Читать «Разбуди меня в Сеуле» онлайн

дурашливо скривился.

Я потянулась рукой к лицу Дениса, чтобы поправить ему волосы. Потом передумала и вытащила из сумки расческу:

– На вот, причешись наконец!

Денис вскинул голову, взъерошил и без того лохматую челку и преувеличенно надменным голосом заявил:

– Щас! Я и так идеален!

– Конечно-конечно. – Я примирительно кивнула. – Ты вообще лучше всех. – И подумала, что часто говорю с Денисом тоном, которым мамы успокаивают расшалившихся детей.

Денис сразу плотно сжал губы и опустил взгляд. Спустя секунду он снова поднял на меня глаза, которые светились привычным раздолбайским весельем.

– Ну, как, заучка, готова к контроше?

– Ну, так… И никакая я не заучка, если бы… – с притворным сожалением протянула я и отхлебнула кофе.

– Как сказать… по сравнению со мной… – многозначительно проговорил Денис.

Он вдруг коснулся моей руки, потянувшись за сахаром, который, кстати, никогда прежде не добавлял в кофе. Потом сжал пальцами мою кисть. От неожиданности я вздрогнула, но руку почему-то не убрала.

– Этим летом предки собираются тащить меня на Волгу к родственникам… до сентября. – Денис в мученической гримасе скривил губы. – Даже в лагерь не отпускают.

– Страдаешь? Бедолага…

Мне, если честно, было смешно слушать Дениса. У него ведь на Волге братья двоюродные. Нашел из-за чего страдать…

Денис в ответ сделал недовольное лицо.

– Я лично была бы только рада смотаться отсюда. Но ты можешь придумать что-нибудь… например, что тебе надо русский пересдавать…

– Ты лучше сама придумай, как тебе от консерватории отбиться, – проворчал Денис. – И от твоего папани.

У меня кровь прилила к голове. Денис был единственным человеком на земле, с которым я поделилась своей проблемой. Но зачем же вот так?! Денису легко всю эту «правду» на меня выливать, а я мучаюсь с ней каждый день! Конечно! Ведь у нормальных людей не может быть таких стремных родителей…

Перед глазами всплыла недавняя картинка, когда отец, положив тяжелую ладонь на мое плечо, отчитывал меня за опоздание из музыкалки. Я задержалась, заболтавшись с девочкой из группы по сольфеджио – такой же страдалицей, замученной подготовкой к поступлению в консерваторию.

Отец тогда крепко сжал мое плечо, и я еле сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Он твердил, что просто боится за меня, что мне нужно иметь ремесло, чтобы как-то выжить, ведь у нас нет таких денег, как у родителей Лики… Это становилось невыносимым, просто невозможно было терпеть, так хотелось просто-напросто заорать!

В тот вечер отец был еще не сильно пьян, находясь в той стадии, когда испытывал острую потребность сделать из меня человека. Еще пара стаканов или пара слов с моей стороны – и он бы орал на маму, а я всю ночь зажимала бы голову подушкой, чтобы не слышать его припадочных воплей. Поэтому сейчас мне надо было молчать несмотря ни на что. Отца хватит ненадолго, максимум минут на пятнадцать. Зато потом он упадет на кровать и захрапит, и мы с мамой сможем тоже поспать спокойно.

«Зависнув» в воспоминаниях, я нечаянно уколола палец острым ногтем и вздрогнула.

Денис накрыл своей ладонью мою. Я не ожидала этого, раньше он так не делал. Мне хватило смелости посмотреть ему в глаза. Он глядел на меня странным внимательным взглядом, все еще крепко держа мою руку в своей. Я аккуратно вытащила руку и тихо спросила:

– День, ты чего?

– Ничего.

Денис резко отвернулся. Жестом подозвал официанта и засунул пятисотрублевую бумажку в мигом возникший конвертик.

– Пойдем.

Мы молча вышли из кофейни и, завернув за угол, оказались на Сретенке. До школы оставалось всего метров тридцать. Денис сделал несколько больших шагов и, оторвавшись от меня, быстро направился к крыльцу. Я опустила глаза, заставив себя идти в прежнем медленном темпе.

Так происходило каждый раз, но почему-то тупая боль, которая сковывала затылок, тоже повторялась снова и снова. Я никак не могла привыкнуть, выключить на время нервные окончания. Со мной наедине Денис был одним, а в школе – другим, абсолютно чужим. В школе он делал вид, что мы вообще не общаемся, даже едва здоровался. Мы вели себя будто согласно неписаной договоренности… но я ни о чем таком с Денисом никогда не договаривалась! И ни разу не рискнула его спросить – почему он так со мной?..

Дениса я нагнала уже на школьном крыльце. Он стоял с Ликой, Наташей и Юриком и, активно жестикулируя, рассказывал им что-то смешное. Он совершенно преобразился, пытаясь казаться наглым и самоуверенным популярным школьным типом.

Я ненавижу свое молчание. Но мне казалось, что если я нарушу наш молчаливый «договор», то сразу потеряю Дениса: он просто перестанет со мной общаться. И тогда в школе у меня не останется никого.

Мой внутренний монстр веселился: «Терпишь? Ну терпи-терпи, терпила…» Казалось, что чудовище смотрит на меня прямо в моей голове и я вижу его жуткие красные зрачки.

Я не слышала, что именно Денис говорил одноклассникам: в голове стоял шум. На глаза наворачивались слезы. Только не это, только не показать им… ему… как я расстроена. Мне нужно было всего лишь проскочить мимо. Я заторопилась и, проходя, задела Дениса рукой.

Стоявший рядом Юрик скользнул по мне внимательным взглядом, а Денис даже не обернулся.

Эпизод 6. Дженни. Дерзнешь или нет?

Ты номер один! Наконец-то! Ты пе-ервая!» – Когда господин Кан прокричал это вчера в трубку, Дженни сразу же напряглась. Все ее существо сконцентрировалось сейчас на одной мысли: «Мой альбом поднялся на вершину американского чарта… отлично… но что это значит для меня?» Пока девочки рядом пищали от восторга и зависти, она на секунду задержала дыхание, а потом резко выдохнула. «Теперь – свобода. Возможность решать самой. Вот что это для меня значит».

Дженни едва дождалась сегодняшнего утра. Едва удержалась, чтобы на вчерашней вечеринке по поводу своей победы не поговорить сразу с агентом – вернее, прижать его к стенке и вытрясти из него все условия, которые ей были необходимы, чтобы жить и дышать. Ничего, она сделает это сегодня.

А сейчас надо было сжать волю в кулак и отработать репетицию. Дженни не стала завтракать: адреналин зашкаливал, и есть не хотелось. Она знала, что к концу тренировки будет совсем тяжко: на пустой желудок физические нагрузки давались ей с большим трудом. Но запихнуть в себя хоть что-то она сейчас просто не могла. Ничего, еще совсем немного мучений. Дженни натянула латексные черные шорты и короткий топ, сверху накинула легкий плащ, чтобы не тратить время на переодевание. Темные очки, черная бейсболка… можно подумать, что так она не привлечет к себе еще больше