Читать «Человек, который разгадал рынок. Как математик Джим Саймонс заработал на фондовом рынке 23 млрд долларов» онлайн

Тот не нашелся что ответить.

«Я просто сидел там как идиот», – говорит он.

Саймонс посвятил больше 10 лет поддержке различных трейдеров и поиску нового подхода к инвестированию, но не добился существенного прогресса. Баум выдохся, Генри Лауфер появлялся редко, и теперь размер его фонда, основанного совместно с Аксом и Штраусом, сократился до 20 миллионов долларов, и убытки продолжали расти. Саймонс проводил больше времени, занимаясь сторонними бизнес-проектами, нежели трейдингом; его душа не лежала к работе с инвестициями. Штраус и его коллеги пришли к выводу, что Саймонс, возможно, закроет фирму.

«Казалось, что Джим потерял всякую надежду, – вспоминает он. – Не было ясно, переживет ли компания этот непростой период или закроется».

Вернувшись домой под вечер, Штраус и его жена часами готовились к худшему сценарию, подсчитывая свои привычные траты и оценивая, насколько хватит их сбережений, пока их маленькие дети резвились в соседней комнате. Они обсуждали, куда смогут переехать, если Саймонс закроет Axcom и прекратит заниматься трейдингом.

В офисе же разногласия между Джеймсом и Аксом по-прежнему не утихали. Штраусу приходилось слушать, как Акс орал по телефону на Саймонса и Силбера. Чаша его терпения была переполнена.

«Я ухожу в отпуск, – наконец сообщил Штраус Аксу, – а вы, парни, пока разберитесь в своих отношениях».

Летом 1989 года Акс почувствовал себя загнанным в угол. Он нанял второсортных юристов, которые работали за условное вознаграждение, в то время, как Саймонс нашел первоклассных адвокатов из Нью-Йорка. Было очевидно, что Саймонс одолеет его в суде.

Как-то раз Берлекэмп подбросил Аксу идею.

«Почему бы мне не выкупить твою долю в фирме?»

В глубине души Берлекэмп верил, что сможет вдохнуть в Axcom новую жизнь. Он проводил в офисе компании всего лишь пару дней в месяц, и ему стало интересно, каких результатов он добьется, если сосредоточит все свое внимание на совершенствовании торговой системы.

Никто так и не придумал, как разработать компьютерную систему, которая принесет большую прибыль; возможно, Берлекэмпу это будет по плечу.

«Я увлекся решением задач, над которыми приходится поломать голову», – говорит Берлекэмп.

Акс решил, что у него нет особого выбора, и согласился продать ему большую часть своей доли в Axcom. После завершения сделки Берлекэмпу стали принадлежать 40 % акций компании, на долю Штрауса и Саймонса осталось по 25 %, а Акс сохранил 10 %.

Несколько месяцев Акс не выходил из дома, общаясь лишь со своей женой и еще парой человек. Это положило начало его медленному и удивительному перевоплощению. Акс с женой переехали в Сан-Диего, где он, наконец, научился немного расслабляться, даже писать стихи и посещать курсы сценарного мастерства. Кроме того, он закончил свой научно-фантастический триллер под названием «Боты».

Акс прочитал в интернете научную статью о квантовой механике, написанную Саймоном Кохеном, и решил возобновить общение со своим бывшим коллегой, который все еще преподавал в Принстоне. Вскоре они начали совместно работать над написанием научно-исследовательских статей, в которых рассматривали математические аспекты квантовой механики. (2)

В жизни Акса образовалась брешь. Он стал разыскивать своего младшего сына Брайана. Как-то раз он взял телефонную трубку, чтобы позвонить ему в общежитие Брауновского университета в Провиденсе, штат Род-Айленд. Они не общались больше 15 лет.

«Привет, – неуверенно начал он. – Это Джеймс Акс».

В тот вечер отец с сыном проговорили несколько часов, в дальнейшем у Акса было еще много долгих и оживленных разговоров с его двумя сыновьями. Акс раскаялся в том, что бросил своих мальчиков, и признал тот вред, который причинило его неумение контролировать свой гнев. Парни простили своего отца и с радостью приняли его в свою жизнь. Со временем они стали неразлейвода. В 2003 году, став дедушкой и бабушкой, Акс и Барбара, его бывшая жена, возобновили общение и восстановили, казалось бы, столь маловероятные, дружеские отношения.

Спустя три года, в возрасте 69 лет Акс умер от рака толстой кишки. Сыновья выгравировали на его надгробии формулу, взятую из теоремы Акса-Кохена.

Глава шестая

Ученые тоже люди, и ничто человеческое им не чуждо. Когда сталкиваются желания и данные, эмоции порой берут верх над очевидностью.

Брайан Китинг, астрофизик, «Гонка за Нобелем»[62]

Летом 1989 года Элвин Берлекэмп взял бразды правления фондом Medallion в свои руки, как раз в то время, когда инвестиционный бизнес начал набирать обороты. 10 лет назад на финансовые компании приходилось примерно 10 % от совокупной прибыли корпораций в США. Теперь они стремительно приближались к удвоению этого показателя – наступила эпоха, которая запомнилась как время алчности и потворства своим желаниям. Она ярко была описана в романах, например, «Яркие огни, большой город»[63], и таких песнях, как Material Girl Мадонны[64].

Неутолимая жажда трейдеров, банкиров и инвесторов заполучить последние новости о движении финансовых рынков, недоступных широкой аудитории, что стало называться информационным преимуществом, способствовало процветанию Уолл-стрит. Наводки о предстоящих корпоративных поглощениях, доходах и новых продуктах стали полновесной монетой на закате эпохи правления Рейгана. В период с 1983 по 1987 год король «мусорных облигаций»[65] Майкл Милкен прикарманил свыше одного миллиарда долларов, прежде чем в результате расследования его посадили в тюрьму за инсайдерскую торговлю[66]. Вслед за ним за решетку отправились и другие, в том числе инвестиционный банкир Мартин Сигел и трейдер Иван Боэски, которые обменивали данные о поглощениях на портфели, набитые сотнями тысяч долларов в виде аккуратных стопок по 100 каждая. (1) К 1989 году Гордон Гекко, один из главных персонажей фильма «Уолл-стрит»[67], стал олицетворять собой напористого и самоуверенного бизнесмена, среди тех, которые постоянно прибегали к нечестной игре.

Берлекэмп, ученый, которого не интересовали пикантные слухи или полезные наводки, не вписывался в это бурлящее тестостероном время.

Он очень поверхностно представлял себе, как другие компании зарабатывают свой капитал, и не хотел углубляться в этот вопрос.

Берлекэмп, которому вскоре должно было исполниться 49 лет, едва ли имел какое-то внешнее сходство с королями вселенной, зарабатывающими ныне целые состояния на Уолл-стрит. Берлекэмп озаботился своей физической формой и испытал на себе, наряду с изнурительными поездками на велосипеде, несколько экстремальных и опасных для здоровья диет. В какой-то момент он потерял столько веса, что его изможденный вид начал беспокоить коллег. Берлекэмп постепенно лысел, носил очки и аккуратно уложенную бородку с проседью. Он редко надевал галстуки и хранил в своем переднем кармане целых пять разноцветных ручек BIC.

Он выделялся даже на фоне компьютерных ботаников, которые приобрели определенную известность в