Читать «Кина не будет» онлайн

из подъезда академии и вскакивает в ожидающую «Победу».

Шофёр поворачивается — это Метелёв. Оба хохочут.

Бродов:

— Откуда звонил?

Метелёв:

— Из автомата. — Снова хохочет.

Бродов:

— Спасибо… Фу!.. Наконец у меня свободен целый вечер! Пусти — я поведу!

— Они меняются местами. Машина трогается.

— Куда ты меня везёшь? — спрашивает Метелёв.

— На свадьбу!.. Честное слово!.. Дочь моего старого друга выходит замуж. Училась в Питере. Три года не видел. Чудная девчонка! Смотри не влюбись!..

Машина стремительно мчится по городу.

— Куда ты гонишь? — с усмешкой спрашивает Метелёв.

— Вперед! — задорно отвечает Бродов, и машина несётся ещё быстрее.

Дворец бракосочетаний. У тротуара выстроилась вереница такси.

Цветы, поздравления, шутки, весёлые возгласы. Невольно останавливаются прохожие и улыбаются шофёры такси.

Только один из них, грузный, небритый, ни на что не обращает внимания и, не выходя из машины, сосредоточенно жуёт бутерброд с курицей. В окно машины заглядывает женщина.

— Свободен? — обращается она к шофёру.

— Женат, — мрачно отвечает тот и снова вгрызается в бутерброд.

Раздаётся смех. Это смеются Метелёв и Бродов, наблюдавшие эту сцену.

— Скорей! — Бродов захлопывает дверцу машины. — Наше время семь тридцать… Опаздываем!

И они влетают во дворец.

Большая нарядная комната во дворце. Здесь тесно и шумно. Заметив поблизости белое платье невесты, Бродов облегчённо вздыхает:

— Успели!

Он подходит к девушке, трогает её за руку.

— Здравствуй!.. Здравствуй, Зинушка! Как ты изменилась! Ну, поздравляю!.. От всей души! — Он обнимает и несколько раз целует её.

— Василий Аркадьевич!

Бродов оборачивается, видит ещё одну невесту и… узнает в ней настоящую Зину. Девушка смеётся:

— Вы перепутали?.. Сейчас наша очередь, а они следующие!

Ошеломлённый Бродов смотрит на растерянную невесту, которую он все ещё не выпустил из объятий, на её жениха, подозрительно разглядывающего его, и, приложив руку к сердцу, пятится назад.

— Простите!.. Умоляю, простите!.. — Он поворачивается к Зине и виновато разводит руками:

— Вот ведь какая штука!.. Ну, здравствуй!.. — Он раскрывает объятия, но вдруг останавливается. — А ты — уже настоящая?!

Девушка смеётся. Он обнимает её.

— Знакомься! Это мой друг.

Метелёв вручает девушке букет.

— Спасибо! — говорит она. — Я позову папу.

— Не надо! — поспешно говорит Бродов, но она уже возвращается вместе с отцом.

Это профессор Воронин. Увидев Бродова, он останавливается. В это время Зину окликнули, она отошла. Мужчины стоят друг против друга. Пауза. Наконец Бродов произносит:

— Скоро будешь дедушкой… Поздравляю!

— Спасибо! — отвечает Воронин и добавляет: — Вчера я отправил в министерство официальный рапорт.

— Спасибо! — говорит Бродов.

Снова пауза.

— Поговорили? — спросила подбежавшая Зина.

— Поговорили! — ответил Бродов.

В этот момент к ним подошла маленькая полная женщина, беспощадно затянутая в талии. Это сотрудница дворца. Она по-деловому ткнула пальцем в Бродова:

— Вы — молодой?

— Увы, нет! — ответил тот.

Женщина повернулась к Зине.

— Берите своего молодого и пошли! — Она громко хлопает в ладоши. — Товарищи, построились! Молодые впереди, гости сзади!

В комнате поднимается обычная в таких случаях суматоха. Часть гостей выстраивается.

Пожилая дама (мужу):

— Миша, слышишь, зовут гостей! Пошли!..

Первый жених:

— Михаил Ильич! Куда? Вы же наши гости!

Сотрудница:

— Товарищи, не переманивайте гостей!

Жених Зины (к подвыпившему мужчине):

— Товарищ, вы наш?

Первый жених:

— Он — наш!

Подвыпивший мужчина (миролюбиво):

— Я — общий! Я уже третью свадьбу сопровождаю!

