Читать «Фантастика 2026-216» онлайн

«больного», он вместе с Гу Вэньвэнь направился к госпоже Нин, которая уже несколько раз посылала к ним служанку.

– Учитель, как ваша рука? – спросила Гу Вэньвэнь по пути, глядя на опущенный правый рукав Мо Хэ, под которым, она знала, скрывается повязка на сломанном запястье. Этот проклятый шуйгуй так сильно схватил ее Учителя, что сломал ему кости! А лечебных мазей у них осталось совсем немного, и Учитель отказывался тратить их на себя, поэтому просто медитировал всю ночь и теперь наложил повязку. Она понятия не имела, в каком состоянии сейчас его рука, потому что Учитель ею не пользовался и не давал посмотреть.

Вот и сейчас он только сказал:

– Тебе не стоит переживать. – И ускорил шаг.

Гу Вэньвэнь поджала губы. Она не знала, кого в этом винить, кроме шуйгуя: молодой господин Се ведь был одержим, так что не мог считаться виновным, но кто вообще дал ему такие сильные руки! А шуйгуй развеялся еще прошлой ночью, несмотря на все усилия Учителя спасти душу старухи. Гу Вэньвэнь знала, что Учитель разочарован, хоть и не показывает этого: по какой-то неведомой ей причине каждое уничтожение злого духа удручало его. Он даже позволил шуйгую подобраться так близко и сам получил травму, но, увы, все оказалось напрасным.

Эти мысли заставили Гу Вэньвэнь тяжело вздохнуть, и Мо Хэ покосился на нее, не зная, что в очередной раз расстроило его ученицу.

Вдвоем они вошли в приемный зал, где уже бывали, и поклонились пожилой госпоже Нин.

– Садитесь-садитесь, – махнула она им. – Слышала, даочжан Се был ранен, он в порядке?

– С ним уже все хорошо, нужно лишь отдохнуть, – ответил Мо Хэ. – Мы пришли сообщить, что задание выполнено: водный дух вчера вечером был уничтожен, а тело сожжено.

Верно, вчера после того, как Се Юньци потерял сознание, Учитель сжег ставшее бесполезным тело. От демона осталась лишь горстка пепла, который Гу Вэньвэнь потом закопала под сливой в дальнем углу сада, пока Учитель медитировал. Впрочем, она совсем не жалела, что они не смогли помочь Цзун Шу: старуха была слишком злобной и явно сошла с ума, а помогать ей мстить, чтобы отпустить обиду, они бы не стали. Посему они могли лишь насильно умиротворить ее либо уничтожить. Но раз уж она перешла черту и захватила тело живого человека, первый вариант отпал сам собой.

– Спасибо вам, даочжан! – воскликнула пожилая госпожа Нин. – Вы избавили мой дом от злой силы, вовек не забуду вашей доброты!

Она кивнула служанке, и та подошла с лакированным подносом, на котором лежало два мешочка. Глаза Гу Вэньвэнь загорелись.

– Как и обещала, плата. Один – вам, второй – даочжану Се.

Мо Хэ протянул здоровую руку и взял один мешочек.

– Мы с даочжаном Се только недавно познакомились, думаю, я не имею права забирать плату за него, – сказал он в ответ на вопросительный взгляд госпожи Нин. – Как только он поправится, вы сможете сами заплатить ему, а мы с моей ученицей тогда откланяемся.

– Вы уходите? – удивленно спросила госпожа Нин, и Мо Хэ кивнул.

– Я еще проверю состояние господина Се перед уходом, а потом да, нам пора в путь.

– Что ж… – старуха замялась, разглядывая его лицо, а затем сказала: – Тогда прощайте.

Мо Хэ поднялся и поклонился, сложив перед собой руки. Гу Вэньвэнь последовала его примеру. Она молчала всю дорогу до внутреннего сада, а затем наконец не выдержала:

– Мы в самом деле просто уйдем?

– Конечно, пора отправляться дальше, – безмятежно сказал ее Учитель. – Или у тебя остались неоконченные дела в Чанъяне?

– Учитель… – Гу Вэньвэнь подняла на него свои персиковые глаза и мило улыбнулась, – у этой ученицы есть всего одно неоконченное дело…

Как мог Мо Хэ не понимать, к чему она клонит? Он вздохнул и потер переносицу, а затем поднял глаза к небу, на котором сгущались тучи. Пожалуй, они и вправду могли немного задержаться, если собирался дождь.

– Выбирай таверну, – сказал он после долгой паузы.

– Спасибо, Учитель! – подпрыгнула на месте Гу Вэньвэнь, мигом забыв об унынии.

Глава 8

Рыба на разделочной доске[53]

Когда Се Юньци очнулся, ночь снова опустилась на Чанъян. Пару мгновений он лежал в темноте, вспоминая, где находится. В комнате не горело ни одной свечи, окна были закрыты и стояла мрачная тишина, почти такая же, как его настроение. Се Юньци спустил ноги с кровати и прислушался: поместье спало.

Он положил ладонь на грудь. Внутренние повреждения прошли, и темная ци без помех струилась по его меридианам, принося душевный комфорт, однако Се Юньци все еще ощущал себя слабым, будто не отдыхал несколько недель. Но с этим могла помочь лишь длительная медитация, а сейчас у него не было времени.

Сейчас он должен отомстить.

Се Юньци взмахнул рукой, зажигая свечи в комнате, и поднялся. Он подошел к аккуратно сложенному красному верхнему халату, забрал мешочек-цянькунь и в отвращении щелкнул пальцами. Дорогая парчовая ткань тут же вспыхнула пламенем и в мгновение ока превратилась в горстку пепла. Без всякого сожаления Се Юньци отвернулся. Порывшись в своем пространстве цянькунь, он извлек еще один халат – на этот раз из тонкого шелка, небесно-голубой с вышитыми облаками и журавлями прекрасной работы. Се Юньци не глядя завязал волосы в высокий хвост, затянул пояс и надел сапоги. Вспыхнул красный свет, и на его поясе появился странного вида меч: широкие ножны чуть изгибались к концу лезвия, а черная рукоять была украшена рельефной оскалившейся пастью существа, похожего на тигра. Только после этого он распахнул двери и мрачно уставился на соседнюю комнату, которую занимал Мо Хэ. Где-то вдалеке ночные стражи отбивали час Собаки[54], бродя по улицам Чанъяна с барабанами.

Положив ладонь на рукоять меча, Се Юньци постучал в закрытую дверь. Хоть им и двигала жажда мести, он благородно решил, что все же сразится с ним на мечах, а не вырвет когтями его сердце из груди. Это он может устроить попозже, когда втопчет его тело в землю и отрубит руку, которой Мо Хэ ударил его.

Се Юньци прождал несколько мгновений, но никто не открыл.

– Спит, что ли? – раздраженно пробормотал он себе под нос и ударил по двери кулаком с такой силой, что с крыши крытой галереи на него упала застарелая пыль. – Мо Хэ! – крикнул он. – Выходи! – И опять никакого ответа.

Се Юньци начал закипать и в сердцах пнул дверь ногой, пробивая в ветхом дереве дыру. Его прекрасный сапог