Читать «100 великих криминальных драм XIX века» онлайн

Марианна Юрьевна Сорвина

Страница 88 из 184

– нонсенс вдвойне. Но и к этому обстоятельству ключ имеется: Сарра была дочерью от первого брака Ильи Беккера. А, учитывая наличие второго брака, девочка фактически становилась золушкой, прислугой, чем-то вроде несчастной Сони Мармеладовой, вынужденной помогать семье и приносить пользу. Соня пошла на панель, чтобы выручить малолетних детей от второго брака отца. Сарра стала охранником кассы и погибла.

Приказчиком ломбарда был Иван Миронович, а располагалась контора на Невском проспекте, 57.

В тот день Беккер уехал к новой жене в Сестрорецк, куда собирался перебраться с дочерью. Сарра осталась на ночь в конторе Мироновича караулить. Раньше ей в помощь выделяли дворников, но они приставали к девочке, и от этого плана отказались.

А утром 28 августа 1883 года в контору пришли за обещанными заказами скорняк Лихачев и портниха Пальцева. Они-то и обнаружили открытую дверь кассы. Оба войти не решились и позвали дворников. Так был обнаружен труп Сарры. Ее тело лежало на спине поперек мягкого кресла, ноги свешивались через подлокотник. Обнаженные выше колен ноги были широко раздвинуты, что могло указывать на сексуальное насилие, но могло быть и нарочитой инсценировкой. На лбу жертвы, над правой бровью, была большая рана, проникающая до кости, а ей в горло был засунут носовой платок.

Первой уликой стал клок волос, крепко зажатый в руке Сарры. В правом кармане ее накидки лежал ключ от двери в кассу, в левом кармане – недоеденное яблоко. По всему помещению были разбросаны десять просроченных квитанций на заложенные вещи какого-то Грязнова и его же вексель на 50 рублей. Возможно, этот тоже было отвлекающим маневром.

По словам приказчика Мироновича, из кассы пропало 50 рублей и предметы, выставленные в витрине, на сумму 400 рублей. Странным казалось то, что вещи гораздо большей ценности, более чем на тысячу рублей, остались нетронуты злоумышленниками.

Жажда убийства

Судебные медики предположили покушение на изнасилование. И тут внимание следствия привлек сам Иван Миронович. Это был отставной подполковник, в 1859 году поступивший на службу в столичную полицию. В 1871 году он оставил службу и занялся кредитованием, попросту – ростовщичеством. Миронович работал в полиции в годы ее реформы и хорошо знал все формальности. Но в чем мотив?

Мотив нашелся быстро. Предполагали, что он мог интересоваться Саррой. В результате он был арестован на основании показаний нескольких свидетелей. По их словам, он заигрывал с девочкой, допускал вольности, дарил сладости и незадолго до её гибели даже подарил золотые серьги. Илья Беккер рассказал, что однажды застал сцену: Миронович сидел в кресле и держал на коленях Сарру. Они целовались. Беккер предпочел уйти. Хозяин все-таки.

Казалось бы, с Иваном Мироновичем все понятно. Но никаких следов спермы и крови на одежде, никаких телесных повреждений обнаружено не было. Выяснилось, что в момент убийства Миронович был далеко от места преступления, встречался с подругой. Все улики против него были косвенные. А все его любовницы и бывшая жена говорили о нем только хорошее: и добрый он, и не жадный, и не обидел никого.

А на следующий день, 29 сентября 1883 года в 3 часа, в полицию пришла некая Екатерина Семенова и призналась в убийстве.

Эта девушка была дворянкой, но вела беспорядочный образ жизни, залезала в долги и совершала кражи. Ее отец был осужден за подлог, она воспитывалась в интернате. У нее не было работы, и она часто меняла любовников. В последнее время Семенова жила с бывшим полицейским Михаилом Безаком, безумно его любила и хотела привязать к себе. Семенова начала воровать. Из комнаты соседа она украла одежду и два ордена, все это заложила. Потом украла у подруги золотые часы, которые заложил Безак. А дальше она пошла на крупное ограбление. Интересно, что убийство, по словам Семеновой, случайностью не было: жертву она высмотрела заранее. Причем нашлись свидетели, которые видели, как эта женщина долго беседовала с девочкой, сидя с ней на лестнице. В Екатерине Семеновой угадывалась экзальтированная натура: из таких психопатических женщин в конце XIX и первой четверти ХХ века получались идеальные террористки и красные атаманши. В сущности, ей все равно было, кого убить, главное – испытать это незабываемое чувство. Она увидела девочку, сторожившую кассу, 27 августа и решила, что это будет легкая жертва. Никакого сострадания убийца не испытывала. Это был лишенный эмпатии абсолютный эгоизм.

Семенова показала, что она принесла вещи в залог и Сарра согласилась принять их в неурочное время и в отсутствие хозяина впустила ее в помещение кассы. Семенова попросила воды, и девочка вышла в кухню, а убийца достала гирьку и несколько раз ударила ее по голове. Сарра упала на пол, а Семенова отнесла ее в комнату, положила на кресло и зажала ей рот платком. Сарра боролась с убийцей и укусила за указательный палец. Семенова попыталась совершить ограбление, но не смогла открыть замок на витрине и, побоявшись разбивать стекло, приподняла крышку и вытащила то, что смогла достать.

После совершения преступления она вернулась в гостиницу к своему сожителю, успев выкинуть в реку гирьку, манжеты, вексель и портмоне Сарры, в котором были капли, которые Семенова ей дала.

Всего Семеновой удалось похитить две пары часов, брошку, медальон, портсигар, портмоне и две коробочки запонок. Любовник взял украденные вещи и отправился их продавать. У Семеновой остались только 5 рублей и золотые наручные часы.

На что рассчитывала эта женщина, которую Всевышний обделил не только душой и сердцем, но и умом? Ясно было, что хитрый Безак не вернется, а награбленное использует сам. Очевидно, вероломство возлюбленного так поразило Семенову, что она решила пойти в полицию. Иначе следствие никогда не добралось бы до нее и осудили бы только Мироновича.

Паутина лжи

Хозяина кассы освободили, вскоре арестовали сбежавшего Безака – за подстрекательство к убийству и сбыт краденого. Безак внезапно заявил, что на самом деле все было не так. Семенова оговорила себя из ревности к нему. Он вообще ничего о происхождении вещей не знал. Убийство совершил Миронович, пытавшийся