Читать «Неизведанными тропами» онлайн

произнес имя Саньки, Клава резко оттолкнула его.

— Не может быть! Ты обознался!

— Я два раза его видел: как он входил и как выходил. И Ислям тоже. А ты толкаешься… — с обидой доказывал Витя.

— Мыслимо ли это? Да понимаешь ли ты, что говоришь?

Виктор встал и настойчиво потребовал:

— Веди меня к Ефиму Ильичу или дяде Грише.

Клава молчала.

— Вас всех поарестуют, — не унимался Витя, — надо предупредить. Этой ночью у нас был обыск. Полицейский спрашивал, где дядя Гриша, и долго рылся в его постели.

Клава заглянула в глаза мальчика и тихо сказала:

— Иди домой, жди меня, никуда не уходи и никому ни слова! Попозже я зайду за тобой.

Солнце уже село. Всюду зажглись огни. Виктор ждал Клаву, сгорая от нетерпения.

Она вошла тихо. Ее лицо стало строгим и оттого казалось осунувшимся. Одета она была во все черное.

— Лидия Ивановна, отпустите Виктора со мной, — попросила Клава.

Он замер. «А вдруг не пустит. Все равно убегу!»

— Куда же это, глядя на ночь?

— Успокойтесь. Ничего с ним не случится. Я скоро приведу обратно. Это очень важно для него и для всех нас.

Лидия Ивановна внимательно посмотрела на Клаву и чуть слышно ответила:

— Идите…

— Я сейчас! — буркнул Витя.

Он достал из потайного места запрятанный чертеж, возвратился и крикнул:

— Пошли!

В темноте они спускались под гору вдоль забора по едва заметной тропке. Витя крепко держался за руку Клавы. Улица внезапно оборвалась, перед ними раскрылся крутой обрыв.

«Куда она меня тащит?» Он на всякий случай отпустил руку Клавы. Впереди Виктор заметил двух людей. Они сидели на земле и курили.

— Клава, — прошептал он, — кто там?

Девушка не ответила, Виктор попытался остановить ее.

— Иди, иди, — услышал он знакомый мужской голос.

И куда только девался страх! Витя бросился вперед. Дядя Гриша усадил его рядом с собой. Первым заговорил Ефим Ильич.

— Ты должен нам рассказать, что спрашивал следователь и что ты отвечал ему. Говори все, как было, без утайки. Может быть, страшно говорить правду, но говори. Предупреждаю, только правду. Понял.

— Да, дядя Ефим, я понял… — ответил мальчик. Он долго рассказывал, сбивался, но его не торопили и не перебивали.

— Вот и все, — закончил он и глубоко вздохнул.

С минуту было тихо.

— А насчет парня, может быть, вы с Ислямом обознались? — спросил Григорий.

— Дядя Гриша, честное слово, это он.

— Хорошо ли ты разглядел парня? Помни, это очень важно — перебил его Ефим Ильич.

— Я смотрел на него два раза. И сейчас он ходит в той же синей косоворотке, перетянутой пояском с кистями… — доказывал Виктор, — а Илька даже столкнулся с ним и разглядел его лицо.

— Да. Все возможно, — в гробовой тишине чуть слышно сказал Ефим Ильич. — Ты представляешь, что это такое? Это предательство. И за него карают, — пояснил Ефим Ильич.

— Я ничего не скрыл. Что хотите, то и делайте со мной. И вот, — вспомнил Витя про чертеж, — я нашел вот это под кроватью дяди Гриши…

— Что еще? — резко спросил Григорий и выхватил из рук Виктора бумажку. Он развернул ее и сильно затянулся папироской, чтобы разглядеть.

— Откуда это?

— Санька был у нас. Тебя ждал и сидел около чулана, а ночью пришли к нам с обыском. Полицейские ползали под твоей кроватью, но я еще днем нашел там эту бумажку, подумал, что ты потерял, и спрятал в дровянике.

Григорий вспомнил, что этот чертеж он передавал Саньке с просьбой изготовить корпус для бомбы.

— Ты понял, товарищ Шишкин? — строго спросил Ефим Ильич.

— Как не понять! Подсунул под кровать, провокатор!

— Все ясно, — прервал Ефим Ильич и взял Виктора за руку.

— Спасибо! Ты поступил правильно. Только никому не проболтайся и Исляму скажи это. Жандармы могут вызвать тебя снова. Но ты молчи. Ни звука! За отца не бойся. Мы примем все меры, чтобы освободить его. Ну, до свидания!

Ефим Ильич и Григорий потрясли Виктору руку и растворились в темноте. Чуть позже ушли и Витя с Клавой.

Прошло три дня. Ранним утром прибежал к Виктору Ислям.

— Витька!

— Чего тебе?

— У пруда Санька убитый лежит. Все ребята побежали. Айда!

Витя быстро оделся и помчался следом за Ислямом.

У трупа уже толпились ребятишки. Витя подбежал к толпе и растолкал их. Когда он увидел побелевшее лицо убитого и рыжий чуб, ему стало не по себе. Затошнило и задрожали ноги.

Мальчишки расхрабрились, вытащили из сжатых пальцев мертвеца бумажку. Ислям выхватил ее, развернул и передал Виктору.

На маленьком клочке Виктор прочел единственное слово, написанное печатными буквами от руки: «Провокатор!»

С тяжелым сердцем он возвращался домой, шел, не поднимая головы, ничего не замечая.

— Витька, гляди-ко! Арестантов ведут! — крикнул Ислям.

Из-за угла выехали конные жандармы — их было четверо. Столько же шло рядом с ними, сверкая шашками. Посреди конвоя шагали мастеровые, держа связанные руки за спиной. Арестованные шли медленно.

Витя увидел Михаила Козлова, Сергея Сухова и Григория Шишкина.

— Дядя Гриша!! — мальчик кинулся к Григорию, но стражник оттолкнул его.

— Дядя Гриша! — кричал Витя, пытаясь прорваться к нему, но споткнулся и упал.

Ислям помог другу подняться.

Только теперь Виктор понял всю тяжесть преступления Саньки, предавшего товарищей… Именно тех людей, которые ручались за него, доверяли ему…

— Витька! В вашем дворе полицейские. Айда скорей! — теребил Ислям.

Витя подумал о матери: «Неужели и ее арестуют».

Когда дружки вбежали во двор, то не узнали его. В нем полицейские копали, где только можно. Рыли в сараюшках, дровяниках и под домом.

Виктор ринулся к своему крыльцу, но навстречу ему выскочил полицейский.

— Здравствуй! Не узнаешь? Как раз ты мне и нужен, — притворно ласково заговорил он, а сам крался, чтобы схватить мальчика.

Витя повернул обратно, обежал флигель с противоположной стороны, нырнул в соседний огород, а с него на другую улицу и стал петлять по переулкам. А Ислям упал под ноги полицейскому. Тот запнулся и растянулся на земле. Пока он поднимался, Ислям скрылся. Остаток дня, ночь и еще день дружки провели вместе. Ислям прятал Виктора в хозяйском дворе — на сеновале, в конюшнях и других ислямовских «тайниках». Он же был связным между другом и Лидией Ивановной. О многом переговорили ребята в это памятное время. Они поклялись быть верными друзьями, всюду искать таких людей, как дядя Гриша, Ефим Ильич, Прохор Петрович и идти за ними.

Витя, обняв друга, сказал:

— И мне надо скрыться из дома. Жаль только маму. Как она будет жить одна с маленькой Варькой и старой бабушкой Марфой?

В