Читать «Всадник Апокалипсиса: Прелюдия для смертных» онлайн

откинувшись на спинку стула, восседал Война. Мужчина с волосами тёмного шоколада, ниспадавшими тяжёлыми прядями на плечи. Его лицо с резкими, высеченными скулами и квадратной челюстью дышало спокойной, хищной силой. На нём был идеально сидящий чёрный костюм, сшитый, казалось, не портным, а оружейником. Запонки из обсидиана, часы Patek Philippe на запястье – не как украшение, а как трофей. Его взгляд, тёмный и пустой, скользил по комнате с видом полнейшего безразличия ко всему, что не являлось полем боя. От него исходил запах озона, дыма и железа, слышался далёкий, приглушённый звон клинков.

И, в самом тёмном углу, притаился Голод. Высокий, до болезненности худощавый молодой человек. Его чёрные волосы были коротко и неровно острижены, а впалые щеки и острые скулы делали его лицо похожим на череп, обтянутый бледной кожей. Он был одет в простые чёрные одежды, но сидел он с такой неестественной, голодной напряжённостью, что взгляд невольно цеплялся за него. Казалось, он не просто сидит, а впитывает в себя свет, звук и саму жизнь из комнаты. От него пахло пылью пустых амбаров и сладковатым дыханием истощения.

Их силы были приглушены, скованы вежливым соглашением. Но энергия, исходящая от них, искривила пространство в зале. Воздух дрожал. Тень от Чумы казалась чуть бледнее, чем должна была быть. Бокал рядом с Войной чуть звякал от неощутимой вибрации. А цветок в вазе рядом с Голодом поникал, будто его жизненные соки высасывали невидимо.

В дальнем углу, в тени тяжёлого гардины, стоял Бальтазар. Он был бледен, его пальцы сжимали край занавески. Он смотрел на троих Всадников, и в его глазах читался животный ужас перед этой сконцентрированной мощью.

И в этот момент появилась Мавт.

Она не издала ни звука. Но все трое почувствовали её одновременно.

Чума медленно подняла свой сиреневый взгляд. Война перевёл на дверь свой пустой, оценивающий взор. Голод замер, его голодная аура на мгновение отступила, сменившись настороженностью.

И затем произошло нечто, от чего у Бальтазара перехватило дыхание.

Сначала Война. Медленно, с холодным достоинством, он поднялся и, не сводя с неё тёмных глаз, опустился на одно колено, склонив голову.

За ним, плавно, как поднимающийся туман, поднялась Чума. Её белое платье не шелохнулось. Она опустилась в изящном реверансе, её белые волосы коснулись пола.

Голод был последним. Он встал, и его высокая, худая фигура на мгновение заслонила свет. Его колено коснулось паркета с тихим стуком. Он не склонил головы, а уставился на неё своим пронзительным, ненасытным взглядом, но в этом взгляде было признание. Признание её верховенства.

Три Всадника Апокалипсиса склонились перед четвёртым. Перед Концом.

Мавт прошла к столу, её стальное платье не шелестело. Её взгляд скользнул по коленопреклонённым фигурам без тени торжества. Для неё это была не дань уважения. Это был естественный порядок вещей.

– Встаньте, – произнесла она своим безжизненным, металлическим голосом. – У нас есть дела.Она остановилась у своего стула во главе стола.

Они поднялись и подошли к столу с неестественной, зеркальной синхронностью, словно получили незримый приказ. Их движения были лишены суеты – лишь холодная точность. Мавт не сводила с них бездонного взгляда, ощущая, как их подавленные силы бьются друг о друга в тесном пространстве зала, словно тигры в смежных клетках.

– Исчезни, – произнесла она в сторону угла, где стоял Бальтазар.Она слегка повернула голову, не отрывая взгляда от троицы.

Её голос не повысился, но в нём прозвучала сталь, не терпящая возражений. Полудемон, всё ещё бледный, судорожно сглотнул, низко поклонился и, не говоря ни слова, шагнул в самую густую тень. Тень сомкнулась над ним, поглотив его без остатка.

Только тогда Мавт плавно опустилась в кресло во главе стола. Её стальное платье бесшумно легло по складкам. Она сделала легкий жест рукой в сторону идеально расставленных блюд – устриц, икры, закусок, чьи ароматы казались грубой пародией рядом с их истинной сущностью.

– Угощайтесь, – сказала она, и это прозвучало не как приглашение, а как констатация факта. – А теперь предлагаю прекратить этот маленький спектакль для слуг. Мы все понимаем: никто из нас не знает, кто объявил охоту. И кому здесь можно доверять.

Её слова повисли в воздухе, острые, как осколки стекла. Маска почтительного трепета мгновенно спала с лиц троицы. Теперь они смотрели на неё и друг на друга с холодной настороженностью равных.

– Мнение? – его голос был низким и глухим, как отдалённый гром. – Очевидно. Кто-то, кто считает, что может изменить правила. Возможно, старые враги. Возможно, новые. Неважно. Любую угрозу следует встретить стальным клинком и огнём. Развязать конфликт такого масштаба, что охотник утонет в нём сам.Первым нарушил молчание Война. Он откинулся на спинку стула, его мощная фигура казалась ещё больше в расслабленной позе.

– Прекрасный план, – парировала Чума, её сиреневые глаза холодно сверкнули. – Как всегда, грубый и беспощадный. А если этот «кто-то» не из тех, кого можно заколоть или взорвать? Если это… идея? Вирус сомнения? Эпидемия страха, которая разъедает саму основу нашего бытия? Твой клинок здесь бессилен. Нужен точечный, изящный удар. Заразить саму идею охоты. Чтобы она сгнила изнутри, прежде чем созреет.

– Голод не имеет мнения, – ледяным тоном прокомментировала Чума, бросая на него взгляд. – Он лишь хочет. Он жаждет потреблять. Возможно, он и есть причина нашего собрания. Его ненасытность привлекла чьё-то внимание.Голод не произнёс ни слова. Он лишь уставился на Мавт своим ненасытным взглядом, и все почувствовали, как в зале становится чуть холоднее, словно энергия высасывается из самого пространства.

Голод медленно перевёл свой взгляд на неё, и в его глазах на мгновение вспыхнула такая первобытная ярость, что даже Война невольно насторожился.

– Интересные теории, – произнесла она, заставляя их взгляды снова приковаться к ней. – Но бесполезные без фактов. У меня есть один. На меня уже напали. Демон, одержимый легендой о том, что разоблачение одного из нас дарует высшую власть в Преисподней.Мавт наблюдала за ними, за этой ядовитой алхимией их взаимодействия. Её план работал. Они уже не объединились против неё. Они увязли в подозрениях и старых обидах друг к другу.

– Значит, информация исходит из ваших вотчин. Кто-то из ваших подданных, ваших созданий или… соседей, – её взгляд скользнул по всем троим, – решил поставить на кон наше существование. Я предлагаю не гадать, а действовать. Каждый из вас проводит внутреннее расследование. И мы делимся находками.Она сделала паузу, давая им осознать значение своих слов.

Она не просила. Она объявляла новый протокол. И по молчаливому напряжению в воздухе было ясно – Всадникам придётся подчиниться.

Мавт наблюдала за ними. За тем, как Война с нескрываемым удовольствием отпивал вино, оценивая