Читать «Кина не будет» онлайн

все верёвочки, по которым зелёный горошек добирался до верхнего балкона. Тогда Машкина мама вытряхивает вниз содержимое мусорной корзины: нижний балкон засыпан старыми газетами, обрывками журналов, старыми пакетами и тряпками. Возмущённые папа и мама Мишки собирают весь этот мусор, несут его в кухню, запихивают в дыру мусоропровода и поджигают. Наверху, в кухне у Машкиных родителей из-под дверцы мусоропровода, повалил густой дым.

Мама Машки, окутанная этим дымом, падает в обморок. А внизу папа и мама Мишки продолжают забивать мусоропровод старыми газетами и журналами, поддерживая огонь. Из окна кухни Машкиной квартиры валит дым. Перепуганные соседи звонят пожарникам. Включаясь в войну для совершения диверсии, Машкина кошка на цыпочках крадётся во вражескую квартиру. А там свершается ещё одна акция возмездия: папа Машки откручивает гайку в полу, на которой держится люстра и та с грохотом обрушивается на соседей. Этого Мишкины родители уже выдержать не могут и с угрозами бросаются в квартиру верхних соседей. Туда уже пробралась их кошка, проскользнула в кухню, вытащила из кастрюли варёную утку и потащила её хозяевам. Но на пути её возник верный пёс.

Драка между ними переходит во всеобщую драку, в которую включаются родители и Машки, и Мишки. Все смешались в одну кучу, из которой периодически выталкиваются то один, то другой участники. Драка увеличивает обороты. Вываливается Мишкин папа. Он хватает штопор и штопором вперёд врезается в кучу-малу. Через секунду оттуда, держась за ягодицы, вылетает Машкин папа. Он хватает большой кухонный шкаф, набитый посудой, поднимает его над головой, чтобы обрушить его на дерущихся…

А в это время во дворе все соседи с ужасом наблюдают, как на четвёртом этаже трясётся и подпрыгивает бетонный блок и из окна кухни валит дым.

С пронзительными сиренами во двор врываются пожарная машина, «Скорая помощь» и полиция. Шум, крики, грохот перекрываются тревожной, всё нарастающей музыкой… И вдруг она обрывается. Тишина.

Вступает нежная, лирическая мелодия. Мы видим, что в песочнице сидят давно помирившиеся Мишка и Машка. У каждого в руке по половинке воздушного шарика на ниточках. А у Мишки в руке мороженое на палочке, от которого они по очереди откусывают по кусочку.

Конец

Глава третья

Сценарии полнометражных фильмов

Сорок минут до рассвета

ОТ АВТОРА: «Сорок минут до рассвета» — мой первый полнометражный киносценарий, я написал его вместе с покойным Робертом Виккерсом. Он очень понравился и режиссёру Якову Сегелю, и директору киностудии имени Горького Григорию Бритикову, и руководителю объединения Сергею Герасимову, и великолепному артисту Глебу Стриженову, который и сыграл в этом фильме главную роль… Даже от Георгия Товстоногова, который каким-то образом прочитал сценарий, мы получили предложение поставить этот сценарий на сцене БДТ.

Словом, это был большой успех, мы захлёбывались в славе, и в связи с тем, что Яков Сегель, снимая фильм «Течёт Волга», не успел вложиться в летнюю натуру и выпуск этого фильма был отсрочен почти на год, мы отдали наш сценарий на «Беларусьфильм», где сразу приступили к его съёмкам. Снимал талантливый режиссёр Борис Рыцарев, играли выдающиеся актёры, к примеру, такие как Глеб Стриженов и народный артист СССР Дмитрий Милютенко…

И оператор, и директор фильма, и руководство студии любили этот сценарий и всячески содействовали его воплощению на экране, но… Завершение съёмок нашего фильма совпало с затеянной кампанией Хрущёва: борьба с влиянием Запада. Главный удар пришёлся по тонкому, изящному и правдивому фильму режиссёра Марлена Хуциева «Застава Ильича». И была «спущена» команда: в каждой республике, на каждой студии найти что-нибудь подобное и побить его.

Поскольку наш фильм имел необычный сюжет, его признали годным для битья и поиздевались над ним до того, что «отрезали» финальный поворот сюжета, который заставлял потом переосмыслить всё увиденное. И хоть фильм вышел на экраны в таком обрезанном виде, всё равно он понравился публике, и залы были полными. Но именно это не понравилось властям, и через три дня, по требованию ПУРа (Политического управления армии), он был снят с проката. Навсегда.

Я пробился на приём к заместителю начальника ПУРа и спросил:

— За что вы запретили наш фильм?

И он спокойно ответил:

— За еврейский пацифизм.

— Разъясните, в чём он выражается?

— Нет, это вы разъясните, почему считаете, что на войне погибали лучшие?

— Потому что они вели за собой и были всегда впереди.

— А кто же, по-вашему, остался?

Я посмотрел на его кабинетно-верноподданное лицо и ответил:

— Посмотрите в зеркало!

И вышел из кабинета.

Было горько и больно: потрачено столько времени, и сил, и здоровья! И самое обидное: фильм даже в таком кастрированном виде всё равно многим нравился. Приведу цитату из интервью Глеба Стриженова, которое он дал через много лет, незадолго до смерти:

ЖУРНАЛИСТ: Вы снимались во многих фильмах — какой из них доставил вам самую большую радость?

ГЛЕБ: «Сорок минут до рассвета».

ЖУРНАЛИСТ: А какой — самое большое огорчение?

ГЛЕБ: «Сорок минут до рассвета».