Читать «52 упрямые женщины. Ученые, которые изменили мир» онлайн

службы Хоппер решила не возвращаться в Вассар. Были и другие своенравные компьютеры, которые требовалось укротить, да и сама она получала от этой работы слишком много удовольствия.

В 1949 г. Хоппер перешла в Eckert – Mauchly Computer Corporation в Филадельфии, где участвовала в разработке первого электронного цифрового компьютера для широкомасштабного коммерческого применения. Она также вернулась к тому, что сама считала проблемой программирования: оно было слишком специализированным и очень скучным. В то время программисты должны были вручную вводить каждую единицу и каждый ноль. Интерфейсу между человеком и машиной требовался своего рода переводчик, программа, которая принимала бы осмысленные команды человека и перекладывала их на бинарный язык компьютеров. Не привыкшая ждать, когда другие что-то сделают за нее, Хоппер разработала такого посредника. Ее программа А-0, что расшифровывается как «автоматический язык программирования, нулевая версия», сегодня считается первым компилятором. В истории языков программирования появление возможности как интуитивно взаимодействовать с машиной, так и больше вкладывать в команду имело огромную значимость. Вместо того чтобы вводить последовательности единиц и нолей, чтобы объяснить компьютеру, что нужно сделать, Хоппер спрессовала эти последовательности, можно сказать, в одну букву на клавиатуре.

Кроме того, она заложила фундамент КОБОЛ (универсальный язык для коммерческих задач)[276] – языка программирования, разработанного специально для использования в бизнесе. Даже сегодня КОБОЛ остается главным компьютерным языком в правительственных и бизнес-организациях.

В 1966 г. Хоппер ушла из резерва ВМС США в отставку. Покой продлился недолго. От нее потребовали шестимесячного участия в работе над автоматической обработкой данных, после чего военно-морское ведомство заявило, что ее услуги необходимы бессрочно. Хоппер присвоили звание капитана, а в 1977 г. назначили особым советником главы Командования автоматизации сбора и обработки данных для ВМС. Во время второго срока службы во флоте, который продлился девятнадцать лет после «отставки», она помогла установить общепринятые стандарты языков программирования для организаций. Эти стандарты были приняты Министерством обороны, а затем введены для всех американских компьютеров.

Когда Хоппер с сигаретой Lucky Strike без фильтра уверенно вышагивала по коридору конференц-зала в сопровождении группы, люди обычно оглядывались. На трибуне она представала визионером, поражая воображение слушателей предсказаниями будущего компьютеров и побуждая аудиторию мыслить творчески.

Однажды Грейс Хопер спросили о границах технологии, и она ответила: «Технология будет ограничена лишь нашим воображением. Все зависит от нас. Помните, были люди, утверждавшие, что самолеты не смогут летать»[277].

Изобретения

Герта Айртон

1854–1923

физик

Посетители первых кинотеатров, эмоционально откликнувшись на технологическую новинку, прозвали фильмы «вспышками». Мощный луч света, проходящий через кадры кинопленки, пульсируя, переносил на экран мерцающие черно-белые движущиеся картинки. Эти вспышки были обусловлены дуговым освещением первых проекторов, возникающим, если подать электрический ток на два расположенных близко друг от друга угольных электрода. Электричество преодолевает зазор между двумя электродами, образуя яркую, но нестабильную дугу. Со временем слово flicker, обозначающее вспышки дуговой лампы, сократилось до flick, закрепившегося в качестве синонима слова «кино», несмотря на равномерное проецирование изображения в современном кинематографе.

Дуговое освещение восходит к 1807 г., но только в 1870-х гг., с появлением отвечающих технологическим нуждам генераторов, их промышленное использование стало наконец возможным. Слишком яркие для дома, дуговые лампы стали надежным решением для маяков и в других случаях, когда требуется мощный свет. К 1890-м они начали заменять газ в уличном освещении, позднее прославившись благодаря использованию в кино, где одновременно освещали декорации фильмов вроде «Гражданина Кейна» и переносили звезд немого кинематографа на экраны кинотеатров.

Дуговое освещение должно было оставаться лишь фоном, но так громко шипело и трещало, что становилось неотъемлемой частью любого кинопоказа. Шум возникал в угольных стержнях[278]. Когда на них подавалось электричество, уголь испарялся, образуя крохотную дырочку. В углубление с жалобным стоном устремлялся воздух. Техники, обслуживающие дуговые лампы, постоянно хлопотали, поправляя и прилаживая стержни, чтобы они делали свое дело, не слишком протестуя.

Ученые, в том числе Герта Маркс Айртон, британская изобретательница и физик, и ее муж Уильям, инженер-электрик, начали работать над более тихим и стабильным дуговым освещением еще в конце XIX в. К сожалению, плоды трудов Айртон сгорели синим пламенем, когда служанка скомкала листы и бросила в камин, приняв их за бумагу для растопки. (Разгорелся ли огонь в камине ярче, история умалчивает.) Это случилось, когда Уильям уехал по делам в Соединенные Штаты, и Герта Айртон заново начала исследование в одиночку.

Для начала она тщательно изучила проблему. Герта надеялась выявить ее причины и найти инженерное решение, избавляющее от шипения и мерцания.

Поняв, что первоисточником проблемы является стержень, Айртон сконструировала электроды особой формы. Попутно она разобралась в проблеме мерцания света, установив отношение между напряжением дуги, ее длиной и силой тока. С 1895 по 1896 г. она опубликовала в журнале Electrician двенадцать статей со своими открытиями.

В 1899 г. Айртон продемонстрировала свою работу с электрической дугой в Лондонском королевском обществе. Газета расписывала, как «ошеломлены» были «дамы-посетительницы» при виде «представительницы своего пола, выставившей один из самых опасных на вид экспонатов – ослепительный дуговой свет, заключенный в стекло», причем «миссис Айртон нисколько не боялась»[279].

Члены Королевского общества, впрочем, ее побаивались. В 1901 г., когда статья Айртон «Механизм электрической дуги» была принята к публикации, общество поручило публично представить это исследование своему члену-мужчине, поскольку женщины на заседания не допускались. Через год она была рекомендована к принятию в общество, но после консультации с юристом это решение в силу ее пола было признано незаконным. Согласно английскому гражданскому законодательству, замужняя женщина не имела самостоятельного, отдельного от мужа, правового статуса.

Айртон сочла дискриминацию, с которой сталкивалась, полнейшей нелепицей. «Лично я категорически не согласна с тем, что к науке примешивается пол, – объяснила она журналисту. – Сама мысль о “женщинах и науке” совершенно неуместна. Или женщина хороший ученый, или нет; в любом случае ей следует предоставить возможности, а ее работу оценивать с точки зрения науки, а не пола»[280].

Айртон была хорошим ученым. Ее 450-страничная книга «Электрическая дуга» заложила стандарты дугового освещения почти сразу после выхода в свет в 1902 г, но лишь через два года после этого Королевское общество позволило Айртон самостоятельно прочесть собственный доклад. В конце концов организации пришлось пересмотреть свою позицию: в 1906 г. Айртон была присуждена медаль Хьюза «за оригинальное открытие в области естественных наук, в особенности в сфере генерации, хранения и использования энергии»[281]. Членство в обществе, однако, по-прежнему было ей недоступно.

До 1918 г. не было у женщин и избирательного права. Айртон, столкнувшаяся с бедностью в начале жизни и с сексизмом на