Читать «Звонок для родителя. Как дать ребенку качественное образование вне школьных стен» онлайн

страдать от миопии[104]. Как человеку с очень плохим зрением, мне было важно снизить риск развития близорукости у своих детей, тем более наследственность здесь играет немалую роль.

Так вот, последние исследования показывают, что ключевой фактор, который влияет на зрение, – нехватка дневного света. Ни гаджеты, ни наследственность не так опасны, как отсутствие солнца. Под воздействием яркого дневного света сетчатка глаза вырабатывает дофамин, а его нехватка вызывает удлинение глазного яблока, что приводит к снижению зрения[105].

В помещении яркость солнечного света составляет около 5 тысяч люксов, а для выработки дофамина нужно три часа в день проводить при освещении 10 тысяч люксов (такое освещение на улице в ясный день). То есть для профилактики близорукости нужно гулять по два-три часа в день!

К сожалению, при возрастающих нагрузках в школе (добавим сюда еще курсы английского, спорт, кружки) это почти нереально. Здорово, если школа организует продленку с обязательной длительной прогулкой, если до школы и обратно ребенок добирается пешком. Но в средней и старшей школе на прогулки обычно уже не хватает времени. Тем более что в зимнее время темнеет рано, а учебные часы обычно приходятся именно на светлое время суток. А для выработки дофамина нужен дневной свет.

На семейном обучении организовать прогулки гораздо проще, поскольку вы сами регулируете нагрузки и составляете расписание. Другой вопрос – что подростков часто сложно заманить на улицу. И все же, думая об образовании, старайтесь не забывать и о здоровье. Тем более что это взаимосвязанные вещи. Так, при дефиците витамина D[106] (в России дефицит и недостаточность витамина D наблюдаются, в зависимости от возрастной группы, у 77–89 % людей, причем самый высокий показатель, 89 %, у молодых людей от 18 до 25 лет)[107] появляется хроническая усталость, становится сложно долго учиться или работать. У 30 % детей в РФ хронический дефицит витаминов группы В[108], что также чревато слабостью, нарушениями сна, повышенной утомляемостью. Такие дети хуже учатся, хуже запоминают, плохо учат стихи и даты. У огромного количества детей анемия, из-за чего снижаются работоспособность, качество жизни и способность к обучению.

Еще одна распространенная проблема – дефицит омеги-3: в России, по статистике, дефицит омеги-3, или полиненасыщенных жирных кислот, наблюдается у 75,4 % населения, при этом наиболее тяжелый дефицит – у детей до 18 лет, из-за чего около 70 % подростков страдают от метаболических и гипоксических нарушений[109]. Поэтому важно следить, чтобы дети ежегодно сдавали анализы на омегу-3, витамины D и группу B, железо, ферритин. При этом обязательно консультироваться с врачом и не заниматься самолечением. Без здоровья не может быть ни качественного образования, ни хорошей жизни – и об этом стоит помнить.

Глава 10. Помогаем психологически

На этом разделе я хочу остановиться подробнее, поскольку именно в психологии кроется ключ к успешному семейному обучению. «Традиционные» школы редко уделяют большое внимание настроению детей, их мотивации и внутреннему состоянию: как правило, у учителей, замученных бумажной работой и озабоченных объемами знаний, которые необходимо впихнуть в головы 30 учеников, на это просто нет времени. Несомненный плюс семейного обучения – у нас, родителей, есть и время, и возможности, чтобы позаботиться не только о качестве образования своих детей, но и об их внутреннем мире. Давайте попробуем рассмотреть важные вопросы, от ответов на которые, возможно, будут зависеть не только успехи детей в учебе, но и вся их жизнь.

«Ставлю тебе двойку пока карандашом»

Должны ли родители ставить ребенку оценки?

Когда родители выбирают семейное обучение, неизбежно возникает тема оценок: как ставить ребенку отметки? Стоит ли вообще это делать? Если нет, как стимулировать ребенка? А что делать с ошибками?

Это целый блок важнейших вопросов, которые вызывают тревогу и растерянность. Ведь все мы учились в школе и существовали в мире строгой пятибалльной шкалы, которая и становилась мерилом нашего успеха.

«Этот вопрос обсуждается много лет, а отметки даже в первом классе все равно ставятся, пусть и в форме символов. К сожалению, наша школа – карательный институт, и отметки чаще всего призваны наказывать. Во-первых, мы боимся ребенка избаловать, во-вторых, не даем ему права ошибиться: снижаем оценку, даже если ребенок исправился. А учиться без ошибок нельзя. И нельзя ругать за ошибку, особенно исправленную. Наш мозг устроен таким образом, что в ответ на наказание он формирует негативную реакцию. Потом мы упрекаем ребенка, что он ничем не интересуется, ему ничего не нравится, а на самом деле он просто боится сделать ошибку, за которую его осудят и унизят его достоинство. Я не говорю о более жестких мерах воздействия, которые у нас используют и школа, и родители», – говорит профессор Марьяна Безруких, главный научный сотрудник Института возрастной физиологии Российской академии образования.

Мне очень близка эта позиция. В своих выступлениях я часто привожу в пример ребенка, который учится ходить: малыш падает десятки раз, но все равно всегда встречает одобрение и поддержку, и это вдохновляет его пробовать снова и снова. Почему же, когда наши дети учатся писать или считать, родители и педагоги чаще используют критику, чем одобрение, и скорее прибегают к отрицательной мотивации в виде плохих отметок?

Как говорил русский писатель Алексей Николаевич Толстой, «не ошибается тот, кто ничего не делает, хотя это и есть его основная ошибка». В этом выражении кроется суть проблемы: человек боится ошибиться и, чтобы избежать ошибки (и наказания), предпочитает застыть и выжидать – но из-за этого оказывается в тупике. Зацикленность на отличных отметках неизбежно порождает страх неправильного ответа и болезненный перфекционизм. Для перфекциониста нет ничего страшнее, чем совершить ошибку. Даже банальная помарка может вызывать стресс, если родители или учитель придавали этому значение, корили и снижали оценки. К чему это приводит? Человек, даже имея отличный потенциал, опыт и знания, будет бояться новых вызовов и задач, будет довольствоваться работой исполнителя, но не руководителя. Потому что руководство – это работа с рисками, она подразумевает ответственность и… ошибки.

«Человек, который не делает ошибок, получает приказы от тех, кто их делает», – говорил Герберт Прокноу, американский финансист и писатель, вице-президент Первого национального банка в Чикаго.

Предлагаю взглянуть на интересное исследование, которое провела компания Romir Monitoring по просьбе «Ведомостей», чтобы сопоставить школьную успеваемость и карьерные достижения россиян. Опрос проходил в семи федеральных округах, 45 субъектах Российской Федерации, опрошено было около 1500 человек старше 18 лет. Согласно результатам исследования, среди топ-менеджеров большинство составляют хорошисты (56 %), бывших отличников и троечников одинаковое количество (22 %), а двоечников нет вовсе. 51,8 % предпринимателей или владельцев бизнеса учились на «хорошо». 30 % были в школе троечниками, отличниками – всего 14 %, а 4,2 % – двоечниками. Как ни странно, среди неработающих граждан заметно больше отличников