Читать «Топить в огне бушующем печали. Том 3» онлайн

звоном мифриловая пуля упала на землю, и не успевшие зажить раны Янь Цюшаня, утратив опору, сразу же открылись по новой. Издав приглушенный стон, командир лишился сил, и у него из-за пазухи вывалилась кукла Чжичунь.

Янь Цюшань успевал сделать всего одно движение — и он крепко зажал Чжичуня, помешав тому закрыть командира собой.

На этот раз Чжичунь остался цел и невредим.

Деревянная кукла, упав на землю, тут же вскочила на ноги и заорала, задыхаясь от злости:

— Ты назло мне жизнью рискуешь?! Совсем больной?!

— Ай, ладно, хватит… — Ван Цзэ облегченно выдохнул, схватил куклу Чжичуня и сунул ее в руку Янь Цюшаня, которой тот еще мог двигать. Не успел он закончить свою примирительную фразу, как вдруг, будто завидев, что оперативники расслабились, на них отовсюду обрушился шквал мифриловых пуль.

Прикрывая Янь Цюшаня, Ван Цзэ откатился с ним в сторону. В тот же миг пули продырявили «защитную сеть», сдерживающую толпу.

Волосы у Ван Цзэ встали дыбом. Сеть «заморозила» по меньшей мере несколько сотен человек, которые только что воодушевленно с ними препирались. Теперь, когда хаос возобновится, им повезет, если их просто растопчут.

— Твою мать… — пробормотал Ван Цзэ.

Но случилось чудо: то ли стихли ревербераторы, тревожившие разум людей, то ли северно-западный ветер остудил им, замершим, кровь, как бы то ни было, толпа, обезумевшая от страха, освободившись, лишь слегка заволновалась. Люди перестали громко кричать, а некоторые собственными глазами увидели необыкновенную сцену: как серебристого цвета пули неестественно меняли траекторию, огибая застывших «деревянных человечков» и целясь только в «особенных».

Кто-то прошептал:

— Похоже, они и правда не хотели в нас стрелять…

— Даже если так, катитесь отсюда, быстро! Кто знает, какие трюки у них в запасе! — опомнившись, заорал Ван Цзэ. — Всем отделам внимание! На три часа как минимум два снайпера, на восемь часов… твою мать, еще летят!

Чем мощнее способности, тем сильнее притяжение мифриловых пуль. Нынешний и бывший командиры отряда «Фэншэнь», собравшись вместе, стали слишком крупной мишенью, и с невероятной быстротой пуля устремилась именно к ним. В одно мгновение плотное облако серебристого свечения приблизилось ко всем троим.

Ван Цзэ и Янь Цюшань одновременно отшатнулись друг от друга в разные стороны. Кости командира Яня, не успевшие срастись, хрустнули, и он, не удержав равновесия, тяжело ударился локтями о землю. Любой человек, знавший хотя бы основы рукопашного боя, не рухнул бы с такой силой, но Янь Цюшань, казалось, позабыл все, чему когда-то учился, и сосредоточил внимание только на том, чтобы покрепче удержать Чжичуня. Серебристый свет метнулся к ногам кого-то из них, и командир, даже не подняв головы, что есть мочи выгнул спину, силясь закрыть собой деревянную куклу, — до всего остального ему решительно не было дела.

Но в этот момент преследовавшее их без устали серебристое свечение вдруг исчезло.

Янь Цюшань, весь напрягшись, уже приготовился к тому, что его превратят в решето, но тут отчетливо услышал звон упавшего мифрила. Мгновение он помедлил, а затем, подняв голову, увидел стоявшего рядом с ним старика. Тот, сняв с себя толстенное ватное пальто, взял его в руки и широко раскинул их, точно пугало: его верхняя одежда из первосортного хлопка, превратившись в огромный щит, загородила собой Янь Цюшаня.

А мифрил изменил траекторию, обогнув обычного человека.

Янь Цюшань смотрел на незнакомого ему старика, и на его лице, на котором редко читались эмоции, застыло удивление. Хотя пожилой мужчина выглядел довольно опрятно, все в нем: и изрытое морщинами лицо, и изношенные воротник с манжетами, и длинные нитки вместо пуговиц — говорило о небогатой жизни.

Морщины, тянувшиеся от уголков глаз к вискам, блестели от слез, он снова и снова повторял одну и ту же фразу: «Сяо Чжан был хорошим человеком».

Янь Цюшань оцепенел, а затем его вдруг осенило: тот парень из «Фэншэнь» в штатском, убитый мифрилом прямо у него на глазах… кажется, он носил фамилию Чжан.

— Мы жили по соседству. Он рос у меня на глазах… — Голос старика утопал в шуме, и лишь чуткие уши «особенных» могли выловить в общем гомоне его слабые причитания: — Я нахожусь в системе «пяти обеспечений», толку от меня никакого, сам себе опостылел… Я стар, но все никак не помру, в моем ветхом домишке даже лифта нет, кто теперь будет приносить мне рис?.. За что его убили?

Старик, словно неуклюжая наседка, заслонял командира от мифриловой пули и без умолку бормотал, а затем спросил у пустоты:

— Что за ужасное время?

Ван Цзэ бросился к Янь Цюшаню:

— Командир Янь! Ты как?

— Догони их… — Отмахнувшись от руки помощи, которую Ван Цзэ ему протянул, Янь Цюшань оперся о землю и сорвал с формы товарища все металлические пуговицы. Сделав из них крошечные подпорки, чтобы укрепить раненую ногу, он рывком поднялся. — Не позволю ни одной сволочи, стрелявшей из-за угла, сбежать.

Грубым движением он пропихнул полую куклу Чжичуня поглубже в пальто:

— Молчи.

Но Чжичунь взревел:

— Это всего лишь деревянная кукла! Манекен! А сам я стою перед тобой и сейчас влеплю тебе пощечину! Ты, придурок…

— Руки коротки, — перебил его Янь Цюшань. — Что от тебя осталось, кроме этой деревянной куклы? Я был командиром отряда «Фэншэнь», и тогда, с шэньдао, я приказал вам всем убираться, почему ты меня не послушал? Кто дал тебе право своевольничать? Или то, что ты древний меч, наделяет тебя привилегиями?

Все металлические детали, которые были на «особенных» поблизости, Янь Цюшань успешно изъял, и вскоре его отливающая металлом фигура бросилась туда, откуда летели мифриловые пули.

— Зачем мне твоя защита? По-твоему, я какое-то ничтожество?!

Ничего не понимающие люди прекратили толкаться и пинаться и стали, тыча пальцами, шепотом обсуждать старика, который, подняв свое ватное пальто, обернулся живым щитом. Народ заметил и то, как его обогнули мифриловые пули.

Оперативники отряда «Фэншэнь», очухавшись, немедленно бросились следом за Янь Цюшанем. Они тоже были вооружены мифрилом и за долгие годы совместной работы добились молчаливого взаимопонимания. Все их движения были точными и выверенными, и они никоим образом не могли даже нечаянно навредить товарищам. Как только взбунтовавшаяся толпа утихомирилась и все помехи исчезли, первая волна мифриловых пуль довольно быстро поразила несколько целей.

В этот момент блокиратор на ухе Ван Цзэ пару раз мигнул:

— Командир Янь, наденьте блокиратор, а затем… может, нам с вами оставить пару коллег на раздаче? Реверберация возобновилась.

Янь Цюшань, не успев ничего ответить, смог ощутить эти звуковые волны — собственными ушами.

На этот раз реверберация смешивалась с явственно слышимой музыкой. Это звучание казалось знакомым,