Читать «Сорок оттенков свободы» онлайн

он целовал мою шею, спускаясь к ключицам. Его пальцы расстегнули верхнюю пуговицу моего платья. Потом следующую и ещё одну.

Я замерла. Платье соскользнуло с плеч, открывая грудь. Я почувствовала, как по коже побежали мурашки, но не от холода, а от его взгляда. Он смотрел на меня так, будто я была произведением искусства. Будто моё тело не то, что нужно прятать и стыдиться, а то, чем можно восхищаться.

— Вера, — сказал он хрипло. — Ты понимаешь, какая ты?..

Он не закончил фразу. Просто наклонился и поцеловал мою грудь.

Я вцепилась ему в плечи. Из горла вырвался звук, которого я сама от себя не ожидала — не то стон, не то всхлип. Его губы ласкали мою грудь, язык кружил вокруг соска и я чувствовала, как низ живота наливается тяжестью, жаром и желанием, которое я не чувствовала так давно, что забыла, как оно называется.

— Максим, — прошептала я.

— Что?

— Я… я хочу…

— Чего ты хочешь? Скажи.

Я не могла сказать. Слова застревали в горле. Слишком стыдно. Слишком непривычно. С Сергеем всё было по-другому — быстро, тихо, со светом, чтобы «не мешать друг другу». Он никогда не спрашивал, чего я хочу и я сама перестала себя спрашивать.

Максим поднял голову и посмотрел на меня. Я поняла, что он не продолжит, пока я не скажу. Пока сама не сделаю следующий шаг.

Я взяла его за руку и медленно, дрожащими пальцами расстегнула оставшиеся пуговицы на своём платье. Платье упало на пол. Я осталась в белье, простом, удобном, таком же сером, как и всё в моей жизни.

Он смотрел на меня и в его глазах не было разочарования. Не было брезгливости, только желание. Чистое, горячее, такое, от которого у меня перехватывало дыхание.

— Ты уверена? — спросил он снова.

Вместо ответа я потянулась к его рубашке. Мои пальцы дрожали так сильно, что я едва справлялась с пуговицами. Он не помогал. Просто стоял и смотрел, как я его раздеваю. Как я сама этого хочу.

Последняя пуговица поддалась. Я стянула рубашку с его плеч и увидела его тело. Широкие плечи, твёрдый пресс, татуировка на левом предплечье, какой-то рисунок, я не успела разглядеть. Он был красивым по-мужски, по-настоящему.

Я провела пальцами по его груди, чувствуя, как под кожей перекатываются мышцы. Он выдохнул сквозь зубы, и я поняла, что он тоже еле сдерживается. Тоже хочет меня, но ждёт.

— Я хочу тебя, — сказала я. — Всё. Я хочу всего, пожалуйста.

Он подхватил меня на руки.

Я вскрикнула от неожиданности и обхватила его за шею. Он был сильным, я чувствовала, как легко он держит меня, будто я ничего не вешу. Он отнёс меня в спальню и опустил на кровать.

Кровать была огромной и очень мягкой. Простыни пахли свежестью. Я лежала на спине, смотрела на него сверху вниз и чувствовала, как сердце колотится где-то в горле.

Он медленно стянул с меня трусики, я зажмурилась. Стыд накрыл меня с головой и я вдруг представила себя со стороны. Сорок пять. Растяжки на бёдрах, которые остались после родов, живот, который уже не такой плоский, как в двадцать. Кожа, которая уже не такая упругая. И он, молодой, красивый, смотрит на это…

— Открой глаза, — сказал он.

Я не открыла.

— Вера, посмотри на меня.

И я их открыла.

Глава 8

Глава 8

Он стоял на коленях на кровати, глядя на меня сверху вниз. Его глаза были серьёзными. В них не было жалости и снисхождения. Только желание и что-то ещё. Что-то такое, от чего у меня внутри всё переворачивалось.

— Ты прекрасна, — сказал он. — Ты понимаешь? Прекрасна.

Он наклонился и поцеловал мой живот. Губами провёл по шраму от кесарева — старому, почти белому, который я ненавидела больше всего на свете. Сергей всегда делал вид, что его не существует, а Максим целовал его медленно и нежно. Как будто это была не уродливая отметина, а что-то важное, часть меня.

— Это твоя история, — прошептал он. — Ты родила дочь и это очень красиво.

Я заплакала. Не всхлипывая, просто слёзы потекли из глаз и я не могла их остановить. Он поднялся, поцеловал мои мокрые щёки, веки, затем губы.

— Не плачь, — прошептал он. — Я хочу, чтобы ты чувствовала себя хорошо. Я хочу, чтобы тебе было хорошо.

— Мне уже хорошо, — сказала я сквозь слёзы. — Мне так хорошо, что я плачу. Я не понимаю, что со мной.

— Ты просто чувствуешь. Не надо ничего понимать.

Он поцеловал меня глубоко и долго. Его руки скользили по моему телу медленно, изучающе. Он не торопился. Он словно запоминал каждый сантиметр, каждую родинку и изгиб.

Я лежала и чувствовала его руки, губы и его дыхание. И впервые за много лет не хотела спрятаться. Не хотела зажмуриться и сделать вид, что меня нет. Я была здесь полностью и такая настоящая.

Он спустился ниже. Его губы скользили по моему животу, по бёдрам, по внутренней стороне бедра, и я выгибалась, вцепляясь в простыни. А когда его язык коснулся меня там, где я не чувствовала ничего уже так давно, я вскрикнула.

Не тихо и не прилично, а очень громко. Так, что, наверное, было слышно в соседней комнате.

— Тише, — прошептал он, усмехнувшись. — Или мы разбудим всех.

— Мне всё равно, — выдохнула я.

И это была правда. Мне было всё равно. На Алину, Сергея, на всех этих людей, которые шептались у меня за спиной. Потому что сейчас, в этот момент, я чувствовала то, чего не чувствовала никогда.

Он ласкал меня языком, медленно, глубоко, и я сходила с ума. Мои пальцы вцепились ему в волосы, бёдра дрожали, и я слышала свой голос — чужой, низкий, хриплый, который стонал и просил не останавливаться.

Я не знала, что могу так. Я не знала, что моё тело способно на такое. С Сергеем всё было по-другому. Быстро и так формально. Он никогда не спускался ниже пояса, говорил, что это «не обязательно». Я верила и привыкла к такому отношению к себе. Я думала, что секс это то, что нужно терпеть, чтобы муж был доволен.

Я ошиблась. Ох как же я ошибалась.

— Максим, — прошептала я, когда уже не могла больше. — Пожалуйста, я