Читать «Поиск» онлайн

class="p1">– Постой тут, – прошу Катю, беря эту миссию на себя. – Не стоит тебе смотреть.

Она послушно остаётся. Я иду первым, за мной – Дэн, третьим – Бык, неохотно переставляющий ноги. Лагерь на первый взгляд пуст, рюкзаки лежат нетронутыми, палатки выглядят такими, какими мы их оставили.

– Если его не было в первый раз в палатке, откуда бы ему здесь взяться? – тихо шепчет Бык.

– Всякое бывает, – отвечает ему Дэн. – Я в этом лесу уже ничему не удивляюсь.

Он прав. Я тоже перестаю удивляться хоть чему-нибудь, потому что каждый раз лес подбрасывает нам новые сюрпризы. Поляна и правда не тронута, она ровно такая, какой мы оставили её в прошлый раз. «Мы зря теряем время, – думаю, – надо засветло прийти к лагерю, пока не началась непогода».

Но что-то не так. Только что? Я кожей чувствую изменения, словно общий фон стал другим. Волоски на коже аж дыбом встают от завывания ветра где-то на соседней поляне. Накатывает необъяснимый страх, и боковым зрением я вижу, как сжимается Катя, пряча руки в карманы. Мне тоже хочется съёжиться, забраться в палатку как в единственное укрытие и не выползать больше, но я только заглядываю в неё.

– Пусто.

Звучит излишне торжественно, но я действительно радуюсь тому, что мы не обнаружили ещё одного мёртвого потеряшку.

– Мне кажется, или рюкзака было два? – озадаченно спрашивает Дэн. Я тоже внимательно оглядываюсь. В прошлый раз здесь действительно валялись только два развороченных рюкзака. Сейчас лежит третий, открытый, словно его в спешке забыли застегнуть. Внутри бутылка с питьевой водой, грязная футболка, смятая карта и компас, ещё широкая кофта – навскидку больше моей размера на три.

Достав рацию, я зажимаю кнопку и говорю:

– Факел, ответь Соколу.

– Факел в канале.

– Нашли рюкзак, тёмно-красный, внутри серая флиска, футболка синего цвета с белой надписью, карта и компас, – я перебираю вещи, чтобы проверить, нет ли там чего ещё.

Егор не отвечает пару минут. За это время успеваю всё утрамбовать обратно и бросить рюкзак к двум остальным, чьи владельцы уже не придут.

– Это Пашин, – сообщает Егор. – Аля подтвердила. Ищите, он должен быть где-то рядом.

Понимаю, что выход из леса откладывается, и развожу руками, пока Бык недовольно закатывает глаза. На его месте я бы тоже был раздосадован, но глупо сворачивать с тропы, когда мы практически у цели.

– Осмотрим тут всё, – решаю я. – Бык, Дэн, идите направо, мы налево двинем. Держим связь. Рации заряжены?

Бык проверяет свою и кивает. Мы настроены на одну волну, заряд моей уже на исходе, но до конца дня ещё должно хватить. Я оставляю рюкзак в лагере, чтобы не таскать, потому что местом встречи всё равно назначены палатки. На всякий случай беру с собой футболку потеряшки и разрываю её на тонкие лоскуты – по-прежнему оставляю метки на деревьях, чтобы вернуться. Мне кажется, что таким образом я могу перехитрить лес, но он тоже не лыком шит.

– Он мёртв, думаешь? – испуганным шёпотом спрашивает Катя, будто боится громким голосом перебить шелест листьев. Она цепляется за мою руку потной ладошкой, которая почти выскальзывает из ответной хватки. – Или у нас есть шанс?

– Шанс всегда есть, – я запихиваю сигарету между губ и легко поджигаю её. Затягиваюсь и выдыхаю дым, который сразу же разносится ветром, не оставляя после себя даже намёка на запах.

Но что-то мне подсказывает – наверное, интуиция, – что шансов не так много.

Мы идём совсем в другую сторону от лагеря, куда ещё, кажется, не забредали. Деревья здесь растут реже, но сами они гуще, будто почва на этом участке плодороднее, солнца больше, водоёмы ближе. Под ногами уже собираются целые кучи листьев – это они за неделю успели так облететь? Я легко пинаю целую охапку, и они – красные и жёлтые – причудливо разлетаются в разные стороны. Катя прячет улыбку, и тогда я легко подхватываю листья, а потом бросаю в неё. Она смеётся и тоже тянется к земле, чтобы кинуть их в ответ.

Листьев много, а из-за нас они летят в разные стороны. Со стороны, наверное, выглядит забавно, но мне всё равно – мы даже несколько раз падаем в эти груды листвы. Я чувствую себя подростком, который возвращается после школы домой с подружкой, пинает жёлто-красные лёгкие кучи и слушает ругательства дворника в спину. Мне легко, и я дышу полной грудью, не прислушиваясь ни к ветру, ни к самому лесу. Он ослабляет хватку, чем ближе мы к его краю, я чувствую.

Вдалеке шумит Аккем – мы не слышали его с тех пор, как зашли в самую чащу. Я набираю побольше листьев, и так случается, что бросаю Кате прямо в лицо. Она смешно фыркает, наклоняется за новой охапкой и внезапно замирает, как сурикат перед опасностью.

– Кать? – тихо зову её я, слегка нахмурившись. – Ты чего замерла?

– Там… – Она задыхается, и я подбегаю ближе. На её лице больше нет красок: она белая, и даже губы, которыми Катя едва шевелит, теряют цвет. – Кир, там…

Она не может ни слова выдавить больше, поэтому я наклоняюсь сам, с тревогой опуская руку в кучу листьев, и натыкаюсь на что-то холодное, твёрдое и… неживое. Это чья-то рука.

Лес заметает следы.

– Отойди. И отвернись.

Катя покорно отступает на несколько шагов, потом поворачивается ко мне спиной. Не хочу, чтобы она видела то, что может ждать нас под листьями. Я и сам не хочу, но другого выхода у меня просто нет. Аккуратно убираю несколько листочков с руки и вижу кожу – бледную, с тёмными мраморными прожилками. Такую же, как видел тогда у потеряшки в палатке. Ещё один.

Сметаю оставшиеся листья с тела, и ветер мне в этом помогает. Судя по ориентировке, это Паша – крепкий, рослый и совершенно точно мёртвый, можно даже не щупать пульс. У него чуть приоткрыт рот и вывален язык, глаза открыты и подёрнуты какой-то мутной пеленой. Меня начинает тошнить от одного только вида, и я молюсь, чтобы Катя не повернулась, но она оборачивается. Вскрикивает так, что эхо отражается далеко в лесу. Боковым зрением вижу, как она зажимает рот ладошкой, а потом отбегает к ближайшим кустам, и её всё-таки выворачивает. Мне от общей картины тоже хочется попрощаться с содержимым желудка, хотя с утра, кроме кофе три в одном и нескольких ложек тушёнки, там ничего и не было.

Сначала надо позаботиться о Кате – потеряшка уже никуда не торопится. Достаю из рюкзака остатки воды и протягиваю их ей. Она полощет рот, потом – пьёт, а после