Читать «Топить в огне бушующем печали. Том 3» онлайн

обращались как с мусором. Теперь, отбросив прежнее бесполезное тело, я вознесусь и стану духом, получу силу Чжу-Цюэ, и бесчисленные лианы по всему миру станут моими — и коли я раб своего тела, то почему бы мне не разрушить старое, чтобы создать новое? Что значит «даже от собственного тела отказался»? Директор Гун, чем твоя косная точка зрения отличается от древнего суеверия, что тело, волосы и кожа дарованы родителями?

Треножник Неба и Земли, казалось, издалека услышал его истошные вопли: ворвавшийся внутрь ветер заставил огромный бронзовый сосуд издать тихий гудящий звук. Тело Ло Цуйцуя уже превратилось в вяленое мясо; здесь, глубоко под землей, он висел лицом вверх, раскинув конечности, которые разошлись на множество зеленых лиан и уходили корнями в еще более темные глубины, подобно траве, что не видит белого света.

— С ним давно это случилось. — Сюань Цзи коснулся тела Ло Цуйцуя через пальто. — Как минимум, еще до того, как я возглавил Отдел ликвидации последствий. Он не мог вот так просто взять и перемениться у меня на глазах. Если дело касается треножника Неба и Земли, то подвох даже через «рентгеновское зрение» не разглядеть… Да уж, годами я охотился на гусей, а тут гусь прямо в глаз клюнул!

Сюань Цзи, обернувшись, увидел, что его величество, преклонив колено, сидит среди зеленых листьев. Его пальцы, только что оцарапанные камнем, касались скелета, густо поросшего растительностью, а сам он о чем-то задумался.

— Линъюань, обрати внимание на живых. — Сюань Цзи щелкнул пальцами и ткнул себя в грудь. — Я, конечно, человек простой… то есть простая божественная птица, но мне кажется, такой бурный рост после смерти — штука совершенно невообразимая, да еще и до подобных размеров… Хотя в любом случае теперь это всего лишь лежащая ничком бренная оболочка.

Придя в себя, Шэн Линъюань невольно прыснул. Однажды он слышал от птицеводов, что эти крылатые создания очень эгоцентричны. И чем они умнее, тем мелочнее и не выносят, когда их игнорируют. Стоит им почувствовать, как кто-то пытается отнять у них пальму первенства, они тут же начинают что есть мочи трясти перьями да петь во весь голос, стараясь вернуть к себе внимание.

— Если бы это была лишь бренная оболочка, ее бы здесь не прятали, — объяснил Шэн Линъюань. — Скелет не может из крошечного стать огромным. Мертвые не меняются, они только гниют.

— Но и живым его считать нельзя, — горько усмехнулся Сюань Цзи. — Обглоданная куриная кость и та не бывает такой чистой.

Шэн Линъюань промолчал.

Вот ведь трепло.

— Знаешь, что это за ритуал? Думаю, зеленые лианы, пронзив треножник Неба и Земли, пригвоздили Ло Цуйцуя ко мне… точнее, к моим старым разросшимся после смерти костям. Как во время жертвоприношения Демону Небес, когда меня приколотили к твоему телу, — Сюань Цзи осторожно перевернул труп Ло Цуйцуя, — даже поза такая же. Но, похоже, жертвенных письмен вокруг нет…

На мгновение Шэн Линъюань задумался:

— Однажды я слышал… не слишком правдоподобную теорию, что в треножнике Неба и Земли содержится небольшая часть первозданного хаоса из тех времен, когда мир только-только зарождался. Поэтому в треножнике все — инь и ян, Небо и Земля, боги и демоны, огонь и вода… все обретает взаимосвязь. Потому что хаос может соединить все в мире.

— А? — только и сказал Сюань Цзи.

Шэн Линъюань, испытывая дискомфорт, сжал пальцы: на его ладони красовалась всего-навсего небольшая царапина, но она продолжала кровоточить, а крепости руки хватало лишь на слабое мышечное усилие… Верхние конечности у людей слишком хрупкие.

— Магические построения, способные подавить силу совершенствующихся монахов или демонов-яо, действительно существуют, я сам знаю несколько таких. Даже если построение было создано человеком, оно не может обойти законы Неба и полностью подавить демоническую ци, да так, что от нее ни крупицы не останется, — объяснил Шэн Линъюань. — Если только…

— …где-нибудь поблизости не заключена истинная сила Алой Бездны, — закончил Сюань Цзи, и его взгляд упал на величественный птичий скелет. — Погоди-ка! То есть после уничтожения клана Чжу-Цюэ вся мощь Чиюань перешла в это… эту… эту штуковину?!

Неудивительно, что после смерти труп не истлел, а, наоборот, вырос!

Чжу-Цюэ были истинными Хранителями пламени Алой Бездны, и потому всякий — неважно, Демон Небес, считавшийся частью Чиюань, или же созданный человеком лже-Хранитель — перед лицом этого существа становился простым смертным, беспомощным и бессильным.

Наверняка даже Цзю Сюнь не ожидал, что после того, как весь клан Чжу-Цюэ целиком окажется в его брюхе, законы Неба все равно отвергнут его, как бы усиленно он ни работал челюстями. Все же мощь Чиюань с большей охотой переместится в тело полумертвого Небесного духа, чем отдастся ему.

— Это так…

…странно.

Сюань Цзи даже не успел как следует повздыхать, как вдруг вспомнил:

— Раз в этом скелете кроется сила Алой Бездны, а треножник Неба и Земли способен смешать все в себе… значит ли это, что Ло Цуйцуй сейчас косвенно заполучил контроль над Чиюань?! То, что когда-то не получилось сделать у Цзю Сюня, вышло у него! Неужто сциндапсус станет новым князем демонов?

Вот так отличился!

— Ты… этот глупец пригвоздил свою плоть к треножнику Неба и Земли. — Шэн Линъюань на мгновение остолбенел, а затем рассмеялся над простодушием Сюань Цзи. — Можно ли без надобности заменить тело, рожденное Небом и взращенное Землей? Нужно обмануть какого-то дурачка, чтобы тот пожертвовал собственным телом, а когда печать Алой Бездны будет сломана, одним махом поглотить весь этот сциндапсус — разве не так обрел силу Чиюань князь демонов, сожравший Чжу-Цюэ?

— Ваше величество, не могли бы вы больше не оскорблять этого дурачка рядом с его же трупом?

Ни стыда ни совести у всех этих интриганов!

— Печать Алой Бездны еще цела, — с серьезным видом заявил Шэн Линъюань. — Кровь у того демоненка разбавленная, да и способности заурядные. Пусть он и пожертвовал своей плотью, пригвоздив себя к Чжу-Цюэ, однако сила Чиюань, которую он сможет заполучить, будет не слишком уж и велика, так что без уничтожения печати им все равно не обойтись. Прежде ты ломал кости Чжу-Цюэ самостоятельно? Или были случаи, когда печать разрушалась под воздействием внешних сил?

— Были, но редко, — ответил Сюань Цзи. — Алая Бездна — источник демонической ци, и, когда хаос в мире достигает предела, Чиюань, несмотря на печать, входит с ним в резонанс. Но для этого нужно, чтобы одновременно произошло крупное стихийное бедствие и началась война. Такая, в которой погибнет бо́льшая часть населения планеты.

Хотя от тридцати шести костей Чжу-Цюэ ныне осталась одна, печать еле дышит, а