Читать «Топить в огне бушующем печали. Том 3» онлайн

золотой дракон, словно геккон, взобрался на одиннадцатый этаж и лежал там ничком на последнем издыхании. Плотная, но хорошо знакомая аура, полная жажды крови, ударила Сюань Цзи прямо в лоб. Разглядеть, что происходило внизу, никак не удавалось.

— Неужто это «Возвращение к одному»? — шепот духа исходил как будто из коллективного подсознания человечества. — Но ведь Почтеннейший государь уже мертв?

Следуя сокровенному преданию русалок, Сюань Цзи тут же бросился вниз и врезался головой прямо в магическое построение как раз в тот момент, когда прозвучали эти слова.

Сердце его пропустило удар: «Возвращение к одному»?..

021

В главном зале стоял смрад и дым. Сюань Цзи чувствовал, что Шэн Линъюань где-то рядом, но не мог отыскать его глазами и даже голоса его не слышал. Едва он вошел внутрь магического построения, не успев даже добраться до его основания, как огромная печать уже среагировала на чужака: больше сотни кинжалов, появившись из воздуха, градом хлынули на него!

Хозяин построения рассмеялся:

— Прибыл еще один гость… Шэн Сяо, твой надсмотрщик тебя ищет. Почему же ты все еще прячешься?

Из ладони Сюань Цзи со звоном вылетело несколько монет, и те, по пути обратившись тенями, принялись ловко отражать приближающиеся клинки.

Миссия по разрушению печати легла на плечи Шэн Линъюаня. Из-за ограничений, наложенных природой на человеческий род, в сражениях с другими кланами людям приходилось полагаться на амулеты-фучжоу и магические построения. В этих двух областях человечество многому научилось от щедрот Небесных, а навыки Владыки людей были особо искусны.

Сюань Цзи по личной инициативе взял на себя роль его телохранителя и, держа уши востро, вступил в схватку, попутно не забывая трепать языком:

— Что, смог скопировать печать «Возвращения к одному» и вообразил себя князем демонов? Вот это у тебя самомнение! Ты из какой дыры вылез, пень гнилой? С твоими талантами только людей на деньги разводить!

С этими словами Сюань Цзи приземлился на один из обнажившихся корней.

Если враг преподносит ему на блюдечке дерево, то как ему, прародителю огненных птиц, устоять и не спалить его? Ведь он сам как огромная искра: поджигает все, чего касается. Огненные языки тут же вырвались у него из-под ног. Пожар мгновенно рассеял нависший над магическим построением туман и окутал весь ствол целиком. Главный зал превратился в огненное море и стал напоминать Чиюань с ее бурлящей магмой…

Сюань Цзи выругался так, словно наступил в собачье дерьмо:

— Твою мать!

Он вдруг обернулся и увидел, что все вокруг неведомым образом переменилось, и вот он уже тонул в бушующем пламени. Вместо главного зала Бюро по контролю над аномалиями вокруг была Чиюань — та самая Алая Бездна, что возгорелась в стародавние времена.

Откуда тут взялись еще одни миазмы внутренних демонов?! Первое место в десятке самых грязных приемчиков совершенствующегося мира по версии авторитетных Хранителей пламени.

Вдруг неизвестно откуда прозвучал пронзительный птичий крик. Сюань Цзи задрал голову, и его зрачки тут же сузились от резкого света.

Он увидел, как с высокой скалы в Бездну прыгнул человек.

То был самый страшный его кошмар, тот, что он пытался стереть из памяти вот уже три тысячи лет. Сюань Цзи не решался думать о нем, не желал видеть и лишь от одного упоминания мог в страхе упасть замертво. Человек еще в падении превратился в огненный шар и, словно метеор, разбился о твердую корку на поверхности магмы. Чиюань во всех подробностях передала Хранителю пламени столь знакомую сцену.

За одно мгновение разум Сюань Цзи обратился в пепел. Секунду назад он отчетливо понимал, что все происходящее — лишь иллюзия, но теперь без тени сомнения ринулся к упавшему.

Три тысячи лет назад у Сюань Цзи не было тела. И хотя он был совсем рядом, его руки вновь и вновь тщетно проходили сквозь тело Шэн Линъюаня, и ему оставалось лишь в бессилии смотреть, как магма то проглатывала, то выплевывала его на поверхность.

На этот раз он наконец смог его поймать.

То лицо, которое Сюань Цзи видел в воспоминаниях, было изуродовано пламенем Чиюань до неузнаваемости. Казалось, все кости в теле Шэн Линъюаня переломались, скелет облепила обугленная плоть. Лежа у Сюань Цзи на руках, его величество с трудом приоткрыл рот, словно пытаясь что-то сказать.

Сюань Цзи крепко сжал его тело, но от рук толку было мало, и он расправил крылья, жалея, что не может раскинуть их во все стороны и превратиться в защитный барьер…

И вдруг он услышал, как человек у него на руках тихо заговорил:

— Ты как-то пробовал груши и мед, что делают шаманы… А их превосходную технику убийства людей во сне ты не пробовал?

Сюань Цзи вздрогнул от ужаса, и в груди у него похолодело. Руки «умирающего» тут же опутали его, дотянулись до спины и, вонзившись меж крыльев, проткнули его насквозь. Превратившись после этого в лианы, они принялись хаотично копошиться в его брюшной полости, в конце концов уцепившись за позвонки.

— Ах, — вздохнул голос, подозрительно напоминающий князя демонов, — самые настоящие кости Чжу-Цюэ. Такие горячие.

Обе руки Сюань Цзи вдруг ослабли, а иллюзия Чиюань, окружавшая его, разбилась вдребезги. Тело его оказалось подвешено в воздухе: лиана, пронзив его спину, вышла через грудь и вновь впилась в даньтянь и горло, намертво его обездвижив.

Алые перья посыпались вниз, словно снежинки, и лицо Сюань Цзи побелело.

Все произошло в мгновение ока, не позволив ему отреагировать.

Окутанный черной дымкой силуэт тут же рванулся вперед и как безумный принялся срывать демонические лианы, прошившие собой тело Сюань Цзи.

Мгновенно появившись, тень тихо проговорила:

— Ага! Вот вы и показались, ваше величество Владыка людей.

Вслед за его словами из корня потянулось бесчисленное множество ветвей, которые, словно змеи, поползли к Шэн Линъюаню, но в тот же миг под ногами белой тени вдруг взорвался огненный шар.

— Готовь чистосердечное признание, пень гнилой!

За спиной тени вдруг показался еще один Сюань Цзи, а тот, что висел в воздухе, накрепко спеленутый лианами, начал таять с головы, а затем и вовсе превратился в пригоршню монет. Они со звоном посыпались вниз, затем соединились в железную цепь и крепко сковали белую тень, пытавшуюся покинуть огненный обруч.

Черная дымка вокруг «Шэн Линъюаня», отчаянно разрывавшего лианы, вмиг рассеялась, но за ней никого не было — все это оказалось лишь сотворенной из сгустка демонической ци иллюзией.

— Я хочу, чтобы ты кое-что запомнил. — Сюань Цзи затянул цепи покрепче и, чеканя каждое слово, проговорил: — Я. Умирал. Тридцать. Пять. Раз.