[288] В нотах было указано, что, например, 14 января 1940 г. двумя советскими самолетами были сброшены бомбы на норвежскую территорию[289]. Хотя норвежские власти не получили точных сведений, что именно советские самолеты нарушили норвежскую границу, министерству обороны Норвегии было поручено расследовать случай нарушения границы в районе реки Пасвик со стороны Советского Союза[290].

Даже после начала войны Германией против Советского Союза правительство Норвегии, находящееся в эмиграции, сочло ненужным соглашение о взаимной помощи, предложенное советской стороной. Свое нежелание подписать соглашение о взаимной помощи норвежское правительство мотивировало ссылками на внутриполитическую обстановку в своей стране, то есть опасением, что такое соглашение будет использовано нацистской пропагандой для раздувания антисоветских настроений[291]. В дальнейшем сближению Норвегии и Советского Союза способствовало их участие в важных межсоюзнических актах и совещаниях и дальнейшие успехи Красной Армии. Главное заключалось в надежде на освобождение, которое норвежский народ стал связывать с Советским Союзом, когда увидел, что судьбы войны и Норвегии решаются на Восточном фронте.

Отношение Норвегии к Советскому Союзу резко изменилось с началом войны. Король Норвегии Хоокон VII, выступая по радио 10 июля 1941 г., заявил:

«Немцы заявляют, что они ведут борьбу против большевизма. Не поддавайтесь на этот обман. Это для Норвегии означает порабощение. Мы находимся в состоянии войны с Германией. Немцы наши враги»[292].

29 августа 1940 г. газета «Норск Ти-денде», издающаяся в Лондоне, написала: «Советский народ является основным борцом за свободу Европы»[293].

Подготовка к нападению на Советский Союз потребовала для немецких войск более надежной обстановки в Норвегии. 19 сентября 1940 г. указом Й. Тербовена была запрещена коммунистическая партия и конфискованы все типографии коммунистических газет. Запрещен выход социал-демократической газеты «Арбейдер бладет». Запрещено объединение четырех самых крупных парламентских партий: социал-демократической, левой