Читать «Топить в огне бушующем печали. Том 3» онлайн

во всем мире было не так уж и много «особенных», во-вторых, даже если бы они и оказались в тех местах, то при стрельбе наугад обычные люди просто преграждали бы путь мифриловым пулям. Возникшая во всех случаях паника привела к давке, и пострадало немало человек. В один миг «организация по борьбе с „особенными“» превратилась в синоним к словам «идиоты» и «террористы». А «особенные», напротив, получили огромную долю сочувствия: ведь их особенности врожденные, как пол или расовая принадлежность, неужели они должны подвергаться дискриминации лишь потому, что родились такими? Разве это политкорректно?

Несколько дней спустя Бюро по контролю над аномалиями огласило список лиц, причастных к происшествию с Зеркальными бабочками, и весьма откровенно изложило все обстоятельства этого дела. С телами, в которых паразитировали бабочки, разобрались по-тихому, зарегистрировав смерть жертв как естественную. Поначалу Бюро хотело убедить всех, что марионеток Зеркальных бабочек больше не осталось, и тем самым успокоить граждан, однако умения налаживать связи с общественностью им не хватало, и это лишь вызвало новую волну споров о моральных принципах, связанных с жизнью и смертью.

Разъяренные родственники покойных и их друзья не собирались мириться ни с изначальным сокрытием всех фактов, ни с последующими попытками незаметно избавиться от тел. Недавно созданный в Бюро Отдел по связям с общественностью пыхтел три дня, приносил глубочайшие извинения, публиковал списки причастных к делу сотрудников, разрабатывал планы разрешения ситуации и отчислял компенсации пострадавшим… но все было тщетно: их все равно обругали с ног до головы.

Одни называли пиарщиков бездушными, другие говорили, что они играют на чувствах людей, третьи писали целые статьи, в которых критиковали устройство Бюро по контролю над аномалиями и требовали у правительства распустить эту прогнившую организацию. Находились и те, кто выражал полное нежелание жить в одном мире с «особенными». Они отчаивались настолько, что грозились устроить голодовку, если полиция не арестует и не казнит всех «особенных». А публикаций с заголовками вроде «Человеческая жизнь стоит всего ХХХ: они утверждают, будто обманывают нас ради нашего же блага» было хоть отбавляй.

Короче говоря, либо восточный ветер преобладает над западным, либо западный над восточным. Общество, три основы мировоззрения которого рухнули в одночасье, стало напоминать раскаленную сковороду с маслом, а любое действие «особенных» или их противников было словно кипяток: сунешься — тут же все лицо забрызгает.

Однако и самих «особенных», и участников связанных с ними происшествий всегда было немного. Большинство же вдоволь повозмущалось и вынужденно вернулось к повседневным делам.

Вопрос о том, как обычным людям и «особенным» уживаться вместе, стоял довольно остро и требовал долгих обсуждений, но в краткосрочной перспективе отходил на задний план, отодвигаемый более насущными проблемами. Например, начался новый семестр, сверху спустили новые KPI, начальник-кретин опять затеял свой дебильный тимбилдинг, выгрузили результаты вступительных экзаменов в магистратуру… Или вот, например: Центральный банк объявил о повышении процентной ставки, и вслед за этим необъяснимым образом подскочила арендная плата, а все, кто батрачил за гроши, заливаясь плачем, принялись считать, насколько вырастут их ипотечные платежи.

Так люди и встретили весну: в панике и тревоге.

Мир, словно живой организм со своим обменом веществ, постепенно переварил мутировавшие под воздействием аномальной энергии растения и восстановил естественные темпы роста. А сплетни о знаменитостях и выпуски новостей «Синьвэнь Ляньбо» вновь незаметно вернулись в топы поисковиков.

Что до Сюань Цзи…

«Тридцать пять и девять», — он записал новый показатель температуры тела Шэн Линъюаня. Выше вчерашнего на 0,3 градуса.

За последнее время сердцебиение Шэн Линъюаня постепенно увеличилось с одного слабого удара в десять минут до примерно сорока ударов в минуту, а температура тела, словно у оттаивающего человека, мало-помалу повышалась.

Записав показатели, Сюань Цзи надолго задержал взгляд на Шэн Линъюане, затем, вздохнув, вдруг нагнулся к его величеству, пытаясь уловить его тяжелые вдохи.

Дыхание вернулось к нему только в конце прошлой недели. Поначалу оно было прерывистым, подобно самому робкому ветерку в мире, чье дуновение могла остановить даже пылинка. Сюань Цзи понимал, что, пока Чиюань не запечатана, а в теле Демона Небес еле-еле, но все-таки теплится жизнь, рано или поздно Шэн Линъюань очнется. Однако он, дрожа от страха, сторожил слабое дыхание его величества целых три дня, пока оно, наконец, не выровнялось.

В голове Сюань Цзи каруселью закружились воспоминания. Он чувствовал, что все не так безоблачно и за ним тянется вереница неразрешенных обид. Чем глубже он погружался в свою память, тем сильнее гневался и яростнее сжимал одеяло.

В этот момент его телефон завибрировал. Взяв его, он увидел сообщение от Сяо Чжэна: «Ты сейчас свободен? Примешь гостей?»

Десять минут спустя старейшина Чжу-Цюэ, встречая посетителей, выглядел уже вполне уравновешенным.

Он не перенес Шэн Линъюаня в свою маленькую квартирку в Юнъани главным образом потому, что людей, желавших его увидеть, было слишком много, из-за чего Сюань Цзи мог здорово помешать другим жильцам. Так что на время они разместились в санатории на окраине Юнъани. Место это располагалось прямо у подножия горы Сишань и занимало территорию площадью более тысячи му, неподалеку был еще и искусственный водоем. Там находились лишь они двое и группа охранников, державшихся поодаль.

Гостиная была просторной и светлой, размером с целый конференц-зал — а ведь квартиры, в которых останавливался этот голодранец Сюань Цзи в последние десять лет, все вместе взятые были меньше этой комнаты.

Однако, как только зашли гости, желавшие с ним повидаться, гостиная стала казаться тесноватой. Кроме переводчицы, все сопровождающие были вынуждены ждать у дверей, даже для начальника Хуана не нашлось места, а Сяо Чжэну и вовсе пришлось стоять в углу и бросать издали многозначительные взгляды.

— Господа, не волнуйтесь, — вздохнул Сюань Цзи, — давайте организуем место посвободнее.

С этими словами он поднял руку, намеренно замедлив движения, чтобы все могли разглядеть происходящее. Из промежутков между пальцами наружу потянулись тонкие огненные нити, которые, носясь туда-сюда между полом и потолком, сплели магическое построение. Стены гостиной тут же раздвинулись, расширив помещение более чем в три раза.

Под тихие восхищенные вздохи Сюань Цзи щелкнул пальцами, и из стоявшей неподалеку цветочной вазы вылетели несколько перьев. Приземлившись, те обернулись человеческими фигурами и с невероятной быстротой обошли всю гостиную. Вскоре перед каждым гостем стояла чашка горячего чая.

Посетители обменялись растерянными взглядами. Божественная птица возродилась на горе Бицюань и, расправив крылья, взмыла из бушующего пламени: одной фотографии этого события было достаточно, чтобы вызвать благоговение. Даже «особенные», в конце концов, были всего лишь людьми, у которых со временем сформировалась своя, хоть и несовершенная, иерархия. И кем