Читать «Игра в сердца» онлайн

ничьей земле, не примыкая ни к одной из группировок.

Так заканчивается очередной безумный эпизод «Одинокого волка», и, кажется, этот сезон станет моим любимым. Не знаю, как вы, но мне после сегодняшней серии нужно прилечь и опрокинуть большой бокал австралийского шираза. Хотя лучше сделать это сидя. Пожалуй, обойдусь без «прилечь».

До следующей серии, друзья.

Мне пока совсем не хочется домой и, надеюсь, Роберта примет мой исправленный текст и все-таки меня не выгонит.

Глава четырнадцатая

Представьте: вы на краю света вдали от близких и родных, и двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю вас крупным планом снимают на камеру. Вы приехали искать любовь, но вас только что отвергли на глазах у двадцати человек, и вскоре это станут обсуждать двадцать миллионов.

А уехать нельзя.

Бедняжка Элизабет. Ее исключили пять дней назад, а она все еще в особняке. Якобы потому что вышла накладка с рейсами. Но я-то знаю правду, и Элизабет тоже знает. Пропал ее паспорт. Джек взял ответственность на себя, говорит, это случилось «в его смену». Он сам отвез Элизабет в консульство, чтобы та могла получить новый паспорт как можно скорее, но в любом случае это займет несколько недель. До тех пор она никуда уехать не может.

И все бы ничего, если бы в особняке остались только «хорошие девочки». Или даже Дафна. Дафна, может, и высокомерная ослица, но в целом безобидна и никогда открыто никого не третирует. Но стоит Элизабет остаться в одиночестве даже на минутку, как откуда ни возьмись появляются эти зверюги, Тара и Кайли.

Поскольку по сценарию Элизабет должна быть уже в Англии и ее никогда не снимают, они пользуются этим на полную катушку. Не просто задирают, а включили полноценный режим гадин и говорят ужасные вещи прямо ей в лицо.

– Ты такая невзрачная и скучная; как ты вообще попала на это шоу? – заявила вчера Кайли.

Я тут же ринулась защищать Элизабет.

– А ну заткнись сейчас же.

Но Кайли лишь рассмеялась, а Тара присоединилась к издевательствам.

– Ну да. И Дэниел никогда не выбрал бы такую мышь. Странно, что ты так долго продержалась.

Бекка встала и с угрожающим видом направилась к Таре и Кайли.

– Пошли отсюда, – прорычала она, и они выбежали в патио, хихикая, как нашкодившие школьницы.

– Спасибо, – сказала Элизабет Бекке. – И тебе тоже, Эбби.

– Ты не заслуживаешь, чтобы с тобой так разговаривали. А они просто гадины, – сказала Бекка.

По-прежнему расстроенная Элизабет кивнула, но Бекке явно не удалось ее убедить.

– У тебя есть мы, поняла? – сказала я.

– Именно! – добавила Бекка. – Мы всегда встанем на твою защиту. – Кажется, Элизабет немного приободрилась и даже согласилась сразиться в карты с нами и Каз.

Если и есть что-то положительное во всей этой ситуации, так это то, что дружба Элизабет и Бекки, в какой-то момент давшая трещину, кажется, снова срослась. И все же мне кажется, что Элизабет жалеет, что не воспользовалась предложением Джека, когда тот сказал, что может снять ей номер в отеле. Она отказалась, объяснив это тем, что лучше останется в особняке с подругами, чем будет одна сидеть в номере.

А я, наоборот, убить готова за то, чтобы побыть в одиночестве в номере отеля. Хотя бы на одну ночь. Ведь я всю жизнь жила одна, а тут вынуждена соседствовать с одиннадцатью волчицами.

Глядя на Тару и Кайли, которые ведут себя как гопницы со школьного двора, не верится, что передо мной взрослые женщины: у них есть работа, семьи и друзья, которые, может, даже их любят (хотя если подумать, скорее всего, не любят и в этом причина их ужасного поведения). Короче, мне приходится напоминать себе, что передо мной нормальные функциональные взрослые.

Не удивлюсь, узнав, что именно они ответственны за «пропажу» паспорта Элизабет.

Между прочим…

Я тихо стучу в дверь аппаратной. Сегодня меня не приглашали, но я хочу поделиться своей теорией с Джеком и Гарри и посмотреть, что они скажут.

Дверь приоткрывается, и я вижу в просвете лицо Джека. Его прекрасное лицо.

– О, привет! Хочешь зайти? – спрашивает он и открывает дверь шире. Он давно не был со мной так дружелюбен, и у меня появляется капелька надежды, что и наша давшая трещину дружба скоро срастется.

– Да, я просто хотела поговорить кое о чем с тобой и Гарри.

– Конечно, заходи. – Я захожу в аппаратную. Кроме Джека и Гарри, там сидят Тим и Сильвия, режиссер монтажа. На экране – застывшие лица Тары и Кайли; те, несомненно, замышляют недоброе, и очень кстати, что показывают именно их, ведь о них я и пришла поговорить. Только не хочу ничего рассказывать при остальных. Джек, должно быть, это чувствует.

– Ребята, не хотите сделать перерыв? Минут на десять? – предлагает он, облокотившись на один из рабочих столов. Тим вскакивает со стула.

– Привет, Эбби, – бросает он и спешит к выходу. Сильвия что-то печатает на планшете, улыбается и тоже уходит. Остаемся мы втроем. Братья выжидающе смотрят на меня.

– Я вас не задержу. Вижу, у вас работа. Это насчет паспорта Элизабет.

Гарри кивает и с любопытством прищуривается, а Джек расстроенно вздыхает.

– Погоди, – говорит он, встрепенувшись, – он нашелся?

– Э-э-э… нет. – Он понуро опускает плечи и жестом велит мне продолжать. – Но я тут подумала… Не может быть, чтобы паспорт вот так взял и исчез. У нас в комнатах сейфы, Элизабет сказала, что положила паспорт в сейф, когда приехала, так? – Они кивают. – А когда Табита уезжала из особняка, ее паспорт лежал в том же сейфе, и ей пришлось его достать. – Глаза Гарри превращаются в узкие щелочки, а Джек поджимает губы. – Что если она забыла запереть сейф и паспорт Элизабет остался лежать в открытом сейфе? И любой мог его взять?

– Мы об этом думали, – ответил Гарри, – и опросили всех членов съемочной группы, не видели ли они его «случайно». Хоть нам и было очень неприятно.

– Мы уверены, что наши ребята тут ни при чем, и думаем, что, может, Элизабет сама его куда-нибудь переложила, спрятала в безопасное место и забыла, куда именно. Или… – он косится на Гарри, и Гарри кивает, – …его могла украсть уборщица.

– Мы все-таки надеемся, что нет, – поспешно добавляет Гарри.

– В том-то и дело. У меня другая теория, – говорю я.

Джек слегка приподнимает подбородок, демонстрируя любопытство, и облизывает губы. Совершенно невинный жест – наверно, просто губы пересохли, – но я могу думать лишь о том, как он невероятно привлекателен. Хочется прогнать Гарри, наброситься на Джека