Читать «Топить в огне бушующем печали. Том 3» онлайн

него хотелось зажмуриться… Сюань Цзи был совершенно не похож на того интернет-зависимого юношу, который грыз семечки и слушал оглушительный хеви-метал.

Теперь он выглядел так, как и представлял себе Сяо Чжэн божество-хранителя Наньмина.

Затем это «божество-хранитель» с самодовольным видом подошло к нему и, прищурившись, окинуло взглядом с ног до головы:

— Старина Сяо, тебе галстук не жмет? Я вчера фильм ужасов смотрел, там у повешенной ведьмы веревка и то посвободнее была… Ой, ты и косметикой воспользовался? У тебя лицо от затылка по цвету отличается! Ха-ха-ха-ха!

Сяо Чжэн опешил. Вот тебе и божественная птица!

— Вы все так по-деловому себя ведете, это меня нервирует. — Потирая руки и притоптывая ногой, Сюань Цзи откуда-то достал сигарету и зажал ее в зубах. Краем глаза он заметил скопление птиц, устроивших «паломничество», и как последняя сволочь выдохнул дым прямо в них. Птицы встрепенулись и одна за другой упорхнули — видать, поспешили в свои гнезда поделиться с другими новостью: старейшина Наньмина, бывший стажер, — тип совершенно невоспитанный, и, судя по всему, божественной птице пришел капец.

Прочистив горло, Сяо Чжэн весьма неловко спросил:

— Как там его величество?

— Не встает, может, боится, что я с него за все спрошу, — шепотом проговорил Сюань Цзи. Когда из-за выпущенного им дыма перила освободились, он с чувством удовлетворения сам на них облокотился. — Как только он очнется, я сразу же схожу в Отдел ликвидации последствий, скажу ребятам, чтобы они не сильно по мне скучали.

— А, точно, — воскликнул Сяо Чжэн, — как раз хотел тебе сказать. Ян Чао из твоего отдела сдал первичный экзамен и готовится к собеседованию. Если поступит, то подаст заявление об увольнении. Говорят, он уверен в себе на девяносто процентов.

Сюань Цзи промолчал.

Старейшина клана Чжу-Цюэ не удостоился должных почестей, и даже его подчиненные разбегались кто куда.

— Он сказал, что и «особенным»-то себя не чувствует, — добавил Сяо Чжэн. — Что лучше жить как обычный человек.

Сюань Цзи с печалью спросил:

— Алая Бездна разгорелась, а у него все равно не проявилось никаких способностей?

— А, он сказал, что после возвращения оттуда зубрить у него получается лучше прежнего.

— Скорее всего, тут не в Чиюань дело, а в дедлайнах.

Сяо Чжэн долго смеялся, а затем сообщил:

— Пришли результаты расследования по делу профессора Хань.

— Что там?

— Мы отследили аккаунт Ло Цуйцуя, который он использовал для контактов со школой Изначальной Истины, и нашли доказательства его тайной связи с Гун Чэнгуном, — рассказал Сяо Чжэн. — Это Гун Чэнгун наказал ему сопровождать нас тогда. Сейчас этих двоих уже не допросить при всем желании, но, вероятно, они опасались, что группа по исследованию Чиюань в действительности что-то найдет.

К несчастью, в тот день алтарь Алой Бездны открыл свои врата. А профессор Хань, будучи представителем линии физических и психических сил с исключительным опытом изучения артерий земли, должно быть, обнаружила в период бурной активности Чиюань некую скрытую в древнем узле тайну.

— Той ночью Гун Чэнгун ни с того ни с сего приказал Ло Цуйцую уничтожить ее как свидетельницу. Причины и обстоятельства происшедшего нам неизвестны. Профессор Хань не остерегалась своих же коллег, и Ло Цуйцуй заманил ее в глубины ущелья при помощи ревербератора. Эм… начальнику Хуану так и не предоставилось возможности переговорить с тобой лично, он попросил меня передать его благодарность.

— Не стоит, — растерялся Сюань Цзи, — я и так от стыда места себе не нахожу. Если бы тогда я не вышел из дома, не открыл бы алтарь Чиюань, она бы не…

— Если кто-то погибает из-за правды, то виновата не сама правда, а тот, кто пытался ее скрыть, — с серьезным видом заметил Сяо Чжэн. — Ты же древнейший, великий демон-яо, а говоришь такие лицемерные вещи, как простой смертный.

Сюань Цзи опешил.

— Несчастных, от кого школа Изначальной Истины избавилась вот так, по-тихому, слишком много, от некоторых даже следа не осталось, расследовать нечего. Начальник Хуан попросил поблагодарить того… свидетеля, который похож на защитную каску.

— Пожалуйста, — выдавил Сюань Цзи.

Сам ты каска!

Приняв строгий вид, Сяо Чжэн продолжил:

— Мы возобновили расследование незакрытых дел, касающихся смертей «особенных» в результате несчастного случая, включая несовершеннолетних и лиц, наличие способностей у которых не было подтверждено. Что касается прав «особенных» и контроля над ними, в том числе и определения прав человекоподобных существ вроде духов оружия, в ближайшее время страны, вероятнее всего, приступят к обсуждению законодательства на официальном уровне. Надеюсь, к тому времени…

— Кстати, об этом, — перебил его Сюань Цзи, — как поживает командир Янь?

— Все по-старому. Из его тела извлекли еще не все металлические детали, медики не разрешают ему выезжать на операции. Я ему сто сообщений отправил, может, через неделю хоть одно-два предложения в ответ пришлет, — Сяо Чжэн вздохнул. — Он все свое время проводит в Отделе реставрации древних рукописей, пытается найти хоть какую-нибудь ниточку, ведущую к русалкам. Но ведь они уже вымерли, и потомков у них не осталось…

Не успел он договорить, как Сюань Цзи вдруг сунул ему хрустальный флакончик размером чуть больше цуня.

— А я ему говорю… Это еще что такое? Медный купорос?

Жидкость внутри была ярко-синего цвета.

— В тот день, когда запретное искусство вернуло меня на четыре тысячи лет назад, старейшина русалок дал мне это, — объяснил Сюань Цзи. — Прежде я не понимал, что это такое, но недавно от нечего делать изучил древние иероглифы на бутыльке, и оказалось, что это письменность древнего народа гаошань.

Сяо Чжэн вдруг понял, чем может быть эта жидкость, и маленький пузырек, который он сжал двумя пальцами, вдруг показался ему невыносимо тяжелым. Даже он, молодой господин из богатой семьи, испытал трепет. Прижав хрустальный флакончик к груди, чтобы не выронить его из трясущихся рук, директор Сяо, запинаясь, заговорил:

— Эта вещь такая… такая древняя…

— Должно быть, это та письменность, которой их клан пользовался во дворце Байюй. На некоторых жертвенных предметах там встречались похожие надписи. На бутыльке написано: «Переправа между жизнью и смертью». Я думаю, что…

— Так это кровь русалки? — Голос Сяо Чжэна задрожал. — Помоги… помоги мне позвонить! У ме-ме-меня руки заняты…

— Позвонить куда?

— В Центральный координационный штаб! — Сяо Чжэн верещал так, словно держал в руках бомбу, готовую взорваться. — Скажи им, пусть притащат сейф с постоянной температурой! Да я перед тобой сейчас на колени встану, как ты мог такую важную вещь просто достать из кармана?!

Сюань Цзи растерялся.

Он ведь раньше и сам не знал, что это такое. Старейшина русалок бутылек не то что из кармана вытащил — он швырнул его