Читать «Арт 3» онлайн

ты себе представляешь, если он сначала пойдёт на бал с тобой, а после заявится уже со мной. Тебе не кажется, что о нас станут судачить и нести всякие непотребности.

— Но ты ведь можешь пойти с другим.

— С кем? У меня нет тут настолько хороших знакомых, которые бы не возомнили не весть что. Ты ведь знаешь, мне нравится Глеб и я не хочу, чтобы он или кто-то другой вдруг решил, что это приглашение что-то означает. Роман самый безопасный для меня вариант, ведь всем известно как о нашей давней дружбе, так и о наших совместных тренировках. Вот если бы был свободен твой брат, но он будет в наряде по корпусу. И потом, если ты придёшь без кавалера на бал среди сверстниц, то это воспримут нормально. А вот мне среди старших будет явно неуютно.

— Значит, я не смогу пригласить Романа? — разочаровано вздохнула Ольга.

— Отчего же, пригласи. Я даже готова передать ему от тебя записку, — посмотрев на подругу, решилась-таки Настя.

— А как же тогда… — начала было Ольга

— Я пойду одна, — перебив её, пожала плечами Талызина.

— Нет. Тебе нельзя идти одной. Прости, Настя, я не подумала. Всё. Забудь о моей просьбе.

— А ведь Рома тебе нравится, — с хитринкой, заметила Настя.

— Ничего подобного. Ты всё напридумала, — Зинятова поспешно отправила в рот ложку с мороженым, отводя при этом взгляд.

Глава 12

Не всё решают деньги

— Фу-у-ух! Хорошо-то как, — опёршись на лыжные палки, и выдохнув облачко пара, произнесла Настя.

— Будешь наслаждаться моментом, или мы всё же начнём тренировку? — выдёргивая ноги из креплений на лыжах, поинтересовался я.

— Не занудствуй, Агапов. Посмотри какая красота, — повела она рукой.

Вокруг и впрямь красиво. Ночью выпал свежий снег, вновь накрыв ветви деревьев ватным покрывалом. Ни птицы, ни ветер пока ещё не успели толком тронуть это украшение, поэтому пейзаж получался по-настоящему сказочным.

— Я не занудствую, Настасья Дмитриевна. Но, если вы не забыли, приехали мои родители, и мне предстоит поход с ними в гимназию, по поводу моего экстерна. Так что, времени на любование красотами у нас нет.

— Ну вот. Своим прагматизмом такой момент разрушил, — осуждающе вздохнула она. И тут же спохватилась. — Кстати, Рома, а у меня для тебя есть сюрприз.

— А можно без сюрпризов?

— Можно. Но этот тебе точно понравится.

— Тогда рассказывай.

— Я тут с карбункулом немного поэкспериментировала. Ещё после той, последней ночи, я заметила, что серьёзно усилилась. До того оно было не очень-то и заметно, но когда прибавила разом, то и обратила внимание. А вчера решила всё же проверить свою догадку, — она выдержала паузу.

— И? — поддерживая её игру, подбодрил я.

— И выяснилось, что когда карбункул под кожей, то это не только увеличивает время медитации, но и усиливает плетения, уменьшая при этом откат.

— И стоило ли себя резать, чтобы выяснить то, что и так было известно, — фыркнул я.

— Стоило. Потому что, как оказалось, на теле карбункул улучшает эти показатели на десять процентов, а в теле, на двадцать.

— А вот это уже интересно. Ошибки нет?

— Неа. Я всё хорошо проверила через дальность атаки, это проще всего, — радостно улыбаясь, заверила она.

— Ну что же, молодец. Объявляю тебе благодарность. Но болтать об этом всё равно не следует. Надеюсь ты вернула амулет обратно?

— Конечно. Лишние полчаса медитации, точно не лишние.

— Вот и славно. Теперь начинаем тренировку.

Мы по обыкновению размялись, потом проделали комплекс силовых упражнений, далее рукопашный бой, который завершился коротким спаррингом. Клинки так же не остались без внимания. Вообще, мне схваток с Настей было явно недостаточно, чтобы хоть как-то прогрессировать. Поэтому я три раза в неделю посещал фехтовальный зал.

Покончив с рукопашкой и холодняком, взялись за огнестрел. Правда в этот раз, я остановил Настю, потянувшуюся было к своей двустволке, прислонённой к высокой берёзе. Вместо этого я извлёк из «Котомки» и вручил ей одну из приобретённых вчера семиствольных переломок, уже очищенную от пушечного сала. Её бой я проверил, и остался им доволен. Теперь нужно понять, насколько оружие придётся по руке подруге.

— Что это? — спросила она.

— А разве не видно? Рунная семистволка. Правда, «Огниво» второго ранга, под бездымный порох. Но запас Силы для тебя ведь не критичен.

— Только я не могу так быстро активировать руны, как ты.

— Но всяко быстрее иных. Примерься.

— Хочешь сказать, что купил этот карабин мне?

— Именно.

— Это слишком дорого. Я и так тебе должна.

— Ну, если тебя это так задевает, то я тебе выделю его во временное пользование, и заберу по окончании нашего уговора. Если ты конечно же не рассчитаешься. Договорились?

— Договориться-то, договорились. Только ты ведь говорил, что такое оружие мне будет неудобно из-за мешкотного заряжания.

— Именно этот карабин лишён такого недостатка. Он казнозарядный, и скорость его перезарядки сродни твоей двустволке, только на выходе семь полноценных выстрелов.

— Но семь стволов не получится зарядить так же быстро, как и два.

— Это смотря как заряжать, — самодовольно хмыкнул я.

И показал ей как можно использовать скорозарядники. Настя изрядно подросла, а вместе с вместилищем увеличились и параметры плетений. Она ведь не нуждается в костылях-амулетах, поэтому её «Котомка» способна хранить уже порядка двух кило. То есть, поместить туда боекомплект уже не составляет труда. Остаётся только наловчиться пользоваться карабином.

С перемещением патронов из патронников в пространственный карман и извлекать оттуда скорозарядник сложностей не возникло. Да, сейчас достаточно неловко и медленно. Но по итогу многократных повторений наработаются рефлексы и всё станет получаться само собой.

Правда, стрельба показала, что она способна вести лишь одиночный огонь, ни о каких очередях не могло быть и речи. Ей явно пока ещё не хватало массы тела. Проблему можно было бы хоть как-то решить с помощью дульного тормоза компенсатора, но ты поди присобачь его сразу к семи стволам. Лично у меня на это мозгов не хватает.

— Кстати, Агапов, завтра в гимназии рождественский бал. Не хочешь выступить в роли сопровождающего?

— Что, опять?

— Ну, знаешь ли, это ведь не среди ночи тянуть девицу в безвестность, — возмутилась она.

— Стесняюсь спросить, а когда тебе стало