Читать «Неизведанными тропами» онлайн

вышел.

Лисовский остановился в двух шагах от мальчика, скрестив руки на груди.

— Как тебя зовут?

— Виктором, — тихо ответил мальчик, предупрежденный Клавой: «Начинают они ласково. Смотри, не попадись на удочку».

— А фамилия?

— Великанов, — гордо произнес он.

— Значит, Виктор Великанов! Ты-то мне и нужен. Садись, голубчик. — Лисовский указал на большое кресло около стола. Затем вынул из жилетного кармана серебряный портсигар, закурил и стал медленно выпускать душистый дым, выпячивая нижнюю губу.

Пока Лисовский курил, Витя разглядывал кабинет, где, по его мнению, может вместиться флигель вместе с кухней и чуланом. Следователь сел под большой портрет в позолоченной раме. В красной мантии, отороченной мехом, стоял царь. В одной руке у него жезл, украшенный драгоценными камнями, в другой — золотой шар с крестом на верху.

От Лисовского не ускользнул взгляд, брошенный мальчишкой на портрет царя.

— Это государь император Всероссийский! Ты видал его портрет во весь рост?

— Нет, — ответил мальчик, выполняя наказ Григория: «Отвечай коротко».

— Чаю хочешь? — неожиданно предложил Лисовский и улыбнулся.

— Хочу.

Лисовский подошел к столу. Звякнул колокольчик. Из дверных драпировок высунулся чиновник.

— Два стакана чаю, печенья и конфет! — приказал ему Лисовский.

— Слушаюсь!

— Витя, — по-дружески начал следователь, — какие игры нравятся тебе?

Мальчик изумленно посмотрел на Лисовского. «Вон в каком кабинетище сидит. И орден, как у генерала, а про игры спрашивает. Чудной какой-то!» И не ожидая подвоха, ответил:

— В войну, в поезда и в паровозы.

— Что ж, это интересно. А в то утро вы во что играли с Костей?

«И Костьку знает. Теперь начнет выпытывать» — подумал Витя и заерзал в кресле. Уши его покраснели, руки вспотели, сердце забилось часто-часто.

В кабинет вошел чиновник с подносом в руках. Мальчик увидел чай с конфетами, с печеньем…

— Ну-с, пожалуйста, дорогой мой гость.

Витя взял стакан, налил чаю в блюдце, подул и, не торопясь, стал пить.

— Еще хочешь? — как-то особенно мягко спросил следователь.

— Нет. Спасибо! — поблагодарил Витя, — мне можно идти домой?

— Одну минутку.

Лисовский наклонился над ним и спросил:

— Скажи мне, куда ты убежал в ту ночь, когда у вас на даче были полицейские? Знаешь, какое беспокойство ты всем причинил?

Большие часы, стоящие в углу, пробили шесть раз, их звон встревожил мальчика: «Ведь мама ждет!»

— Ну что же ты молчишь?

— Я убежал на сеновал. И спал там.

— Спал? И никто не догадался тебя там искать. А где ты пропадал целый день?

— Домой ушел.

— Разве кто-нибудь из взрослых оставался у вас дома?

— А как же? Бабушка…

— Почему ты убежал с дачи?

— Я отца боялся. Он хотел меня поколотить за Костика.

— За Костика? — ухватился Лисовский. — Почему?

Витя понял, что сболтнул лишнее и прикусил нижнюю губу.

— Ты знаешь, почему Костя боялся за мать, почему она могла умереть? Ведь вы говорили с ним о ее смерти? Грабителей ты видел? Знаешь их? Почему ты не хотел, чтобы Костя сказал кому-нибудь об этом?

Кресло, в котором сидел Виктор, почему-то стало скользким, и, чтобы не скатиться, он ухватился за подлокотники.

Лисовский забросал Виктора вопросами, чтобы сбить его с толку своей осведомленностью и заставить рассказать правду.

