Читать «Фантастика 2026-216» онлайн

и даже Гу Вэньвэнь подняла глаза, различив в его голосе настороженность. – Я отказался взять вас в ученики, но вы все равно последовали за нами, отчего же?

– Кто сказал, что я последовал за вами? – разъярился Се Юньци, бросая кость в костер. Тот затрещал, взметая пламя ввысь. – Больно мне надо за вами ходить, у этого достопочтенного тоже есть гордость! Это не более чем случайность, и вам решать, счастливая или нет! В конце концов, храм не ваш, и не вам решать, кому здесь останавливаться, а кому нет! На улице дождь, и я тоже хочу обсохнуть и отдохнуть, а если вам жалко дать мне погреться у костра, – он холодно хмыкнул, – не ожидал я, что даочжан Сюаньи настолько скуп, а говорят еще, что великий герой!

Мо Хэ поджал губы, больше ничего не говоря. Се Юньци был прав в одном: он и впрямь мог ночевать здесь сколько влезет, и Мо Хэ не имел оснований запрещать. А следовал он за ними или нет, уже дело десятое. До сих пор этот странный господин ни разу не навредил им, напротив, как будто все время попадал из-за них в передряги. А было ли это совпадением…

На его счастье, Гу Вэньвэнь всегда отвечала за разъяснение такого рода недоразумений, которые с ее неловким Учителем случались до странного часто. Она тут же выпалила:

– Что ты, брат Се, Учитель ничего такого не имел в виду! Он просто немного нелюдимый, прости его, и спасибо, что помог нам с разбойниками, хочешь, я тебе еще спинку дам? – И девушка бесхитростно протянула ему кусок жареного зайца.

Се Юньци ласково улыбнулся ей, взял мясо и сказал:

– Сестрица Вэньвэнь умеет отличить добро от зла, не то что некоторые.

Сяо Тао, который лежал на мокрой крыше храма и грел уши, в этот момент с трудом сдержал смешок, и Сяо Шэ пришлось закрыть ему рот рукавом. Они безмолвно заборолись: сяо Тао пытался освободиться, а Сяо Шэ старался, чтобы их не раскрыли раньше времени. Хотя у обоих были самые лучшие талисманы скрытности, выданные Третьим господином, все-таки даочжан Сюаньи являлся легендарной личностью, и Сяо Шэ переживал, что тот может услышать их дыхание. Сяо Тао яростно укусил его за ладонь и улегся на крыше, перед этим аккуратно установив свой горшок под дождем.

Ливень скрыл всю их возню, а Мо Хэ был больше сосредоточен на Се Юньци. Он так и наблюдал безмолвно, как молодые люди болтают и доедают зайца. Потом Гу Вэньвэнь устало зевнула, прислонилась спиной к колонне да так и заснула на полуслове, не договорив фразу. Се Юньци, заметив это, тоже умолк, и в келье остались только шум дождя по крыше и треск пламени.

Вдруг позади него раздался шелест ткани, и Мо Хэ прошел мимо, подходя к ученице. Он легко подхватил девушку на руки, вернулся к скамье и аккуратно положил ее, выравнивая позу и накрывая плащом. Затем он потер левое запястье, на котором Се Юньци острым глазом заметил бинты.

– М-м, Учитель… – сонно пробормотала Гу Вэньвэнь во сне и повернулась лицом к стене.

Се Юньци продолжал сидеть неподвижно, с некоторым сомнением размышляя, собирается ли даос спать. Если да, то это облегчит ему задачу: он сможет тут же его и убить, а Гу Вэньвэнь… Может быть, он оставит ее в живых, все-таки она лишь ребенок.

За его спиной все затихло, но когда спустя долгое время он украдкой обернулся, то столкнулся с холодным взглядом Мо Хэ. Оказывается, тот все это время сидел в позе лотоса и наблюдал за ним. Се Юньци тут же изобразил легкую улыбку и процитировал:

– На горной вершине

Ночую в покинутом храме.

К мерцающим звездам

Могу прикоснуться рукой.

Боюсь разговаривать громко:

Земными словами

Я жителей неба

Не смею тревожить покой[78].

Мо Хэ вскинул брови в ответ на этот странный порыв. Оказывается, молодому господину Се была не чужда поэзия, что несколько удивило его. Се Юньци казался поверхностным, лицемерным и безответственным богатым бездельником, которого, видимо, изгнали из ордена не только за выпущенного демона, но и за другие грешки. А вот на тебе: стихи цитирует.

Се Юньци хмыкнул и повел рукой, будто салютуя кувшином с вином:

– Сюда бы вина, да, даочжан?

– Я воздерживаюсь от спиртного, – отозвался Мо Хэ.

– И от еды, видимо, тоже, – неожиданно язвительно сказал молодой человек. – От чего же вы не воздерживаетесь? Какие удовольствия жизни вы себе оставили?

– Мой путь Дао требует душевной и телесной чистоты, – сказал Мо Хэ прописную истину. – Лишь тот, кто сможет отринуть все искушения, способен достигнуть бессмертия.

– Так вы достигли стадии Бессмертной души? – спросил Се Юньци.

Мо Хэ промолчал, не желая раскрывать своих тайн. Он вообще не особо понимал, почему беседует с этим проходимцем, который пристал к ним, как колючка, и не отпускал. Мо Хэ были непонятны его цели, и верить в то, что господин Се просто хочет стать его учеником, он не собирался, ведь тот появлялся слишком уж вовремя.

Не дождавшись ответа, Се Юньци почувствовал раздражение. Как будто ему очень хочется изображать доброжелательность! От этого притворства у него уже чесались клыки, и он дал себе волю, представляя, как вопьется ими в тонкую шею даочжана, а потом разорвет ему грудь когтями… Се Юньци облизнулся, и Мо Хэ странно посмотрел на него. Тогда Се Юньци поспешно улыбнулся, а даос лишь отвел глаза, глядя на пламя.

«Тупой, идиотский, проклятый, упрямый осел! Черепашье яйцо![79] – ругал про себя Се Юньци, сладко улыбаясь даосу. – Надеюсь, скоро ты заснешь, и все это кончится». Он вспоминал, как весь день пытался выяснить, куда он пошел, а затем выслеживал добычу вплоть до храма. Он собирался напасть ночью, но глупая многоножка и не менее глупые разбойники испортили весь его план. Ему пришлось появиться, изобразить героя и раскрыть себя. И он даже не смог сожрать это насекомое! Сплошные потери за потерями. С тех пор как он повстречал даоса, он все время терпел одни бедствия – и даже лишился любимого ханьфу. Продвинувшись ночью в таверне на цунь, он наутро оказался на чжан[80] позади, а теперь и вовсе навлек на себя лишние подозрения, и Мо Хэ насторожился. Скоро его запястье заживет, и он вновь будет во всеоружии.

И как, скажите на милость, Се Юньци должен получить его золотое ядро? В честной