Читать «Насекомология. Кто живет в вашем доме. Научный и ироничный путеводитель по домовым насекомым» онлайн

вы могли сказать, что это, по-вашему, такое. Похоже на термитные ходы, но я не уверена.

Из письма от зрителя

Термиты уникальны не только отдельными особенностями своей биологии, но и количеством этих особенностей: с какой стороны на них ни посмотри, они во всем так или иначе особенны. Причем особенны не только отдельные их черты, но и сочетание таких уникальностей. Во многом из-за этого уникальны и отношения термитов с людьми, и даже их жизнь в человеческих постройках.

Термиты живут громадными семьями численностью до сотен тысяч и даже более миллиона особей. В этих семьях имеется несколько каст: короли и королевы — способные к размножению взрослые особи, а также рабочие и солдаты. Представители каждой касты выполняют строго определенные задачи в семье, причем рабочие особи, в свою очередь, делятся на исполнителей разных задач: одни добывают корм, другие строят термитник, третьи ухаживают за потомством, четвертые обслуживают королеву — десятки таких «профессий» насчитываются в каждой термитной семье.

Такая сложность организации напоминает устройство семьи у других общественных насекомых — муравьев, ос, пчел и шмелей. Но, в отличие от всех них, термиты не относятся к отряду перепончатокрылых, а находятся в родстве с тараканами. Более того, согласно современным данным, термиты и являются одной из групп очень специализированных, общественных тараканов. Судя по палеонтологическим данным, первые термиты произошли от тараканов: самые древние известные виды термитов были чрезвычайно похожи на древних же тараканов, специализировавшихся на питании древесиной. Причем самые древние найденные остатки термитов принадлежат меловому периоду, но, судя по совместной эволюции их и живущих в их организмах бактерий, первые виды термитов появились раньше — в юрском или даже в триасовом периоде.

Получается, что термиты — это единственные общественные насекомые, не принадлежащие к отряду перепончатокрылых и по своему отдельному пути развившие столь же сложную семейную жизнь.

При этом, в отличие от муравьев и ос, термиты — вегетарианцы (пусть и не очень строгие). На всех стадиях своего развития они питаются растительной пищей, причем некоторые виды не только научились поедать собранный растительный материал, но и освоили грибоводство: в специальных камерах в своих гнездах они устраивают из собственных экскрементов огороды с грядками, на которых растут грибы. Термиты поедают плодовые тела этих грибов вместе со спорами, получают калории и все необходимые им питательные вещества, а споры проходят через их пищеварительный тракт неповрежденными, попадают вместе с испражнениями на грядки, прорастают и дают новый урожай.

Но основной корм термитов, особенно самых значимых в хозяйственном плане, — это сухая, мертвая и отмирающая древесина, а также остатки стеблей трав и опадающие листья деревьев. Если учесть численность термитов, в местах своего обитания они являются важнейшими утилизаторами мертвой древесины, возвращая минеральные вещества из нее обратно в почву. Да и своей почвообразующей силой они вполне могут потягаться с дождевыми червями и почвенными клещами, а в некоторых местах, где дождевых червей нет, термиты же являются главными почвотворцами.

А вот по своей разрушающей силе термиты превосходят любых других древоточцев. Любое деревянное изделие, бумагу или картон они истачивают во много раз быстрее, чем это делают, например, личинки разных жуков. Во многом такая разрушительная способность обусловлена их количеством: десятки и сотни тысяч прожорливых особей, сконцентрированных на небольшой площади около гнезда, неминуемо поглотят всю целлюлозосодержащую биомассу, которая здесь имеется. Но чтобы такое количество термитов взросло на не самой питательной пище, им требуется какая-то дополнительная суперсила. Все-таки те же жуки-точильщики тоже никак не ограничены в своем размножении, но их личинки годами вытачивают себе ходы в древесине, чтобы накопить в себе ресурсы для превращения во взрослых жуков, и нигде не могут похвастаться такими массовыми скоплениями, какие характерны для термитов. А лесные пни и стволы мертвых деревьев разъедаются точильщиками на протяжении десятков лет, в то время как термиты справляются с теми же объемами древесины намного быстрее.

Такая суперсила термитов заключается в уникальном сообществе микроорганизмов в их кишечниках. Многие такие симбионты, населяющие пищеварительный тракт термитов, не встречаются больше нигде на планете. Фактически для них термиты — это весь доступный для жизни мир. Причем такое население термитовых кишечников уникально еще и тем, что может состоять не только из бактерий, но и из простейших. Собственно, живущие на внутренних стенках термитовых кишок простейшие содержат в себе бактериальных симбионтов, которые, в свою очередь, вырабатывают для них ферменты, необходимые для расщепления целлюлозы. И уже продукты жизнедеятельности простейших усваиваются собственно самим термитом. То есть кишечник термита функционирует как сложная фабрика с несколькими уровнями переработки: бактерии выделяют часть ферментов, еще часть работы выполняют простейшие, создающие среду обитания для этих бактерий, еще часть пищеварительных компонентов производит сам организм термита — и все вместе они быстро доводят сложноперевариваемую целлюлозу до вполне усвояемого вида, извлекают из нее энергию и ценные органические компоненты, а затем все вместе используют эти ресурсы в своей жизнедеятельности.

Биологическое разложение целлюлозы в пищеварительных трактах животных — один из главных источников атмосферного метана на планете. Причем этот самый метан входит в число основных парниковых газов. Термиты сегодня считаются одними из главных метаногенов на планете: несмотря на мелкие размеры, из-за огромного количества особей вообще в процессе своей жизнедеятельности они выделяют примерно 11 % всего метана на Земле, что сравнимо с объемами этого газа, выделяемого травоядными млекопитающими.

Изредка термиты могут поедать мертвых насекомых и трупы более крупных животных. Но при этом охотниками они не являются и на других насекомых не нападают. Хотя, защищая гнездо, солдаты термитов за счет количества могут убивать членистоногих намного более крупных, чем они сами.

В итоге термиты научились максимально эффективно потреблять пищу, доступную и изобильную практически везде, где существуют какие-то сухопутные биоценозы, но — малоинтересную для других животных из-за своей сложноусвояемости. За счет такой эффективности они быстро создают значительную биомассу и сильно влияют на все экосистемы, в которых обитают.

Термитами кормится огромное количество животных: другие насекомые, хищные многоножки и пауки, птицы, земноводные, пресмыкающиеся и млекопитающие. В Африке, например, обитает земляной волк — животное из семейства гиеновых, основной пищей которого являются именно термиты. За одну ночь такой волк съедает от 200 тысяч до 300 тысяч термитов — и даже такие потери не подрывают популяцию этих насекомых. В Южной Америке таким же рационом славятся муравьеды, самый крупный из которых вырастает в длину более 1 м и достигает веса 40 кг.

О том, что термиты возвращают