Витя уставился в пол.

Лисовский, как коршун, навис над мальчиком.

— А ну-ка, смотри мне в глаза!

Витя послушно поднял голову. В нос ударил запах духов и табака.

— А Костя мне сказал, что ты знаешь грабителей. Я был на даче и говорил с ним, — продолжал следователь.

«А может, он и на самом деле был на даче и Костька все выболтал ему?»

— Кто же они? — настойчиво спрашивал Лисовский.

Витя молчал. Следователь не вытерпел, заходил по кабинету.

— Слушай, Витя. Скажи откровенно, что ты знаешь об ограблении поезда? Тебя, конечно, запугали, но ты не бойся, я в обиду тебя не дам… О твоем поступке буду знать только я. А они, — Лисовский махнул в сторону окна, — никогда об этом не узнают. Ты попадешь в реальное училище и не как все, а без экзаменов! Это для тебя очень важно. И учиться будешь на казенный счет.

Пока следователь рисовал блестящую карьеру, Витя наблюдал за мухой, которая ползла по лицу «помазанника божьего», забралась царю на глаз и заставила его как бы подмигнуть.

В кабинет без вызова вошел чиновник, зажег две лампы — на столе и у потолка, задернул шторы на окнах и бесшумно вышел.

Лисовский подошел к столу, вынул из ящика пачку фотографий.

— Вот что, дружок, посмотри-ка на эти снимки! Кого узнаешь, отложи в сторонку.

Витя взял фотографии и на первой же узнал слесаря Лизунова, который не раз заходил к отцу.

«Куда же положить ее?.. Под низ», — сообразил мальчик и покосился на Лисовского. «Вроде не заметил». Перебирая фотографии, он увидел немало знакомых лиц.

Лисовский следил за Виктором. Когда мальчик взял последнюю фотографию, лицо его вспыхнуло, руки дрогнули.

— Кто это, кто?! — крикнул Лисовский.

Но фотографии уже выскользнули и разлетелись по полу. Витя опустился на колени, собирая снимки.

Лисовский вырвал их из рук мальчика и разложил по столу.

— Подойди сюда!

Виктор встал и замер у стола.

— Этот? — Лисовский ткнул пальцем в снимок и заглянул Виктору в глаза.

Мальчик молчал. Он даже и глазом не моргнул, когда увидел палец Лисовского на фотографии Ефима Ильича.

Следователь тыкал в каждую фотографию и задавал один и тот же вопрос. Не получив ответа, он закусил тонкие губы и наотмашь ударил Виктора.

Виктор вскрикнул.

Из-за драпировок высунулось подобострастное лицо чиновника.

— Уведите и держите до утра! А матери скажите, пусть уходит, сами приведем, — приказал Лисовский.

«НИТОЧКА» НЕ ПОДДАЕТСЯ

Чиновник объявил Лидии Ивановне:

— Приказано передать, чтобы вы сына не ждали. Утром сами его доставим.

— Как утром? — возмутилась она. — Это же ребенок! Вы не имеете права задерживать его! До губернатора дойду, — грозила взволнованная Лидия Ивановна, хотя отлично знала, что до губернатора, как до бога, ей не добраться.

Как только она вышла на крыльцо, к ней подбежал Ислям.

— Ну, как? Пытают? — спросил он, заглядывая в заплаканные глаза тети Лиды.

— Изверги они, изверги! — ответила она.

Лидия Ивановна решила поднять на ноги всех, в том числе и отца Наташи, известного адвоката Лебединского. Он часто выступает в газете, считается защитником рабочих. Она поспешила к Клаве. Окольными путями прошла к ее дому.

Клава сидела у ворот на лавочке с племянником Чудинова. Лидия Ивановна отозвала девушку в сторонку.

— Что стряслось? — спросил Санька, когда вернулась Клава.

— Витьку задержали в охранке.

— За что? Мальчишку?! Да они что, в уме?