Читать «Фантастика 2026-216» онлайн

Хэ очнулся от оцепенения, а девушка зарделась:

– Простите-простите, продолжайте, господин Се.

– Зовите меня брат Се, молодая госпожа, я лишь немного старше вас. – Он очаровательно улыбнулся Гу Вэньвэнь, и та почувствовала, как почему-то зашлось сердце. Она прижала ладони к покрасневшим щекам и отвернулась – этот заклинатель все же слишком красив!

– За что вас изгнали? Как назывался ваш орден? – спросил Мо Хэ, глядя на него пронзительным взглядом.

Се Юньци про себя заскрежетал зубами: он сочинил такую жалостливую историю, которая растрогала бы и Небеса, а этот даос и бровью не повел.

– О, мелкий орден, вы о таком и не знаете. Тяньлин[58], что в горах Куньлунь. Я по глупости сжалился над демоном, что был заточен под горой, и тот вырвался на свободу. Моему Учителю и старейшинам пришлось изрядно попотеть, чтобы загнать его обратно, – вздохнул Се Юньци. – Даочжан Сюаньи славился тем, что не убивал злых духов, а старался отправить их в перерождение, – об этом знал любой заклинатель, хотя никто и не понимал причины подобного поведения. Се Юньци понадеялся, что этот «акт доброты» расположит к нему Мо Хэ.

– За что его заточили? – спросила Гу Вэньвэнь, которую уже и располагать к себе не нужно было.

– Творил зло, как и всякая демоническая дрянь. Но он клялся мне, что раскаялся, все осознал и хочет обратиться на праведный путь… – Се Юньци грустно покачал головой. – Я был наивен и глуп, и меня обманули лживые речи нечисти. В результате меня изгнали, и с тех пор я скитаюсь по Поднебесной, пытаясь найти в ней свое место.

Се Юньци исподлобья глянул на Мо Хэ, но тот задумчиво молчал. Однако молодой человек не торопил его с ответом, терпеливо дожидаясь, пока добыча сама прыгнет к нему в сеть. Мо Хэ уже был рыбой на его разделочной доске, Юньци это чувствовал, вот-вот, еще немного и…

– Ваша история, конечно, вызывает жалость, но я все же не могу взять вас в ученики, – сказал этот упрямый осел, и Се Юньци так сильно скрипнул зубами, что испугался, как бы они не треснули. Он поднял голову.

«Упрямый осел» неторопливо отпил чай из новой пиалы, смотря на реку, и совершенно не казался тронутым его историей. Гу Вэньвэнь рядом шумно высморкалась в платок.

– Брат Се настрадался, – сдавленно сказала она, промокая глаза. История была так похожа на их с Учителем жизнь!

Се Юньци прямо-таки видел, как большая рыба Кунь[59] величаво выпуталась из его сетей и поплыла дальше. Собственные острые клыки впились ему в губу, и он облизнул их, смахивая кровь.

– В таком случае… – он расплылся в очаровательной улыбке, – позвольте мне хотя бы угостить своего спасителя.

Глава 9

На полпути напороться на Чэн Яоцзиня[60]

Когда Се Юньци проснулся на столе «Золотого гуся», Мо Хэ и его ученицы и след простыл. Он мрачно оглядел стол, заставленный остывшими блюдами и кувшинами с вином, и хмыкнул.

Проклятый даос вчера даже не притронулся к спиртному, зато его ученица изрядно выпила и начала нести всяческий бред, вроде: «Учитель самый лучший, самый добрый, брат Се, ты на него не обижайся…»

О нет, этот достопочтенный не обижен на даоса – этот достопочтенный ненавидит его! Особенно когда тот в очередной раз его бросил.

– Господин, – послышался робкий голос прислужника, и Се Юньци медленно повернул к нему голову. Юноша отшатнулся, видимо, увидев его налитые кровью глаза. – М-можно ли убрать стол?

«Золотой гусь» был открыт всю ночь лишь из-за них троих. Но как ни старался Се Юньци задержать даоса, стоило этому достопочтенному напиться, как тот улизнул. Будто мышь играла с котом. Это сравнение заставило Се Юньци ухмыльнуться, и прислужник перед ним задрожал.

– Убирайте. Сколько я должен? – Он взвесил в руке кошелек, из которого явно не пропало ни монетки.

– Нисколько, другой господин уже оплатил счет, – поклонился прислужник.

Се Юньци изумленно поднял брови: разве Гу Вэньвэнь вчера не болтала о том, как они бедны и как Учитель экономит деньги? Вчерашнее пиршество стоило ему не меньше серебряного слитка – изрядная сумма для бродячего даоса, коим выставлял себя этот упрямый осел. Кстати, почему? Разве даочжан Сюаньи не принадлежал к одному из Великих орденов? И не какому-то там, а к самому сильному и ненавистному Се Юньци – Чэньси.

Что за юркая рыбешка.

Се Юньци умылся в тазу, который принес по его просьбе прислужник, вытерся поясом-полотенцем и вышел из таверны. Утренняя дымка клубилась над рекой, золотистые блики желтили верхушки деревьев на том берегу, и Се Юньци вдохнул прохладный воздух во всю силу легких. Осень… Его любимая пора.

В следующее мгновение он исчез с улицы – его цингун был таким быстрым, что простые люди не могли бы заметить фигуры, промчавшейся по сонным утренним улицам и переулкам и выскочившей за ворота. Чанъян остался позади.

Буквально через мгновение после того как он исчез, из-за конька крыши напротив таверны высунулись две головы.

– Ну как же так! – запричитала голова поменьше. – Мы только догнали господина, а он опять сбежал. Он как пить дать нарочно! И как прикажешь его защищать, дагэ?[61]

Тот, кого назвали старшим братом, тяжело вздохнул и ловко забрался на конек, перекинув через него мощную ногу. Это был высокий мужчина с чрезвычайно странным вкусом в одежде: он носил зеленый короткий ханьфу и ярко-алый плащ с капюшоном. Лицо у него было суровое, неулыбчивое, а глаза задумчиво смотрели вдаль, в ту сторону, где исчез Се Юньци.

С пыхтением рядом с ним плюхнулся второй – юноша не старше Гу Вэньвэнь, с изящными чертами лица и стройным телом, одетый в богатые парчовые одежды странного для мужчины розового цвета. Он с трудом примостился на крыше, держа в одной руке кожаный бурдюк с вином, а в другой – горшок с каким-то зеленым растением. Юноша вытер со лба пот и с удовлетворением отхлебнул вина.

– Дагэ? – Молодой человек протянул мужчине бурдюк, но тот отмахнулся. Тогда юноша снова приложился к горлышку и причмокнул губами от удовольствия.

– Сяо[62] Тао, не пил бы ты столько, – пожурил его дагэ, но сяо Тао к тому времени уже вылакал все вино и икнул, встряхивая пустой бурдюк.

– Дагэ, да разве ж это вино? Вода и то крепче. Вот у господина было вино, – сяо Тао с тоской посмотрел на второй этаж таверны, где работники как раз убирали стол и пустые кувшины. – Господин вот пил хорошее вино, грушевое, –