Читать «Некромант на страже человечества. Том 1» онлайн

Никита Клеванский

Страница 38 из 72

баронский сын все лучше контролировал разлитую вокруг силу. Становление Освоившим определенно было уже не за горами.

Не желая мешать другу, я разлегся на мягкой перине прибрежного луга, закинул руки за голову и подставил лицо теплым лучам ласкового солнца. Тихо стрекотали сверчки и кузнечики, из соседнего подлеска доносился щебет беззаботных пташек, шелестел травой бродяга-ветер. И даже жужжание наглой мухи, которая никак не могла решить сесть ли на меня или лететь по другим делам, не нарушало идиллию очередного счастливого денька, а лишь дополняло ее.

Я открыл сердце счастью, и теперь оно полноводным, незнающим границ океаном плескалось у меня в груди. После целой жизни страданий, бесконечной борьбы за свое место под солнцем, унижения, стыда, а иногда и колючего тянущего голода я наконец получил детство, которое необходимо иметь каждому ребенку.

Любящие беззаветной и безусловной любовью родители, готовые поддержать в трудные минуты и способные встать на твою сторону, даже если против тебя ополчится весь мир. Верный друг, идущий с тобой бок о бок несмотря на разницу во взглядах, статусе или материальном благополучии. Доброжелательные соседи и сограждане. Справедливый и не оторванный от народа правитель. Четко очерченные перспективы как ближайшего так и дальнего будущего.

Именно в такой среде должны рождаться дети. В такой и только в такой. Вне зависимости от расы, пола, времени или эпохи. Дети ведь не просят, чтобы их принесли в этот мир. Решение принимают взрослые. Ответственные самодостаточные люди. Люди, которые хотят поделиться своей радостью с новой маленькой жизнью.

К сожалению, так происходит далеко не всегда. И я знаю, о чем говорю, так как мне довелось познать это на собственном опыте.

Вспоминая о свей прежней жизни, я невольно нахмурился и попытался отогнать начавшую раздражать муху. Та же наоборот пристала ко мне, как к луже меда. Хотелось бы надеяться, что меда, а не чего-то другого и дурнопахнущего. Настроение стремительно портилось.

В отличие от многих, прежняя семья у меня была полноценной. Двое живущих под одной крышей родителей. Хотя уже тогда у меня с трудом поворачивался язык, чтобы так их называть, а теперь они и вовсе казались мне чужими людьми.

Понятия не имею зачем им пришло в голову завести ребенка, ведь во главе их жизни всегда стояла бутылка самогона. Ну или того, что могло его заменить. Батареи пустой тары громоздились повсюду и лишь изредка сдавались, чтобы на вырученные деньги тут же купить новую порцию спиртного. Из еды же в доме имелись лишь нехитрые закуски, часть которых мне иногда удавалось стянуть.

В лучшие дни на меня просто не обращали внимания, и я был предоставлен самому себе, а в худшие мне принимались читать пьяные нотации, суть которых сводилась к тому, что я самим фактом своего существования обязан им по гроб жизни. А еще что я слишком много жру. Да и вообще раздражаю. Особенно когда смею поднять глаза от пола, за что мне порой прилетало рукой, веником или чем подвернется.

И тем не менее, вот эти вот люди заделали еще одного ребенка.

Мария. Маша. Мари. Крошка Мари…

Стоило мне заглянуть в ее безбрежные голубые глаза, как я понял, что сделаю ради нее все! Прочувствовал до глубины души. До самого дна своего детского разума. И повзрослеть мне пришлось очень и очень быстро, весь вся забота о крохотной жизни легла на мои тощие от недоедания плечи.

И я старался. Собирал бутылки, клянчил еду, даже пытался воровать. Но после первой же неудачной попытки, стоившей мне выбитых зубов и вывернутой руки, я понял, что этот путь не для меня.

С началом учебы в школе стало чуть проще. Всем ученикам полагались бесплатные завтраки и обеды. На которые мои одноклассники смотрели с нескрываемой брезгливостью (как, впрочем, и на меня), так что по будням я наедался от пуза, а кое-что приносил и домой. Где меня ждала лучезарная улыбка Мари — единственное, что не давало мне угаснуть, словно забытой на ветру свечи.

Памятуя о неудачном опыте кривой дорожки, я всеми силами ударился в учебу, надеясь таким способом пробить себе и сестренке путь в светлое будущее. Ну или хотя бы в серое. Но не в то беспросветное настоящее, в котором нам приходилось жить изо дня в день.

Я не поднимал головы от учебников и книг, переходя из класса в класс с опережением программы, и при этом умудрялся выкраивать время на подработки. Мало кто хотел брать к себе ребенка, но по мере взросления таких находилось все больше. Ведь спрашивали с меня, как со всех, а платить можно было постольку-поскольку. Главное не попасться. Но я радовался и этим грошам, и мне даже в голову не приходило кому-либо жаловаться.

И вот я уже готов был закончить экстерном школу и даже присмотрел колледж, способный дать мне не только надежную рабочую профессию, но и комнату в общежитии. Я бы забрал в нее и Мари. Правдами и неправдами. Плевать как. Но забрал бы. Это стало бы началом нашей с ней новой жизни.

Однако, как гром средь ясного неба, — пока меня не было дома, там случился пожар. И люди, считавшиеся моими родителями сгорели в нем в пьяном угаре. Не могу сказать, что я сильно расстроился. Главное, что сестренка в это время гостила у тетки. А из имущества у нас и так почти ничего не имелось, да и к поросшим плесенью стенам душа у меня не лежала.

Я уже было начал изучать правовой вопрос сложившейся ситуации, ведь по-прежнему являлся несовершеннолетним, что не позволяло мне официально оформить опеку над Мари. Но неожиданно мне сообщили, что она тоже трагически погибла. Причем практически в то же самое время. И вот этот удар судьбы полностью выбил почву у меня из-под ног.

Дальнейшие события прошли, как в тумане. Общение с какими-то службами, нежелание родственников брать меня к себе (да и пошли они все!), похороны, чужие руки на моих плечах, горячие слезы, чертящие дорожки по впалым щекам… А затем и смерть. Моя смерть.

В какой-то степени это даже закономерно, что наша ячейка общества прекратила свое существование за столь короткий срок. Ведь именно это нам все и прочили. И в глубине души, я даже подозревал, что непосредственно так все и закончится, хоть и старался гнать от себя дурные мысли.

Сколько веревочке не виться, а конец все равно будет.

От судьбы не уйдешь.

Но! Вопреки всем известным законам, не знаю как и почему, однако, мироздание