Сотрудница:

— Вперёд!

Свадебная процессия тронулась.

Огромный светлый зал, в котором толпа гостей почти затерялась. На возвышении, под портретом В. И. Ленина, стоят две молодые женщины. Перед ними смущённые и счастливые Зина и её жених.

— Каштанов Пётр Николаевич… — звучит торжественный голос. — Год рождения тысяча девятьсот сорок первый…

— Год нашего призыва… — тихо говорит Бродов Метелёву. — Помнишь?

— Да! — взволнованно отвечает жених. Очевидно, его спрашивали, любит ли он свою избранницу.

— Воронина Зинаида Викторовна… Год рождения тысяча девятьсот сорок четвёртый…

— Та ночь… в траншее… Помнишь? — так же тихо спрашивает Метелёв.

— Да!.. — радостно отвечает невеста.

Банкетный зал. Большой стол, на котором наполовину опорожнённые бутылки шампанского, конфеты, фрукты. Вокруг стола шумно и весело.

— Друзья! — вдруг спохватывается Бродов. — Совсем забыл! Я же ещё не вручил подарка. Собачку!

— Один-над-цать! — хором скандируют гости.

Бродов непонимающе оглядывается и вдруг замечает: на полу вдоль стены сидят десять одинаковых игрушечных псов, подаренных другими. Хитро улыбаясь, он разворачивает газетный пакет и вынимает маленького живого щенка. Он ставит его на пол перед выстроенной шеренгой игрушечных псов. Увидев столько своих братьев, щенок скулит и в испуге пятится.

Неожиданно звонит телефон, Виктор Сергеевич снимает трубку.

— Да!.. Да… Здесь… Хорошо!.. — Он кладёт трубку и направляется к Бродову.

— Горько-о-о! — кричит Бродов.

Смех, шутки, молодые целуются.

— Тебя вызывают… Срочно… — говорит Василию Воронин.

Сидящий рядом Метелёв лукаво грозит пальцем.

— Опять?!

— …Савина отравилась! — тихо заканчивает Воронин.

Палата. Над Кирой склонился Бродов. Она открывает глаза. Слабо улыбается.

— А, профессор?.. Простите… У вас будет теперь одним кроликом меньше.

— Кролик? — резко повторяет Бродов. — Вам далеко до кролика! У него — тяга к жизни!.. А вы — трусливая, истеричная девчонка!.. Такие на фронте простреливали себе руки, чтобы сбежать с передовой… Но я вам этого не позволю!

— Будете снова рассказывать о цветочках?

— Нет. Некогда. — Он повернулся к окружающим. — Промывание и слабительное!.. Без перерыва! — и уже в дверях снова бросил ей зло и упрямо: — Я вас заставлю жить!

Метелёв умывался в ванной комнате, а Анна Алексеевна стояла в передней с полотенцем.

— …И внушите ему, пожалуйста, что собственное здоровье тоже важно. Я ждала до двух часов ночи, предположим, это его не волнует. Но сам-то он! Что, в клинике некому дежурить? Это даже несолидно! Виктор Сергеевич так бы не поступил.

Когда Константин умылся и вышел в гостиную, на её пороге уже стоял Бродов. Он осторожно закрывал дверь, чего никогда не делал раньше. Нет, не так он врывался всегда в комнату. Василий был устал и рассеян.

— Доброе утро, мама! Костя, здравствуй!

Боевой задор Анны Алексеевны погас. Она даже не обратила внимания на лужицы, оставленные на паркете туфлями сына.

— Я разогрею завтрак. — И побежала на кухню.

Бродов подошёл к другу, молча положил ему руку на плечо.

— Вот, брат, какая штука! — сказал Василий, и непонятно было, к чему относятся его слова.

— Будешь отдыхать?

Бродов неопределённо махнул рукой.

— Я в нокауте, понимаешь? Вижу противника, знаю его наизусть, и все приемы его знаю, но — я в нокауте, чёрт побери!

— Она умерла?

— Нет. Но она мертва!

Анна Алексеевна принесла завтрак.

— Ешьте!

— Виктор был прав, — с горечью произносит Бродов. — Я не должен был брать её из хирургического!

— Ешь! — говорит Метелёв.

— Она уже третий день отказывается от пищи!

Он вскочил из-за стола.

— Я постелю тебе? — Мать