Читать «Кликуша» онлайн

Только выслушаю,– предложила Оля и решение, и любимый десерт. Видя, как сомневается соседка, она вручила ей конфету и добавила: – Держи, углеводы тебе сейчас только помогут, настроение поднимут. И решайся уже! Хватит таскать все в себе. Ты дальше двигаться не сможешь, если не простишь ее. Я знаю, ты за дело на нее взъелась. Но это губит только тебя. Я как-то вычитала фразу, что «обижаться – это как пить яд в надежде, что он убьет кого-то другого»[5]. Не знаю, чьи это слова, но они очень точные. Так что заканчивай себя травить.

– Наверное, ты права. – Слова про яд заставили Катю задуматься. Покрутив в руках конфету, она развернула ее и съела. Заранее подсластив себе не самый приятный рассказ. – Все началось классе во втором. У меня тогда была подружка Айка.

– Ее я помню, – кивнула Оля. – Она тогда еще помогла ключи тебе найти.

– Вот только она оказалась ненастоящей…

– О как! – удивленно протянула Олька. – Ты так про нее рассказывала, что сомнений не оставалось. А она у тебя, оказывается, как у моего младшенького. Он себе в детском саду тоже невидимого друга придумал, с планеты Патурн. И говорил, что они потом вместе туда улетят.

– Правда? – Катя улыбнулась.

– Ага, – кивком подтвердила Оля. – Это произошло, когда отец мой умер. Вовка сильно деда любил и тяжело его уход переживал, вот и придумал себе друга. А когда смерть дедушки принял – и друг исчез вместе с планетой.

– Вот и мне тетя говорила, что я Айку придумала из-за того, что родители в Краснодар уехали, а мне их не хватало. Но бабушка убедила меня в том, что мною бес завладел.

– И с чего же такая «гениальная» идея пришла ей в голову?

– Там история была одна во втором классе… Я сидела на уроке, когда мне резко плохо стало и в голове мысль появилась, что бабушка в беде. Я задыхаться начала, учительницу напугала, она меня к медсестре отправила. Но до нее я не дошла. Мне Айка сказала домой бежать. Ну, я и побежала. А когда добралась, увидела лужу крови в прихожей.

– Ничего себе!

– Да. Я нашла бабушку лежащей на кровати с закрытыми глазами. Волосы ее были испачканы кровью, и я решила, что она умерла. Побежала к дяде Мише, а он «Скорую» вызвал. Рану на голове бабушке зашили и домой отпустили. У нее давление, оказывается, скакнуло, она упала и об угол тумбы в коридоре ударилась. А когда домой вернулась, наказать меня собиралась за то, что я с уроков сбежала.

– Куда ж без них, – проворчала Олька. – Любовь Михайловна и меня пару раз наказывала, когда сидела со мной, что ж тогда про тебя говорить.

– Именно. А я возьми и скажи ей, что если бы не мы с Айкой, то она бы умерла. Бабушка про нее вопросы позадавала, за шиворот меня схватила – и в церковь. А там батюшка ей подпевать начал. Мол, я одержимая и невеста Сатаны, раз у меня волдыри от святой воды.

– Волдыри от святой воды бывают из-за аллергии на вещества, что содержатся в воде, – авторитетно заявила Оля. – Это я тебе как жена физика говорю, с которым мы ржем над статьями про мистику, что я пишу.

– А ведь они прошли, когда закончилась бутылка со святой водой, – вспомнила Катя. – Когда бабушка меня из новой поливала, их уже не было, вот она и отстала. Бить перестала и заставлять молиться. Ходила еще надутая как индюк и хвалилась, что отмолила мои грехи у Господа.

– Да уж… Классическое магическое мышление. Но из-за волдырей и воображаемого друга язык отрезать – это перебор. Никакая ты не одержимая. Я однажды тоже почувствовала, что с сыном старшим что-то не то, когда на работе была. А он как раз в тот день с велика свалился и руку сломал. Так что хорошая интуиция… или как это еще назвать… есть у многих людей, а не только у тебя.

– Но она не у меня была, а у Айки, – поправила ее Катя. – И язык бабушка из-за другого случая отрезать решила.

Оля печально вздохнула, подлила соседке еще чаю, а потом сказала тоном, каким обычно объясняла своим сыновьям прописные истины:

– Это была ты, Катя. Ты почувствовала, что с бабушкой беда. А Айка – твоя детская выдумка. Или ты все еще веришь в бредни Любови Михайловны, что Айка – это бес, а ты одержимая?

Вместо ответа Катерина сделала глоток чая.

– Понятно. Сильно она тебе психику попортила. Но все поправимо. – Олька протянула соседке конфету. – Ты же Айку больше не слышала?

– Нет, – честно ответила Катя, принимая угощение. – После того случая с батюшкой я ей сказала, что дружить с ней больше не буду. Ведь она только притворялась моей подружкой, а сама бес.

– Ну вот! Что и требовалось доказать, как говорит мой Стас. Ты Айку сама придумала, ты с ней сама и распрощалась. Как когда-то мой сын. Она была твоим выдуманным другом, и адекватные взрослые это понимают. Но твоя бабка к их числу не относилась. Язык-то она зачем тебе отрезать хотела?

Вспомнив тот день, Катя сцепила зубы и сжала кулаки, словно готовясь вновь пережить те события.

– А это уже в третьем классе было. Я тогда проснулась среди ночи. Тело все трясло, лоб горел. Думала, температура. За градусником сходить хотела. А потом голова разболелась, и пришла мысль, что родители умрут. Следом мелькнула картинка – машина с развороченным капотом, которую поливает дождь.

Руки Оли, копавшейся в вазочке с конфетами, замерли. Она вспомнила, как именно погибли родители Кати.

– Я сначала в туалет побежала, где меня вырвало, следом к бабушке. Она наорала за то, что я ее разбудила. Потом сходила к дяде Мише и позвонила родителям. Но трубку они не взяли. А утром уснувший водитель грузовика съехал со своей полосы и врезался в машину родителей. Папа пытался уйти от столкновения, но из-за ливня дорога была скользкой, и машину закрутило. Она вылетела в кювет и столкнулась с деревом.

Сглотнув ком, подступивший к горлу, Катя продолжила:

– А бабушка решила, что это я виновата. Накинулась на меня с криками: «Бисова душа!» Обзывала кликушей. Говорила, что я накликала смерть родителей. А потом решила отрезать мне язык. Мол, обезопасить людей от меня хотела.

Оля прижала руки ко рту.

– Меня дядя Миша тогда спас. Представляю, какую картину он увидел, когда к нам зашел. Обезумевшую старуху с красными глазами, кричащую про какое-то проклятье. У нее, кстати, в руках