Читать «Королевская кровь-14. Часть 2» онлайн

за управляющим. Во-вторых, графство граничит с Таммингтоном, а есть все основания полагать, что Рита сделает отличную партию. Поставь условие, что второй ее сын получит титул Кембритч и ему отойдут эти земли. Так ты получишь еще одного могущественного родственника. А это преференции при торговле. Будет куда продавать зерно из Залесья, будешь менять его на торф под удобрения и газ, у Тамми на болотах их полно.

Лорд Джон смотрел на него сощурившись.

— Я в тебе не ошибался, — наконец, торжественно, сказал он. — Ты мне, конечно, много крови… — он осекся. — Простите, ваше величество.

— Да прекрати, — недовольно проговорил Люк. — Я же сказал, никакого официоза, когда мы наедине. Конечно, я тебе попортил много крови, потому что я был испорченным сукиным сыном, а ты давил на меня, как танк, и постоянно был мной недоволен. Было за что, — он выставил руку, останавливая что-то покаянное, что хотел сказать лорд Джон. — Отец, не надо извиняться только потому, что я теперь ношу корону. Я тебя раздражал, ты меня бесил, но, смею надеяться, дальше мы будем жить в мире. Договорились? — он наклонился в кресле и протянул отцу руку, и тот, тоже склонившись, осторожно пожал ее. — А теперь к делу. Тому, зачем я пришел сюда.

Судя по лицу герцога, он вообще забыл о том, что у Люка было какое-то дело.

— Сейчас просто выслушай меня, — попросил его величество. — Дело в том, что с короной ко мне перешли… некоторые возможности, отец. И я очень хочу узнать про обстоятельства своего рождения и вашей с мамой свадьбы, — тут лицо лорда Джона закаменело, — от непосредственных участников. Я хочу снять тебе блок… но потом вынужден буду поставить снова. Ты… поговоришь со мной? — Люк очень аккуратно подбирал слова.

Герцог молчал, глядя куда-то в сторону. Затем встал, вытянул из бара темную бутылку, ударом кулака выбил пробку — Люк удивленно присвистнул — и достав из буфета бокал, наполнил его. И сделал несколько глотков.

— Правильно, что не доверяешь никому. И мне. Правильно. Но… я хочу иметь возможность поговорить с Шарлоттой, — сказал лорд Кембритч, так же аккуратно подбирая слова. — Мы ведь никогда, вообще никогда не могли обсудить… — он замолчал и судорожно сделал несколько глотков.

Люк задумался. Луциус объяснил на бумаге принцип работы запрета — тот ставился на определенные участки памяти, блокировал речевой центр при попытке что-то рассказать, блокировал дыхательные функции и сердечные при дальнейшем упорстве. Но действительно было бы удобнее, если бы в будущем Люку можно было бы спокойно общаться с родными на эту тему, не снимая-устанавливая постоянно запреты. Ладно, мама точно не будет болтать, и ей он готов снять блок навсегда. Но отец… сегодня он преисполнился покоя и ушел от дел. Но ему еще и шестидесяти нет. Впереди еще лет тридцать активной жизни. И вдруг в голове перемкнет и решит Люка шантажировать тем, что откроет народу правду? Придется папеньку ликвидировать, а это будет крайне неприятно.

Последнее он подумал тоном Тандаджи и усмехнулся этому.

— Я подумаю, как это устроить, — пообещал он. Поднялся. — Не вставай. Мне так будет удобнее.

В этот раз получилось куда быстрее — пальцы словно запомнили, что делать. И кровь у лорда Джона не пошла — отец лишь морщился несколько раз, когда Люк расплетал срединный узел. И когда его величество закончил, лорд Джон трясущейся рукой взял бокал и допил вино. Люк проводил его тоскливым взглядом. И набросил на них обоих щит.

— А теперь расскажи мне, как ты стал моим отцом, — попросил его величество.

Герцог потер лоб, прикрыл глаза, словно вспоминая, и вновь наполнил бокал.

— Тогда я служил в Великой Лесовине, — проговорил он. — Я два года как закончил местную военную академию, имел звание лейтенанта и никаких перспектив. Я говорил тебе, что выбрал не столичное заведение, потому что будущий политик должен быть ближе к народу. Но это не так. Кембритчи были бедны, Люк, мы были на грани разорения. Я родился поздним ребенком, Александр, как ты знаешь, был старше меня на тридцать лет. Все думают, что мой отец погиб от несчастного случая, но это не так. Уже при нем наши дела были очень плохи, и отец застрелился, когда мне было десять. После этого мать слегла с неврозом и лежала четыре года, пока не отошла к Жрецу во сне. Александру, — так звали дядю Люка, старшего брата лорда Джона, — еще успели дать отличное экономическое образование, но он всегда был слаб и эксцентричен, и мы жили на то, что продавали земли до тех пор, пока продажа не лишила бы нас титульных земель.

Он вздохнул — и Люк не выдержал, встал, взял бокал и плеснул туда немного вина. И, даже не коснувшись языком, втянул винный аромат, сладкий, ягодно-терпкий, с легкой кислинкой, свежий, и прикрыл глаза.

Ну хоть так. Не дышать всласть он обета не давал.

Отец следил за этим всем с недоумением, но продолжал.

— К тому времени, как я отучился в школе и мне пришла пора поступать, мы были бедны так, что в доме оставалась одна экономка, старушка Зинаида Алексеевна, которой просто некуда было идти и которая и вела хозяйство. Аренда земли фермерами покрывала только наши долги, которые наделал отец. Я так стыдился бедности, того, что наследник древней фамилии не имеет смены одежды, чтобы ходить в школу, что ненавидел и брата, который не желал ничего делать, и тех, у кого было все, чего не было у меня. Тебе не понять этого, Люк — Дармонширы богаты, и у тебя всегда было все, что бы ты ни захотел.

— Это так, — не стал спорить Люк. Не каждому дед дарит команду трасфлая. Не у каждого в наследстве десятки деревень и виноделен, форты и замок, порты и рыбные места, и земля, которая родит, стоит только палку воткнуть.

— У нас в доме была огромная библиотека. И там целая полка — история Кембритчей. Все от первых Кембритчей до получения нами статуса аристократов двух стран и дальше — великая история, история свершений, путешествий, завоеваний, торговли и вознесения. Я читал ее у камина, в который мы не могли купить дрова, и мечтал о том, что когда-нибудь я возрожу величие семьи.

— Чтобы никогда больше не быть в нужде, — подсказал Люк.

— Не подвергаться насмешкам. Не испытывать стыд, — лорд Джон поставил бокал на стол. Встал. Прошелся туда-сюда по комнате, остановился у кровати, глядя