Читать «Первый паладин» онлайн

Дмитрий Кошкин

Страница 60 из 123

твою душу от скверны, дав тебе возможность на перерождение. Проживи эту жизнь достойно, дабы достойно предстать перед Всевышним.

На лице воина отразилось недоумение, а потом решимость:

– Я не совсем понимаю, что это всё значит, но я постараюсь сделать так, как ты сказал. Спасибо тебе. Не знаю, сможешь ли ты простить меня, но знай, мне очень жаль.

– Иди с миром, Лектасий. – Я разжал ладонь и ярко светящийся огонек устремился ввысь, постепенно растворяясь в ярком пламени.

Подошедшая Алисия также как и я вгляделась в небо:

– Это невероятно. Ты способен исцелять не только тела, но и души.

– К сожалению, не при жизни человека.

– Ты действительно простил его?

– Не знаю. – Пожал плечами я. – Часто люди слабы, а соблазны и пороки проникают внутрь незаметно. Каждый может ошибиться. Главное, оглянувшись назад, осознать свою ошибку и то кем ты стал. Тот же, кто действительно понял весь ужас своего греха и искренне раскаялся, больше никогда не допустит повторения этого падения. Поэтому надо уметь прощать. Жаль только, не все способны на искреннее раскаяние при жизни.

Я осмотрелся по сторонам:

– Думаю, здесь мы закончили. Надо идти дальше.

– Куда ты собрался в таком состоянии? Посмотри на себя, ты ведь еле стоишь на ногах! – Запротестовала Алисия.

Я осмотрел себя и был вынужден с ней согласиться. Если бы не моя недавно приобретенная внутренняя стойкость адепта света, я бы даже не смог стоять на ногах. В принципе, все эти повреждения не составили бы особых проблем, если бы я не истощил все свои силы, оказавшись без возможности применить исцеление.

– Ты права. Отдохнем в моем доме. – Я указал на строение, в котором прожил всю свою сознательную жизнь. Вторую жизнь, конечно же.

Однако, когда мы переступили порог и закрыли за собой двери, мы увидели не ожидаемое мной внутреннее убранство деревенского жилища, а всё те же серые стены лабиринта.

– Твою же… – Выругался я.

– Что?! Опять?! – Была менее сдержанной эльфийка. – Да чтоб он провалился этот ваш лабиринт! – Разгневанная девушка подбежала к стене и ударила её ногой! – Ненавижу!

Я обернулся, дабы попробовать открыть дверь, но к моему изумлению, её уже не было.

– Во, дела. – Я почесал затылок. – Ничего не поделаешь. Придется нам снова здесь бродить.

– Р-р-а-а-а! – Лишь выразила гнев Алисия и сжав кулаки побрела в случайном направлении.

Я пожал плечами и последовал за ней.

Невольно я отметил изменение в поведении девушки. Если в начале знакомства она, в какой-то мере, даже избегала меня, потом стала всё охотнее идти на контакт, однако, сохраняя некоторый пиетет. Сейчас же, она не стеснялась выражать свои эмоции при мне, что даже придавало ей большего очарования в моих глазах.

– Не кипятись. – Попытался я успокоить девушку. – Если тут была эта дверь, уверен, где-то должна быть и другая.

– Ох. Ладно, пошли. – Вздохнула она. – У тебя как раз будет время восстановиться, а еще рассказать мне, что там произошло за дверью. В частности, что это за светлячок, из которого выпрыгнул дух атамана, и что это за Всевышний такой?

Отпираться я не мог, поэтому, взяв с нее обещание, хранить всё в секрете, вкратце рассказал ей основы устройства загробной жизни, которые вообще знал. Хотя, по сути, я и сам-то не особо понимал, что происходит с душой в самом конце, после череды перерождений.

Гневное настроение девушки сменилось задумчивостью:

– Наш народ всегда верил, что после смерти мы возвращаемся к той, кто дала нам жизнь – к Матери Жизни, превращаясь в священные деревья в её роще.

Я пожал плечами:

– Ну, не знаю. В эльфах также ощущается источник света, хоть вы и не так тесно с ним связаны, как с аспектом жизни. Может в конце ваши души и попадают к ней. – Предположил я.

– На самом деле, я всегда скептически смотрела на эти верования. В конце концов, лично я бы не хотела в конечном итоге стать деревом. Это же, наверняка, дико скучно! – Усмехнулась девушка. – Уж лучше прожить несколько жизней в разных телах. А ты знаешь что-нибудь о своих прошлых воплощениях?

Я лишь покачал головой, угрюмо вспоминая череду событий, приведшую меня к появлению в новом мире.

Стоило мне погрузиться в свои мысли, как меня вновь одернула Алисия:

– Смотри! Еще дверь! Интересно, что там? Пойдем?

– Будто у нас есть выбор. – Пожал плечами я.

Девушка вышла вперед и аккуратно отворила дверь. В образовавшейся щели было ничего не разглядеть из-за какого-то марева и мы, переглянувшись, были вынуждены войти.

Каково же было мое удивление, когда дверь вывела нас в один из учебных корпусов моего университета.

Алисия же, вообще стояла с отвисшей челюстью, до того непривычная для нее была обстановка вокруг.

– Вот это да! Мы в каком-то дворце? – Восхищенно спросила она.

– Типа того. – Буркнул я, осторожно двигаясь вперед.

Судя по неяркому небу за окном, время близилось к концу рабочего дня, наверное, поэтому в коридоре не было привычно снующих студентов и преподавателей.

Мы медленно ступали по коридору. Алисия восхищенно любовалась внутренним убранством, а я пытался высмотреть хоть одну живую душу.

И вскоре одна душа мне попалась. Точнее, это была Маша – моя одногрупница.

Она выскочила из внезапно отворившейся слева двери побежала мимо нас.

Я попытался её задержать:

– Маша, стой!

Но она лишь оттолкнула меня, переходя на бег. Рукой она прикрывала лицо, и вытирала уже прорывавшиеся из глаз слезы.

Я застыл, глядя ей в след, пораженный узнаванием ситуации.

– Это ведь тот день. – Прошептал я.

– А? Ты о чем? – Недоуменно спросила Алисия. – И что это за девушка?

Я же уже не слушал, начиная часто дышать, крепко сжимая кулаки.

Не обращая внимания на эльфику, я уверенно открыл дверь аудитории, из которой минуту назад выбежала зареванная Маша.

Там я увидел то, что ожидал. Самодовольный ублюдок, по фамилии Дьянченко, сидел за столом и, ухмыляясь, заполняя какой-то журнал.

– Стучаться не учили?! – Лишь прикрикнул он на меня, подняв глаза, после того как заметил мое присутствие.

Тощий лысеющий тридцатилетний козел в белом медицинском халате являлся нашим преподавателем, которому мы сдавали зачет по одной из дисциплин.

В тот день произошло ровно то же самое, с той лишь разницей, что