Читать «Топить в огне бушующем печали. Том 3» онлайн

нажал кнопку ложной тревоги и пропустил грузовик.

Когда машина проезжала мимо, из горла инспектора вырвался причудливый звук, водитель ответил ему тем же. Даже если бы рядом оказался кто-то, понимающий язык демонов, вряд ли он разобрал бы смысл их странного диалога: обладая человеческим ртом, эти двое упорно пытались воспроизвести говор нечисти, отчего напоминали двух жаб разных видов, в припадке безумия вообразивших друг друга близкими родственниками.

Сначала все шло гладко, но, как назло, именно в этот момент из Центрального координационного штаба вдруг вышел работник и обратился к товарищам:

— Дорогие коллеги из исследовательского института, прошу прощения, руководство просило передать вам: пожалуйста, будьте осторожны с запечатанным контейнером 3S*001. Его ни в коем случае нельзя открывать, и ему требуется особая защита.

Один из исследователей выпрямился:

— Ты как раз вовремя, мы недавно выгрузили контейнеры со звездочкой… Вот только разве среди них были ящики под номером 3S? И почему я не заметил…

Беда!

Инспектор и водитель быстро переглянулись, и в ту же секунду водитель вдавил педаль газа в пол. Достав из кармана блокнот, проверяющий одним рывком выдрал из него листок и написал на нем автомобильный номер, а затем в спешке прижал его к кузову. Номерной знак на грузовике тут же изменился.

Едва они успели провернуть этот трюк, как в исследовательском институте после срочной перепроверки подтвердили пропажу особого запечатанного контейнера, и задний склон горы огласила тревога!

Как только зазвучала сигнализация, патрульные бросились вдогонку за грузовиком и вломились в пункт проверки:

— Грузовик, перевозивший контейнер со звездочкой, проезжал здесь?

Инспектор растерянно покачал головой:

— Я вроде не видел, но есть записи с камер…

Оперативники немедленно проверили номерной знак стоявшего рядом грузовика:

— Это не он! Зараза, я же только что видел, как он ехал к контрольному пункту!

Из рации донесся голос командира патруля:

— Вниманию служащих всех отделов: утерян особо опасный объект класса «3S». Мы полностью перекрываем задний склон. Всем сотрудникам оставаться на местах, любые передвижения запрещены. Повторяю: всем оставаться на местах! Мы проведем досмотр всех транспортных средств, проверим людей и обыщем каждый участок, где может быть спрятан опасный объект. Просим всех коллег содействовать.

Лицо инспектора побледнело, и он невольно бросил взгляд на грузовик, над которым только что собственными руками проделал кое-какой фокус.

Не успел он и слова сказать, как несколько патрульных поблизости, получив указания, направились к ближайшим машинам для проверки.

По вискам инспектора побежали капли холодного пота, и он незаметно засунул руку в карман…

А Сюань Цзи, приложив все усилия, приготовил обед из пяти блюд. Он нервничал больше, чем участник какого-нибудь телевизионного кулинарного шоу, хотя зрителей у него не было. Вложив в готовку всю душу, он достал красивый сервиз, которым не пользовался с момента покупки, и расставил все так аккуратно, что даже человек с обсессивно-компульсивным расстройством не нашел бы к чему придраться. Затем, напустив на себя нарочито безразличный вид, он поставил блюда на стол так, будто это были две тарелки залитой кипятком пакетированной лапши.

— Готовлю я не очень, у меня всего лишь четвертый разряд, так что до императорских поваров дворца Дулин мне, конечно, далеко, — завуалированно похвастался Сюань Цзи. — Попробуйте, ваше величество. Если не понравится, в следующий раз закажем доставку. Нужно есть, пока не остыло. Что хорошего в том, чтобы сидеть голодным?

Похваляясь, он пытался казаться равнодушным, но, как только Шэн Линъюань взял палочки для еды, невольно задержал дыхание.

Пользовался палочками его величество немного неловко. Глядя за каждым его движением, Сюань Цзи изо всех сил старался скрыть напряжение, но не смог утаить взгляд, полный нетерпеливого ожидания. Взор этот поражал намертво: твердый, как скала, разум его величества едва не покрылся трещинами.

Шэн Линъюань тотчас опустил веки, чтобы избежать этого взгляда, и, уняв дрожь в руках, со смехом заявил:

— Не переживай. Так или иначе, Мы не пробовали блюда императорской кухни, так что Нам и сравнивать не с чем.

Сюань Цзи опешил, внезапно осознав, что неловкость его величества вовсе не была притворной: он и вправду бо́льшую часть своей жизни не держал в руках палочки.

В молодости Шэн Линъюань не придавал особого значения еде — не то чтобы он не любил поесть вволю, просто обстоятельства этого не позволяли. В конце концов, даже обнищав, он все еще оставался наследным принцем, к тому же ребенком. Даже в бегах, захоти его высочество чем-то полакомиться, он всегда мог отправить своих людей на поиски съестного — вот только остались бы они целы и невредимы? Подобная неумеренность могла стоить кому-то жизни. Потому он и не осмеливался жадничать, смирившись с образом жизни пуританина.

В детстве он ел лишь для того, чтобы выжить, а в юности, преуспев в совершенствовании, попросту отказался от еды. Позже в силу обстоятельств вкус исчез у него первым из пяти чувств. В год, когда Алая Бездна была запечатана, Шэн Линъюань вконец распрощался со сладостью и горечью жизни, решив не растрачивать пищу понапрасну.

Так называемые «императорские повара» существовали лишь для того, чтобы придать блеска званым обедам, в обычное же время еда на дворцовой кухне готовилась лишь для прислуги.

Если подумать, он за всю жизнь ничего вкусного и не ел.

— У тебя золотые руки. — Попробовав кусочек, Шэн Линъюань со своим скудным опытом вкусовых ощущений не смог по достоинству оценить вкус блюда, так что просто решил польстить. — Видно, все это время твоя жизнь была не только увлекательной, но и вкусной.

Затем, отведав все блюда, он вежливо оценил каждое: комментарии его были приятны, но банальны. Шэн Линъюань напоминал мукбангера, которому недоставало словарного запаса… или сотрудника, которому задерживали зарплату, так что работал он соответственно — вполсилы. На его лице не было ни удовольствия, ни отвращения, словно его величество просто хватал палочками воздух, только делая вид, что ест.

Актер из него был никудышный.

И вскоре Сюань Цзи потерял всякий интерес.

Ему казалось, что сейчас дела обстоят даже хуже, чем когда они друг друга не узнавали. Тогда его величество с ним не церемонился, покрикивал, сыпал колкостями и подставлял, отчего Сюань Цзи постоянно набивал шишки… но даже если бы он разбил голову в кровь, это была бы рана, оставленная самим Линъюанем.

А теперь между ними образовалась пустота, в которой они были бесконечно далеки друг от друга.

«Пустота?..»

Погодите… неужто он создал ее нарочно?

Прежде чем Сюань Цзи успел погрузиться в раздумья, его телефон вдруг оглушительно зазвонил: рок-н-ролльный барабанный бой напугал его до полусмерти, прервав ход мыслей.

Сюань Цзи нервно